Чужая маска - Александра Маринина

Владимир Петрович Пригарин вернулся из Рязани через три дня,и Стасов снова пришел к ним домой. Одного взгляда на Пригарина оказалосьдостаточно, чтобы Стасов сообразил, из-за чего мог разгореться тот скандал,выгнавший беднягу на улицу в морозную декабрьскую ночь. Владимир Петрович былмоложав до неприличия и выглядел почти что сыном собственной жены. Разумеется,без женщины в том скандале не обошлось.

– Как вам удается так молодо выглядеть? – несдержал любопытства Стасов. – Раскройте секрет.

– Спорт, диета, много времени провожу навоздухе, – улыбнулся Пригарин. – Никогда не пил и не курил, сдвадцати пяти лет перестал есть конфеты и жирное мясо, а сейчас вообще перешелна вегетарианский стол. И положительные эмоции. Вы не представляете, как важныдля человека положительные эмоции. А мне в этом смысле повезло больше, чемпредставителям многих других профессий. Я ведь всю жизнь проработал в одном итом же роддоме, тридцать лет младенцев принимал. Конечно, мамочки всякиебывают, кто ж спорит, но в основной своей массе они излучают радость и счастье,а я в этих лучах три десятка лет грелся. Вы, наверное, в биополя и вбиоэнергетику не верите?

– Ну, в общем… – растерялся Стасов. – Я мало вэтом разбираюсь.

– Вот видите, а беременная женщина, роженица и молодаямамочка – это совсем особенные существа, у них такая биохимия и биоэнергетика,что только диву даешься. Самый свежий пример: врачи обнаружили, что вещество,уничтожающее вирус СПИДа, вырабатывается гормонами беременных женщин. Потелевизору недавно сообщали.

– Вы хотите сказать, что все люди, работающие вроддомах, выглядят, как и вы, на двадцать лет моложе? – усомнился Стасов,которого разговор с Пригариным начал откровенно забавлять.

– Не обязательно, – очень серьезно отозвалсятот. – Некоторые сохраняют внешнюю моложавость, другие выглядят на своигоды, но отличаются завидным здоровьем, третьи необыкновенно счастливы в семьеи вообще в личной жизни, потому что заряжаются на работе добром и радостью инесут их своим близким вместо обычной усталости и раздражения. У всехпо-разному бывает, но биоэнергетика, связанная с рождением детей, сказываетсяна всех. Редко кто не реагирует, только уж совсем особенные люди.

– Это очень интересно, Владимир Петрович, но мне быхотелось поговорить не об этом, а о том, что произошло год назад.

– Разве дело не закончено? – удивилсяПригарин. – Был же суд.

– Да, осужденный Евгений Досюков отбывает наказание вколонии, но его жена наняла частного детектива, то есть меня, чтобы попытатьсядоказать, что произошла судебная ошибка и Досюков преступления не совершал.Поэтому я заново встречаюсь со всеми свидетелями.

– Зачем? Что вы хотите доказать?

– Скорее не доказать, а просто проверить. Хочуубедиться, что следствие было проведено грамотно и добросовестно, хочупосмотреть, не было ли действительно какой-нибудь ошибки. Поэтому я прошу вас,Владимир Петрович, вспомнить как можно детальнее и заново пересказать мне все,что вы видели в ночь с первого на второе декабря прошлого года на улицеВеснина.

Пригарин несколько мгновений молчал, словно стараясьсосредоточиться.

– Значит, я шел по улице Веснина со стороны СтарогоАрбата, – начал он. – Мимо меня со стороны Арбата проехал автомобильи остановился метрах в ста впереди. Из машины вышел мужчина в куртке, издалекамне было не видно, какого она цвета и как пошита, но по силуэту я понял, чтокуртка короткая, с широкими плечами. Мужчина стал снимать «дворники» и зеркала,запирать машину, я за это время подошел ближе, и мне уже было видно, что курткатакого среднего цвета, не светлая, но и не черная, отделана белым мехом.Мужчина закурил и вошел в подъезд. Похоже, он там стоял и курил, потому что,когда я подошел к дому и заглянул через окно в освещенный холл, он как разсделал последнюю затяжку и выбросил окурок. «Дворники» и зеркало, я заметил, лежалина подоконнике, и еще, кажется, приемник автомобильный был. Там такой широкийнизкий подоконник, а мужчина стоял у самого окна и одной рукой рылся в кармане,похоже, что ключи искал. Я остановился и посмотрел на часы, было чуть большепяти минут четвертого, минут шесть или семь. Я тогда еще подумал, какой удобныйподъезд – светлый, теплый, консьержки нет, а подоконник широкий, на нем сидетьудобно. Шаг замедлил и стал за мужчиной наблюдать, ждал, когда он сядет в лифти уедет, чтобы зайти в подъезд, погреться, отдохнуть. И вдруг мне так неловкостало, думаю, да что ж это такое, уважаемый человек, врач с тридцатипятилетнимстажем – и буду сидеть в подъезде, как пьянь подзаборная. Через три часа метрооткроется, там посижу. А пока – пешочком. Я-то когда из дому выскочил в пылуссоры, еще двенадцати не было, поэтому сломя голову в метро помчался и поехал всторону Кузьминок, где живет мой давний товарищ. А когда спохватился, вышел наулицу да в себя пришел, уже всюду опоздал. Пришлось потихоньку в сторону домапешком брести. Но я люблю ходить, ноги у меня сильные, тренированные, –улыбнулся Пригарин. – Вот, собственно, и все.

– Понятно. А вы точно уверены, что мужчина, которыйвышел из машины, и мужчина, которого вы потом увидели в освещенном холле, этоодин и тот же человек?

– Ну а как же? – удивился ВладимирПетрович. – Во-первых, куртка точно такая же, и без головного убора, и«дворники» с зеркалом. И сигарета во рту. Но вы знаете, Владислав Николаевич,следователь мне этот вопрос тоже задавал, и адвокат на суде к этому прицепился.Так что не вы первый.

– И к какому же выводу они пришли?

– Они сказали, что вопрос об идентичности этих двухмужчин ставиться не должен. Речь должна идти только о том, что я запомнил исумел опознать мужчину, которого видел в холле.

– Хорошо, давайте поговорим об этом поподробнее. Почемувы обратились в милицию спустя два дня после этого?

– Потому что в передаче «Петровка, 38» показали, какего ведут в наручниках, и сообщили, что он арестован по подозрению в убийстве,совершенном в ночь с первого на второе декабря. Я и вспомнил, что видел его вту ночь. Честно признаться, я в милицию пошел не для того, чтобы статьсвидетелем обвинения, а совсем наоборот. Хоть я его видел-то совсем недолго, ноон мне не показался уголовником или там бандитом каким-то, и я подумал, что,может быть, мои показания помогут ему оправдаться. А вдруг он как раз в моментубийства был там, где я его видел, и теперь не может этого доказать, потому чтодумает, что никаких свидетелей нет. В общем, помочь хотел, а вышло наоборот.Получилось, что я его видел как раз тогда, когда он после убийства домойвернулся.

– И когда вы увидели его по телевизору, вы сразу егоузнали?

– У меня зрительная память отменная. Я фамилию могузабыть или даже имя, ни одного телефона наизусть не помню, но лица запоминаю надолгие годы. Вы постройте сейчас передо мной десять тысяч женщин, я вамбезошибочно отберу тех, у кого детишек принимал. Ни одной не пропущу, можетебыть уверены.