Ключи Пандоры - Георгий Ланской

Несмотря на героическую профессию, майор Кирилл Миронов был глубоко суеверным человеком. Правда, утром он не задумывался, с какой ноги встать, а рассыпав солонку, не перебрасывал щепотку соли через левое плечо. Однако Кирилл четко знал: день, который начинался черт знает как, обычно заканчивался чем-то ужасным.

В этот раз все началось с ванной. Коммунальщики решили отключить горячую воду именно в тот момент, когда Кирилл, голый, в мыльной пене, стоял под душем. Матерно ругаясь, Кирилл кое-как домылся ледяной водой, а когда пошел бриться, обнаружил, что отключили и холодную. На кухне дожидался сухой, как перец, чайник.

— Да сто чертей вашей маме! — пригрозил Кирилл коммунальщикам, но те почему-то не испугались и воду не дали.

Кирилл позавтракал, утолил жажду кефиром и поехал на службу, уверенный в том, что сегодня его непременно ждет нечто ужасное.

Тем не менее пятница прошла абсолютно спокойно. Убойный отдел пребывал в сладкой дреме. Вызов был только один, на пьяную драку. Двое незадачливых выпивох не поделили бутылку и ею же разбили друг другу головы. Когда опергруппа прибыла на место, один забулдыга уже скончался, второй храпел тут же, подложив под голову ногу покойного.

— Понятно! — констатировал Кирилл, оглядев жалкую халупу. — Упакуйте пьяного и ждите жмуровоз для убитого. Пойду позвоню в прокуратуру, чтобы к нам никого не присылали. Дело яснее ясного!

Кирилл лично проследил, как бузившего алконавта утрамбовали в дежурную машину, а покойника забрали медики. Предчувствие чего-то нехорошего не отпускало. Но до вечера так ничего и не случилось.

— Предчувствие его сегодня подвело! — радостно пропел Кирилл, когда служебный день благополучно завершился.

Однако в семнадцать ноль одну минуту, когда Миронов стоял в дверях, в кабинете прозвучал телефонный звонок.

Кирилл замер. Телефон издевательски надрывался.

Выждав несколько звонков, майор нехотя снял трубку, но там уже раздавались частые гудки. Обрадовавшись, он уехал домой, наивно полагая, что проведет вечер в приятном общении с бутылочкой холодного пива под бодрый речитатив спортивного комментатора.

Дома все было в порядке. Коммунальщики, видно испугавшись угроз, включили воду. Жена Ольга вернулась с работы и готовила мясо с овощами и специями. Узрев ее ладную фигуру в коротком халатике, Миронов крякнул и полез обниматься.

— Уймись, бешеный! — кокетливо отстранилась жена. — Иди лучше помойся, а то от тебя за версту ментурой разит!

— Наговариваете вы на нас! Грех это! — вздохнул Кирилл, но помылся с удовольствием, насладившись обилием горячей и холодной воды.

Тугие струи смыли еще один день службы в полиции. Унесли в канализацию разборки двух алкоголиков, тучу бумажной работы, мелькание ориентировок с фотороботами, неуловимо схожими с известным боксером, а ныне политическим деятелем, телефонные звонки и планерки у руководства. Сегодня — нудное и тягучее, как патока, подходило к концу, а завтра… Завтра начинались выходные, когда можно дрыхнуть до двенадцати, пялиться в телевизор до отупения, но лучше все-таки махнуть на шашлыки. Ольга давно хотела, да и друзья звали…

Кирилл напоследок облился прохладной водой, накинул халат и, ощущая себя почти счастливым, направился в кухню, откуда неслись восхитительные запахи. И в тот самый момент, когда он, истекая слюной от вожделения, пододвинул к себе тарелку с тушеным мясом, в дверь позвонили.

Кирилл замер, пожалев, что не может, как кот с добычей в пасти, спрятаться за холодильник. Ольга нахмурилась.