Испанская легенда - Татьяна Полякова

Я решительно поднялась и покинула комнату. Осторожно ступая,спустилась вниз. Игнат Мартынович все еще был на веранде. Дверь из кухни вела всад, но ею я вряд ли смогу воспользоваться, если там Серафима. Серафимы накухне не оказалось, и я вздохнула с облегчением. Я вышла в сад и направилась подорожке в сторону забора. Калитку заметила издалека. Торопливо приблизилась,открыла ее, оглянулась и увидела Серафиму в окне второго этажа. Она вроде быхотела мне что-то крикнуть, но вдруг исчезла за занавеской. «Побежаладокладывать», – пронеслось в голове. В тот момент я чувствовала себяпреступницей. Преступницей, бегущей из тюрьмы. Вот сейчас завоет сирена и вседвери захлопнутся.

Я выскользнула в переулок и закрыла калитку. Машина Алексеястояла чуть в стороне. Он распахнул дверь, я быстро села, и машина сорвалась сместа.

– Куда ты? – пробормотала я.

– Лучше найти место поспокойнее.

Через пятнадцать минут, покинув пригород, мы уже ехали вдольреки.

– Все, останови здесь, – велела я. Алексейпритормозил. – Что ты хотел мне сказать?

– Собственно, ничего нового, – пожал он плечами. –Только один вопрос, моя милая: почему твой Мартин до сих пор жив?

– Что? – растерялась я.

– Да-да, ответь мне. Стоило какому-нибудь парню оказатьсярядом с тобой, как с ним непременно что-нибудь случалось. Твой братец не терпитконкурентов. Теперь ты открыто живешь у своего Мартина и даже собираешься выйтиза него замуж, а братец себя никак не проявляет. Тебя это не смущает?

– Ты сам сказал: кто знает, что у дьявола на уме?

Алексей засмеялся, покачал головой:

– Значит, он тебя увозит? Завтра ты станешь его женой, икапкан захлопнется.

– Не смей обвинять Мартина! – заорала я.

– Ну конечно, как можно его подозревать, – усмехнулсяАлексей. – Он просто кладезь достоинств. И в постели хорош, да?

– Прекрати. Прекрати, ты ведешь себя, как...

– Как кто? – схватив меня за плечи и глядя мне в глаза,произнес он. Я молчала, не отводя взгляд, а он сжал плечи еще сильнее. –Ты никуда не уедешь, – сказал он тихо, покачав головой. – Я тебя неотпущу. Слышишь?

– О чем ты? – испугалась я, поняв, как всегда сопозданием, что садиться к нему в машину не следовало.

– Не слишком ли ты хороша для него? – Алексей выпустилменя, и через мгновение машина рванула с места. Мы неслись на бешеной скорости,я испуганно закричала, вцепившись в ручку над дверью:

– Прекрати! Мы разобьемся!

– Это тоже выход, разве нет? – засмеялся он.

Машину занесло на повороте, Алексею с трудом удалосьвыровнять ее, скорость он все-таки сбросил, теперь мы ехали по проселочнойдороге, впереди показались какие-то полуразрушенные здания, обнесенные забором.Вместо ворот пролом в стене. Мы оказались на заасфальтированном пятачке, совсех сторон окруженном развалинами.

– Выходи, – устало произнес Алексей.

– Зачем ты меня сюда привез? – оглядываясь, спросила я.

– Подходящее местечко для встречи с дьяволом, главное, чтонам здесь никто не помешает.

Выскочив из машины, я бросилась бежать, заранее зная, что несмогу уйти от него. Алексей легко догнал меня и потащил к ближайшему зданию. Яотбивалась, бестолково молотя кулаками.

– Ну хватит, хватит, – сказал он. – Ты же знаешь,я тебе ничего не сделаю, а за временные неудобства извини.

Он пнул ногой дверь, и мы очутились в помещении без окон.Наверное, здесь когда-то был цех, а может, гараж. Крыша отсутствовала. Вокругкучи щебня, мусор, чуть в стороне бетонные блоки, лежавшие друг на друге.

– Ну вот, устроимся с удобствами, – кивнул на нихАлексей. Сел, привалившись к кирпичной стене, и усмехнулся.

– Что ты собираешься делать? – спросила я.

– А ты не догадываешься? Впрочем, со смекалкой у тебяпроблемы. Ты не видишь очевидного, точнее, не желаешь видеть. Влюбленная дура,у которой мозги отшибло. Раскрой глаза, идиотка. Что еще должно случиться,чтобы ты поняла? С его работой он всегда мог свободно разъезжать по стране. Он леталв Испанию, когда ты там была, и наблюдал за тобой. Он заранее подготовился квашей встрече, обаяв твоего глупого дружка. Как грабители попали в квартирутвоего дяди? Ну, пошевели мозгами. Не было никаких грабителей. Он явился, итвой дядя впустил его в квартиру, ничего не опасаясь. Он был там, когда тыпришла, а потом разыграл комедию с твоим чудесным спасением. Он не спускал стебя глаз и убивал всех, кто мог тебя защитить.

– Перестань! – закричала я. – Я никогда неповерю...

Он встряхнул меня, прижал к стене.

– Подруга звонила тебе той ночью. Что она сказала?

– Он не мог ее убить, – испуганно произнесла я. –Слышишь, ты... он не мог, он всю ночь был со мной, в одной постели.

Алексей отпрянул, опустив руки.

– Ах вот как... ну конечно.

– Он не мог ее убить, – повторила я.

Он сел, прикрыв лицо ладонью.

– Дура, какая же ты дура! Ему совсем необязательно делатьэто самому. Он трахал тебя всю ночь, отличное алиби, так? Отличное алиби. А егопапаша в это время убил твою подругу. Позвонить ему и предупредить Мартинутруда не составило.

– Его отец инвалид, он не может ходить...

– Не может? Потому что передвигается в инвалидной коляске?Уверен, когда надо, он прекрасно обходится без нее. Ты забыла, с кем имеешьдело, дурочка.

– Оставь Мартина в покое! – вновь заорала я ипопыталась взять себя в руки. Мне это почти удалось, я заговорила спокойнее: –Ты спросил, почему он жив? У меня такой же вопрос, ответь мне, почему жив ты?Почему этот чертов Испанец позволил тебе копаться в своем прошлом и даже непопытался избавиться от тебя? А ведь это логично, правда? Ты сказал, что Мартинразыграл мое спасение. А ты? Ты спас меня от маньяка, появившись очень вовремя.Может быть, это тоже розыгрыш? Как ты оказался в детском доме? Почему незахотел назвать свою фамилию? Как тринадцатилетний ребенок мог ничего не знатьо своих родителях?