Ателье царских прикидов - Дарья Калинина

– Создалось впечатление? – икнула Ирина Сидоровна.

– На самом же деле Бубенцов был убит.

Ирина Сидоровна судорожно вскрикнула и потеряла сознание во второй раз. Теперь и врачам пришлось повозиться, чтобы она снова открыла глаза. Открыв их, Ирина Сидоровна попыталась снова что-то спросить у следователя, но тут уж вмешался врач.

– Если не хотите оказаться на том свете вместе с вашим знакомым, молчите! – велел он Ирине Сидоровне.

– А если я спрошу у нее.? – начал следователь, но врач был непреклонен.

– Нет!

– Только два вопроса!

– Ни одного! Вы свою работу уже сделали. Теперь мы сделаем свою. И не мешайте нам.

И врач снова склонился над Ириной Сидоровной. Удивительное дело, у медиков в машине нашелся не только аппарат для искусственного дыхания, переноска и прочие интересные и весьма полезные штучки, но был также и аппарат для снятия электрокардиограммы сердца.

Молодой врач озабоченно уставился на скользящую перед ним ломаную кривую и покачал головой:

– Похоже на инфаркт. Как же вы так неосторожно, товарищи милиционеры? Зачем же вы даму довели до такого состояния? В ее возрасте сильные потрясения способны привести к трагическому результату.

Ирину Сидоровну увезли в больницу, так и не дав ей поговорить со следователем. А она явно этого очень хотела и все рвалась к нему с носилок, к которым ее прибинтовали эластичными ремнями.

– Товарищ Крошев! – шептала она угасающим голосом. – Мне необходимо сказать вам… Я знаю, кто убил Коленьку! Знаю! Поверьте мне, я много чего знаю!

Но тут двери «Скорой помощи» захлопнулись перед ее носом, и Крошев так и не узнал, что же Ирина Сидоровна собиралась поведать ему. Но он не унывал.

– Похоже, дамочке есть что нам сказать. Лед тронулся!

– Но где она, а где вы!

– Ничего страшного! Главное, что она заговорила. Сейчас же еду за ней в больницу! И как только женщине станет лучше, допрошу ее.

И Крошев поспешил к своей машине. Его маленькая подвижная фигурка в мгновение ока пересекла двор и исчезла в салоне его породистого «Пежо», выделенного отделению администрацией города. Иномарка служила сразу нескольким благородным целям. Во-первых, она повышала престиж работников правоохранительных структур. Во-вторых, уменьшала их комплексы по поводу собственной маленькой зарплаты и полунищенского существования. И в-третьих, позволяла участвовать в погонях за другими иномарками хотя бы примерно на одном уровне.

Раньше, когда милиция разъезжала на «Жигулях» или «козликах», ни о какой конкуренции с «БМВ» и «Инфинити» речи даже не шло. Речи и сейчас не идет, но все же заикнуться иной раз было можно.

– Все остальные свободны! – крикнул Крошев напоследок, скрываясь в машине.

И ни с кем отдельно не прощаясь, уехал.

Получив дозволение убраться домой, Ангелина неожиданно для себя не почувствовала никакой радости. Что ей делать дома? Волков снова куда-то пропал. Это было тем более странно, что убили его собственного заместителя. Правда, следователь сказал, что Волков звонил ему. И предъявил алиби. Что за алиби, следователь Ангелине не сказал. Но заверил, что оно достаточно надежное.

Сама дозвониться до жениха Ангелина не смогла. И ее сердце снова стала трепать ревность. Степа ее уже не радовал. Его предложение зайти в кафе и перекусить не вдохновляло. И даже когда Степа робко заикнулся, что можно заглянуть к нему домой, мама будет очень рада познакомиться с Ангелиной, в сердце у девушки ничего такого не вспыхнуло.

Ах, если бы то же самое предложил ей Волков! Она бы с ума сошла от радости. А от Степы предложение почти что войти в его семью не вызвало у Ангелины ни малейшего отклика. Подумаешь, вскружила парню голову. Ну и что?

– Потому что нельзя быть красивой такой, – пробормотала она себе в оправдание.

И отправив страшно разочарованного Степу домой одного, поехала к себе. Домой Ангелину погнала простая необходимость: поесть, принять душ и немного передохнуть. До подруг она дозвониться не сумела – «вне зоны досягаемости». И где их черти носят?

А три подруги даже и не слышали звонков Ангелины – в подземелье музея сигнал не шел. И если бы даже и слышали, то все равно трубки не взяли бы. Потому что были в это время заняты буквально выше головы. Проход, в который они попали, в самом деле оказался старым канализационным коллектором. Видимо, когда-то тут в самом деле шли стоки грязных вод или чего-то в этом роде.

– Возможно, это была своего рода защита от наводнений. Когда Нева разливалась, по этим стокам вода уходила от стен музея дальше и не подмывала его фундамент.

В общем, версий возникало много. Тем более что теперь эти подземные коридоры никем не посещались и никак не использовались. И все бы ничего, стены были крепкими, потолки позволяли двигаться почти в полный рост и фонарь светил достаточно ярко, но именно этот фонарь и высветил впереди по ходу огромную лужу. Даже не лужу, а настоящее озеро. Как оно тут образовалось, сказать было трудно. Потому что весь остальной путь был почти сухим. И вдруг озеро! Здрасьте пожалуйста!

И что теперь делать? Пойти назад? Повернуть? Поискать другую дорогу?

Света еще раз сверилась с захваченным с собой планом и покачала головой:

– Другого пути нет! Придется перебираться вброд.

– Ты ничего умней не придумала! Тут же глубоко!

Чтобы проверить, насколько глубоко, Мариша кинула в лужу кусок кирпича. Тот глухо булькнул и утонул.

– Ну и что? – ехидно поинтересовалась Инна. – Узнала?

За словами последовали действия. Она распустила шнуровку на своих высоких сапогах-ботфортах. К кирпичу привязала конец шнурка и бросила его в воду.

Камень вместе со шнурком вырвался у Инны из рук и ушел на дно.

– Я не виновата! – оправдывалась Инна. – Думала, что кирпич ляжет на дно. А он вырвался у меня из рук. Дна там нету.

– Что же там тогда? Колодец, что ли?

– Очень может быть! Какой-нибудь сток, который теперь засорился и через который вода больше не уходит!

– Снимай второй шнурок!

– Зачем это?

– Измерим хотя бы приблизительную глубину!

– Не надо снимать. Я и так тебе скажу, там не меньше полутора метров!

Это заставило всех призадуматься. Лезть в подозрительно грязную воду никому не хотелось. И наконец Мариша произнесла:

– Делать все равно нечего. Мы с вами на правильном пути. Нужно идти в воду.

– В смысле?

– Этим ходом кто-то пользовался, – неожиданно произнесла Света. – И совсем недавно. Я видела следы в пыли.

– Какой-нибудь рабочий.

– Про этот ход не знает никто в музее.