Три мешка хитростей - Дарья Донцова

Очевидно, в порыве вполне справедливой злости я слишкомсильно стукнула входной дверью, потому что в коридор мигом выглянула Крися.

– Пришла? Чего это на тебе одето? Где мои юбка с кофтойи туфли?

О черт, совсем забыла. Одежонка осталась валяться на диванев квартире Венедиктова.

– Извини, Крися, верну через неделю.

Девочка тяжело вздохнула и исчезла. На кухне возле огромногоблюда, заваленного плюшками с корицей, мирно восседала Анелия Марковна. В рукахдама держала газету «Здоровье». Не поворачивая головы, она произнесла:

– Томуся, ты только послушай. Во Франции придумалиудивительный, возвращающий молодость чай. Стоит…

– Это я, Анелия Марковна.

– О, Виолочка, – обрадовалась гостья, –наконец-то. Что-то вас целыми днями нет! Где это вы только бегаете?

– На работе, – решила не уточнять я.

– Ну надо же, – всплеснула руками Анелия, – аКристенька говорила, у вас сейчас нет учеников!

– Появились, даже несколько.

– А-а-а, наверное, в бассейне?

– Где? – оторопела я.

– Или в бане, – спокойно продолжила дама.

– Почему?

– Ну там раздеваться надо.

– Что-то не пойму, куда вы клоните.

– Деточка, – крайне деликатно прошуршалаАнелия, – у тебя футболочка надета наизнанку. Вряд ли ты так из дома ушла,а вот одевалась второпях, потом небось в темноте. Оно и понятно, устала отучеников, домой спешила. Только где же это преподавателю перед тем, как начатьурок, раздеваться приходится? Должно быть, в бассейне или бане, а может, ты унудистов бываешь?

Я включила чайник и уставилась на Иришкину свекровь. АнелияМарковна смотрела на меня спокойными глазами, и на ее лице играла самаяприветливая улыбка.

– Если намекаете на то, что изменяю мужу…

– Что ты, что ты, – замахала руками Анелия, –и в мыслях не держала. Но футболочка-то надета, правда, шовчиками наружу!

– Понимаете, была…

– Ой, деточка, – замахала руками Анелия, –поверь моему жизненному опыту: мужа следует дурить с умом и уж, понятное дело,никогда не выскакивать на улицу, не оглядев себя со всех сторон. Хотя, судя порассказам Кристи, твой Олег, хоть и следователь, но ужасный лопух! Вроде моегоДаника, тот тоже ничего вокруг не замечает! Единственно, что меня сейчасволнует, так это мать ребенка.

– Какая? – похолодев, поинтересовалась я.

Анелия вздохнула:

– Ну эта, малолетняя мамаша Костика. Алкоголичка ведь,как бы на мальчике не сказалось!

Выдав последнюю фразу, дама как ни в чем не бывало встала ивышла. Посидев пару минут с раскрытым ртом, я рванулась за ней в комнату длягостей.

– Вы знаете?!

Анелия, накладывавшая перед зеркалом на лицо какую-то густуюбледно-желтую массу, обернулась.

– Смотри, изумительный крем, на основе масла облепихи.Кожа потом просто шелковая. Хочешь попробовать?

Я отмахнулась.

– Как вы догадались?

Дама тяжело вздохнула:

– Долгий разговор.

– Рассказали Даниилу?

– Нет, конечно, упаси бог!

– Почему? – оторопела я. – Вы хотитевоспитывать чужого ребенка? Но… Ничего не понимаю!

Анелия тщательно закрутила фарфоровую баночку, потом досталакрохотную пластмассовую лопаточку, интенсивно похлопала себя по щекам иподбородку, взяла салфетку и приложила к лицу:

– Современные женщины, – сообщила она, –напрочь забыли старое золотое правило: крему нужно дать впитаться, а потом лицонеобходимо промокнуть и снять излишки, иначе кожа не дышит. Обязательно такделай.

– Анелия Марковна!!!

– Незачем кричать, – преспокойненько заявила дама, –сейчас сообщу кое-какие семейные тайны, но не просто так… За этим последуютпросьбы…

– Говорите!

Дама вздохнула, вытащила коробку конфет и поинтересовалась:

– Деточка, хочешь шоколадку? Честно говоря, яотвратительная лакомка…

– Ну Анелия Марковна!!!

– Зови меня просто Анеличка, – милостиво разрешиласобеседница.

Как опытная рассказчица, она выдержала паузу до конца.Медленно порылась в конфетах, аккуратно развернула золотую фольгу, снаслаждением откусила… Я чуть не умерла от любопытства. Наконец Иришкинасвекровь решила, что собеседница достигла нужной стадии и кондиции, и завеларассказ.

Степан Пешков, чьей женой Анеличка стала в двадцать лет, былвоспитан строгим отцом в патриархальном духе.

– Не поверишь, Виолонька, – улыбалась дама, –у них дома к родителям обращались на «вы» и по имени и отчеству.

Мать Степана во всем подчинялась властному мужу. Анелия дажеголоса свекрови не слышала, та скользила по квартире, как тень, опустив глазавниз. Внешне сыновья пошли в мать: высокие, темноволосые, широкоплечие,отцовского в них ничего не было. Разве только Степе достался от папеньки умисследователя и талант к овладению иностранными языками.

После свадьбы старик Пешков вызвал к себе в кабинет молодуюневестку и сделал ей внушение.

– Род Пешковых древний, – бубнил дед, поднимаякверху указательный палец, и ни разу фамилия не прервалась, наследование идетпо прямой линии. Никаких там двоюродных или троюродных, полуродных племянников…Вон, Оболенские да Тверские совсем распылились. Бог знает от кого настругали покуче детей, теперь и разобраться не могут, все у них князья. Цирк, да и только!Кровь-то разбавленная, не чистая!

Анелия слегка испуганно внимала старику. Дело происходило назаре шестидесятых годов. Девушка была активной комсомолкой, веселой хохотушкой…Уже слетал в космос Гагарин, СССР вовсю осваивал атомную энергетику, ителевизоры стояли почти в каждом доме, начиналась эпоха технического прогресса,экспедиций к далеким планетам…

Мракобесие какое-то! Дикий старик, хоть и великий ученый.Кровь, чистота рода, гербы и портреты предков… Да еще в спальне у свекровитеплилась возле икон негасимая лампада, перед которой женщина, стоя на коленях,часами замаливала грехи. Ну какие, скажите на милость, могли быть прегрешения утетки, выходившей из дома раз в неделю, чтобы добыть продукты…