Жаркое дыхание прошлого - Татьяна Полякова

– Уж как-нибудь справлюсь. На соседней улице есть кафешка…

– Издеваешься? – рявкнула я. – Что ты сделаешь один, вдруг там человек десять?

– Или двадцать… – подсказал он.

– Я пойду с тобой, – отрезала я. – У меня есть пистолет. – Открыв сумку, я продемонстрировала оружие.

– Владан спятил, – глядя на меня с большой печалью, сказал Бад.

– Это не его оружие, – покачала я головой. – Пистолет был у моих похитителей.

– Кстати, а что с ними случилось? Ладно, об этом потом. Владан приехал несколько минут назад…

– Откуда ты знаешь?

– Возле соседнего дома стоит его машина. Мы хотим ему помочь или продолжим дискутировать?

– Я пойду с тобой, – упрямо заявила я, Бад выругался сквозь зубы и зашагал по переулку, но почему-то в противоположном направлении.

Вскоре стало ясно: он решил подойти к дому со стороны двора. Здесь тоже был забор, а еще росли деревья, за ними легко укрыться, незаметно подбираясь ближе. В общем, намерения Бада стали понятны. Он легко перемахнул через забор, причем даже не повернулся, чтобы узнать, как там мои дела.

– Алексей, – позвала я шепотом, но он лишь ухмыльнулся в ответ, из чего я заключила: помогать мне тут никто не намерен.

Через забор я все-таки перелезла, от души порадовавшись, что, выходя из дома, надела джинсы и удобную обувь. Мешком свалилась в высокую траву, быстро вскочила и, прячась за деревьями, побежала к дому. И вскоре увидела Бада. Он стоял, слегка пригнувшись, а у его ног сидел мужчина в голубой рубашке, свесив голову набок, точно задремав.

– Это ты его? – зашипела я, сообразив, что мужчина без сознания, а Бад покачал головой и тут же подмигнул:

– Начало мне нравится. – С этой стороны тоже была дверь, деревянная, она рассохлась и закрывалась неплотно. – Держись за мной, – шепнул Бад, – безотвязная ты моя. Если что, падай на пол и не шевелись…

Он потянул дверь на себя, и она открылась, а в руке Бада, точно сам собой, появился пистолет. Я испуганно замерла, впервые подумав, чем все может обернуться, но тут же решительно присоединилась к Алексею.

Дверь открылась с легким скрипом. Друг за другом мы вошли в узкий коридор и почти сразу услышали голос Владана. Слов не разобрать, но говорил, безусловно, он, и говорил абсолютно спокойно. Это, признаться, озадачило. Алексей сделал еще несколько шагов и распахнул ближайшую дверь.

– А этого откуда принесло? – с неудовольствием спросил Владан, я, забыв о предупреждении, полезла вперед и увидела его стоящим метрах в пяти, ближе к окну. Он меня тоже увидел, но, судя по выражению лица, совсем не обрадовался. – Ее обязательно сюда было тащить? – проворчал он. Алексей, сунув оружие за ремень джинсов, пожал плечами:

– Рвалась тебя спасать. Упрямства ей не занимать, так что извини.

Убедившись, что Владан жив-здоров, я вздохнула с облегчением. Само собой, первым побуждением было броситься ему на шею, но взгляд его намекал на то, что лучше с этим не спешить.

– Вот видите, – радостно произнес мужчина лет шестидесяти, сидевший на широкой скамье возле зарешеченного окна. – Ваша Полина в добром здравии. Я хотел распорядиться, чтобы вас сюда привезли, – теперь он обращался ко мне. – Да дозвониться не смог. Надеюсь, с моими людьми ничего худого не случилось?

– Я бы на это не особо рассчитывала, – ответила я.

– Алексей Дмитриевич, – обратился дядя к моему спутнику, из чего я заключила, что они знакомы. – Так это вы помогли Полиночке к нам присоединиться? Выходит, слухи о том, что между старыми друзьями черная кошка пробежала, просто глупые сплетни?

В некотором очумении я продолжила оглядываться и только тогда заметила еще двоих мужчин, находящихся в комнате. Они лежали на полу лицом вниз, скрытые от нас составленными друг на друга столами, стульями и скамьей с железными ножками, к которым и были прикованы наручниками.

– Признаться, ваше появление, Алексей Дмитриевич, наводит на мысли…

– Приятные? – усмехнулся Бад, садясь на стул, который сумел выудить из кучи.

– Не очень.

Владан устроился на скамье, в двух шагах от Бада, я осталась стоять неподалеку от двери за их спинами, толком не понимая, что происходит. В руке Владана был пистолет, убирать его он не торопился, хотя держал руку опущенной и выглядел слегка расслабленным. Но эта поза никого не обманула, было ясно, что он в любой момент готов пустить оружие в ход.

– О чем это вы? – задал вопрос Владан, закинув ногу на ногу.

– У нас с господином Басаргиным есть кое-какие спорные вопросы…

– Их вы решите позднее. А сейчас меня интересует, какого лешего вы влезли в это дерьмо?

Мужчина пожал плечами:

– Чего не сделаешь ради семьи.

– Это кто? – шепнула я, обращаясь к Баду, почему-то уверенная: Владан отвечать не поторопится.

– Гусев Борис Владимирович, – громко ответил он. – Тесть вашего Лужина. Очень авторитетный человек.

Бад усмехнулся, Гусева его слова неожиданно задели.

– Кто бы говорил… вы мне сто очков вперед дадите. Особенно вот этот, – кивнул он на Владана. – Рыцарь без страха и упрека… Да и ты хорош. Рыльце-то у всех в пушку. Думаете, времена теперь другие? И все забыли о вашем прошлом? Нет, не забыли. И сколько бы ты, Серб, ни старался… до святости тебе далеко…

– Я в святые и не лезу, – кивнул Владан. – Обмен любезностями закончен, поговорим о деле. У меня есть вопросы.

– Валяй, – пожал плечами Борис Владимирович. – Отчего не поговорить.

– От кого ты узнал, что зятя шантажируют? Он вряд ли бы решился сам рассказать.

– Это точно. Цыпин сообщил. Его референт давно ему жизнь портил, много воли взял, с Цыпиным не особо считался. Когда эта баба фотку свистнула, Юрка, вместо того чтобы с ней договориться или тихо на тот свет спровадить, если вдруг заупрямится, стрельбу устроил в центре города. В общем, Цыпин понял: сам не справится. И обратился ко мне. Зятю я ничего говорить не стал. Какой толк? Зять у меня из тех, кто при виде крови запросто сознания лишится. Но бизнесмен толковый и дочку мою любит. А то, что с этой девкой засветился… Дурак. Цыпин был уверен, Юрка девку ему нарочно подсунул, чтоб потом на нервах играть, мол, жена узнает и все такое… Зятьку бы мало не показалось, дочка характером в меня… А когда девица разбилась, Юрка, видать, и сам струхнул. Великий проект мог накрыться, а ведь это деньги, и Юрка с них тоже кормился. В общем, затих. Но когда все вроде рассосалось, гнилая душонка дала себя знать: начал эти письма писать… Цыпин сразу его заподозрил, потому как больше некому. Да и Юрка не особо все отрицал, сволочь наглая. Оттого и пришлось мне вмешаться.

– Об этом мне следовало догадаться, когда Губа сказал: не тот Батя человек, кого он послушает, – усмехнулся Владан. – Тебе он, само собой, отказать не рискнул.