Бандитская рулетка - Владимир Колычев

– Я сейчас закричу!

Увы, но эта угроза оказалась запоздалой. Ей не понадобилось кричать, поскольку Кирилл сам спустился в подвал.

Он не собирался спрашивать, откуда здесь взялся Леня. Он собирался набить ему морду.

– Старик, ты не так меня понял!

Леня вспомнил, что случилось с Копытиным после общения с Кириллом, и ему стало страшно… Помнится, он восхищался тем, как Лиманов избил двух немцев из-за Розы. Не думал он тогда, что и сам может попасть под этот молох.

– Я тебе сейчас все объясню!

Но Кирилл пер на него как бык. Оставалось только защищаться. Не успел Леня принять боевую стойку, как мощный кулак врезался ему в челюсть. И тут же последовал новый удар, из-за которого он сильно стукнулся головой о стенку, а падая, успел пропустить и третий удар.

На этом все и закончилось. Лежачего Кирилл бить не стал.

Сознания Леня не потерял, но соображал туго. И перед глазами все плыло, поэтому пришлось их закрыть.

– Ну, и что все это значит? – донесся до него голос Кирилла. – Что это за конура такая? Ты здесь этого козла прятала?

Лиманов наклонился над Леней, наспех обыскал его, вытащил из-за пояса «беретту».

Леня с досады заскрипел зубами. Ну, почему он про ствол не вспомнил? Обидно. Из-за того обидно, что страх перед этим недоноском затуманил сознание.

– Он – мой брат, – с чувством вины в голосе отозвалась Роза. – Я не могла бросить его…

– Но любишь ты его не как брата.

– И его люблю. И тебя.

– Чего глаза прячешь, урод? – спросил Кирилл, замахиваясь, чтобы влепить Лене пощечину.

Тот зажмурился, но удара не последовало.

– Кирилл, прости! – Увы, Лене пришлось переступить через себя.

Но ведь он унижается не просто так, это всего лишь хитрость, на которую можно поймать Лиманова. Однажды удалось это сделать, и сейчас он справится. Если не станет Чайхана, положение можно будет исправить. Можно даже подставить под удар самого Кирилла. Сказать, что они вдвоем с Чайханом сговорились против отца…

Главное, с Чайханом расправиться, а там будет все просто…

Леня извивался как уж на сковородке. Нагадил в чужом доме, теперь извинения просит. Морда в кровь разбита, в глазах страх. Смотреть на него противно. Пристрелить бы гада ползучего, но рука не поднимается.

Во-первых, не мог Кирилл пристрелить беззащитного. Был бы Леня под охраной, тогда другое дело. Во-вторых, Роза рядом стоит. А ведь Леня действительно дорог ей. Любит она его, и с этим ничего не поделаешь.

– Прости меня, Кирилл. И не выдавай.

– Спасибо за подсказку, – криво усмехнулся Кирилл. – Руки марать о тебя неохота, а вот братве я тебя сдать могу. Заодно и объяснишь, как ты отца своего «замочил».

– Я уже объяснял, но у Чайхана доказательства. Он сам отца убил, чтобы на меня все свалить.

Как же круто смотрелся Леня, когда в королевской короне на белом коне гарцевал. А сейчас на кошку облезлую похож – жалкий, мерзкий.

– И ты думаешь, что я тебе поверю?

– Тебя же на мое место поставили.

Кирилл удивленно глянул на Розу. Зачем, спрашивается, нужно было Лене об этом рассказывать? В ответ она опустила голову. Женская логика – загадка.

– Ну, это еще вилами по воде…

– Не вилами. Просто Чайхан не смог сам занять мое место, а других он не хочет, поэтому тебя на это место и посадил. Зиц-председателем будешь, ну, типа того. Есть вице-короли, а ты зиц-королем будешь. Независимым зиц-королем. Потому что от тебя ничего зависеть не будет… Чайхан хитрый и настырный, если он что-то задумал, остановить его невозможно. Сначала он разберется с Климом, затем с Гурьяном, Колосом, с остальными, а потом займется с тобой. Знаешь, после трудного дела даже приятно заняться легким. Легкое дело на закуску обычно оставляют. Но тебя по-любому последним убрать надо будет.

– Зачем?

– А ты сам подумай, зачем? Когда Чайхан со всеми разберется, тебя отправят в утиль, на свалку истории.

– Хорошо, я это учту.

– Мочить надо Чайхана.

– Думаю, что ему интересны будут твои советы, – презрительно усмехнулся Кирилл.

– Ему?! Ты все-таки хочешь меня сдать! – заколотился Леня. – Не советую!

– Почему?

– Он же не просто меня убьет! Он из меня весь мой бизнес выбьет! Сначала выжмет меня, а затем уже растопчет.

– И что?

– Как что? – Леня посмотрел на Кирилла, как на идиота. – Это же бизнес! Это клубы, рестораны, магазины, автосервис, автомойки… Да много чего!.. Ты думаешь, что это станет твоим? Черта с два! Чайхан лично на себя все перебьет… Ты ему и нужен-то, пока представляешь семью моего отца со всем нашим бизнесом. Меня нет, зато ты есть, значит, братва имеет право на наш бизнес. Пока меня нет, ты на коне, а как только меня не станет, то все…

– Тебя не поймешь, Леня. То Чайхан с братвой разобраться хочет, то с твоим бизнесом.

– А ему и то и другое нужно! Пойми, пока я в безопасности, тебе ничего не угрожает. Пока ты представляешь меня, ты будешь нужен Чайхану…

– А кто тебе сказал, что я собираюсь тебя представлять?

Кирилл и сам понимал, что Чаихин заманивает его в мышеловку, как понимал и то, что система, выстроенная покойным Воротыном, не станет для него родной. Фраер вору не товарищ, а значит, нечего соваться в это болото.

А сейчас, глядя на жалкого Леню, он еще больше укреплялся в своем решении. Не хотел Кирилл, чтобы его самого через время обвинили в каком-нибудь смертном грехе и приговорили к смерти. Не хотел умирать ради того, чтобы прокатиться на королевском коне. На том коне, которого вел в поводу Чаихин.

– А разве нет?

– Я подумаю… Сначала сдам тебя. Пусть Чайхан забирает себе твое добро, а я заберу твое признание. Это же ты заказал Шмита, да? Вот и сделаешь признание.

Признание можно снять на видео, а затем отправить ментам. И Кирилл откажется от своих показаний. Тем более что Карагезов не верил ему.

Но, может, не стоит сдавать Леню Чаихину? Что-то не хочется выслуживаться перед мафией.

– Я и так могу сделать признание, – захныкал Леня. – И еще все свое имущество на тебя переписать…

– Но для этого я должен убить Чайхана?

– Ну, это в твоих интересах…

– Значит, должен… Хитрый ты, Леня. Но ты сам себя перехитрил.

Нет, нельзя оставлять эту змею у себя на груди. А самому марать руки неохота. Что ж, пусть это сделает Чайхан. Может, это позволит ему самому занять место бандитского пахана. А Кирилл умоет руки и выйдет в отставку. Возможно, в почетную…

– Ты пойми, я все тебе отдам!