Сегодня ты, а завтра… - Фридрих Незнанский

– Я думала, что твоего присутствия не потребуется, – говорила Кэт, ловко маневрируя между машин, – этот Беляк, хоть пока и не выдал себя никакими особенными делами, находится… как это? На мухе?

– На мушке, – подсказал я.

– Да, именно. На мушке у полиции. То есть под постоянным контролем. И как только он себя выдаст, мы его сразу…

Она сделала руками жест, как будто выжимает мокрое белье. При этом руль она придерживала локтями.

– Вот именно поэтому я и приехал. Понимаешь, Кэт, у нас нет времени ждать, пока Беляк себя покажет.

– А как тогда? – округлила глаза Кэт.

– А вот так. Это что-то типа профилактики. Мы должны провести расследование ударными темпами.

– Ударными… Это что, мы должны его ударить? Применить пытки?

– Да нет. «Ударные темпы» – это значит очень быстро. Понимаешь?

– Да-да, – закивала Кэт. Хотя, скорее всего, многие обороты трудного русского языка еще долго останутся для нее загадкой…

…Тем не менее могу сказать, что нью-йоркская полиция работать умеет. Уже к утру следующего дня мы знали, что Кипарис помимо чисто медицинской практики руководил одной из страховых фирм. Это значило очень многое. Когда наш эмигрант начинает заниматься страховым бизнесом, то девяносто девять шансов из ста, что его деятельность связана с мафией. С той самой «русской мафией», о которой так много говорят на Западе. И страховой бизнес приносит миллионные барыши. В чем состоит смысл? Сейчас объясню.

Приходит, к примеру, человек в стоматологическую клинику поставить пломбу. Как водится, ему назначают массу сопутствующих процедур – анестезию, разные там чистки корней и всякое такое. В счете оказывается круглая сумма, часто превышающая стоимость страховки. Пациент приходит в ужас. Надо сказать, что услугами клиник, которые держат врачи-эмигранты, пользуются чаще всего эмигранты же, у которых, сами понимаете, денег мало. Тогда врач, как бы идя навстречу пациенту, предлагает сделать часть процедур бесплатно. Но при этом в счете, который отправляется в американскую страховую фирму, указываются еще и другие виды лечения. Конечно, пациент с радостью соглашается. Таким образом, из кармана страховой фирмы на счет частной клиники попадают суммы за то, что они фактически не делали. Один пациент, второй… А если у тебя десять клиник? Или сто? Медицинское обслуживание в Америке очень дорогое. Так что это миллионы, десятки миллионов.

Однако все это еще нужно доказать. И связи с Беляком, и их преступные деяния. На это требуется много времени – целое следствие, допросы больных, врачей, проверка бухгалтерии, специальные экспертизы… А доказательства вины Беляка и, главное, его преступной связи с Филимоновым мне нужны прямо сейчас. Как быть?

Я сидел в своем гостиничном номере, когда раздался телефонный звонок.

– Привет, Кэт, – сказал я в трубку, потому что, кроме нее, мне звонить было некому.

– Здравствуйте, господин Турецкий, – произнес по-английски незнакомый женский голос.

– Здравствуйте.

– Я звоню по поручению Кэт Вильсон.

Так, интересно.

– Я агент полиции. У меня есть информация для вас.

– Какого рода информация?

– Это не по телефону. Но информация касается дела, ради которого вы прибыли сюда, в Америку.

– А почему Кэт сама не позвонила?

– Она приедет. Но так как дело очень срочное, она попросила позвонить вам и сообщить все, что я знаю. Об интересующем вас человеке.

– Хорошо, приходите ко мне в номер.

– К сожалению, это невозможно. Я специальный агент и не могу лишний раз светиться.

– Ну хорошо. Где мы встретимся?

– В одном квартале от вашей гостиницы есть небольшой бар «Крошка Нэнси». Там я вас буду ждать через пятнадцать минут. Я вас сама узнаю.

На том конце провода положили трубку.

Так, интересно. Если все это действительно так и Кэт удалось найти человека, который обладает информацией о Беляке, это, конечно, было бы здорово. Не хотелось думать, что за этим звонком кроется что-то другое, но я набрал номер Кэт. Никто не взял трубку. Ну ладно, позвоню еще из автомата по дороге.

Когда я выходил из номера, чуть не налетел на молодого парня. Он извинился и пошел дальше по коридору.

Как назло, в кармане не оказалось мелочи, чтобы позвонить из уличного таксофона. Время поджимало, и я направился в бар «Крошка Нэнси». Ну в конце концов, не съедят же меня там!

Это был самый обычный американский бар. Стойка с высокими стульями, кожаные кресла у окон. Я занял место. Не прошло и двух минут, как к столику подошла женщина. Довольно молодая, лет тридцати, не больше.

– Это я вам звонила, господин Турецкий, – сказала она и села напротив.

– Добрый день.

– У меня есть информация для вас.

Тут подошел официант. Обычный белобрысый американец. Вспомнив старика Хэма, я заказал двойной замороженный дайкири, в такую жару ничего другого пить не хотелось. Моя собеседница ограничилась кофе.

– Итак, что вы хотели мне сообщить?

– Это касается Евсея Беляка, – сказала она, наблюдая за официантом, который ставил на стол чашку и стакан.

Я кивнул:

– Да, этот вопрос меня действительно интересует.

Она размешала ложечкой сахар и отхлебнула кофе. Я последовал ее примеру.

– Евсей Беляк занимается страховым бизнесом, – сказала она.

– Да, я это знаю.

– Это не просто бизнес.

– Я догадываюсь.

Действительно, замечательный напиток. И ударяет в голову. Недаром на Кубе об алкогольных способностях Хемингуэя ходили легенды.

– Кстати, – задал я вопрос, – вы сказали, что Кэт должна подойти.

– Да, – ответила она, внимательно глядя на меня. Черт побери, почему такой пристальный взгляд? – Да, она вот-вот подойдет.

Вдруг голова закружилась. Бар, моя собеседница, нью-йоркская улица за окном – все поплыло вокруг. Закружилось, и мне показалось, что я не в баре, а на какой-то сумасшедшей карусели. А потом остатки сознания зафиксировали глухой удар. Скорее всего, это я стукнулся лбом о стол…

Солнце жарило вовсю. От обжигающих лучей не спасала ни густая тень большого разноцветного зонтика, ни объемистый бокал джин-тоника с бултыхающимися в нем кубиками льда, ни даже мраморный бассейн с неестественно голубой водой.

«Наверняка вода нагрелась», – с отвращением подумал Евсей Беляк и уселся поудобнее в своем шезлонге.

Можно было, конечно, перебраться в большой белоснежный дом, в котором на полную мощность работали кондиционеры. Но врачи настаивали, чтобы Евсей каждый день принимал солнечные ванны. И больше бывал на воздухе. А наплевать на советы врачей он не мог. Останавливали воспоминания о страшных болях в суставах, которые охватывали все тело Евсея, стоило где-нибудь в пятидесяти милях появиться маленькой грозовой тучке. А уж осенью… Нет, лучше погреть старые кости под жгучим американским солнцем.