Рай в неглиже - Дарья Калинина

– Мы показали ей вот эти фотографии.

И Кира продемонстрировала фото, где Вера Иоанновна целовалась со своим юным любовником. Но Эльза не проявила большого любопытства.

– А-а-а, – как-то равнодушно протянула она, едва взглянув на фотографии. – Так я и думала, что моя свекровь еще та шалава. Зря Колька свою мамашу постоянно выгораживал, святую из нее делал! Ну да ладно. Теперь назад уже ничего не переиграешь. Как есть, так и будет.

– Тебе не интересно, с кем Вера Иоанновна крутит роман?

– Да какая теперь уж разница, – отмахнулась от них Эльза. – Ладно, девчонки, спасибо, что заглянули. Но сейчас я хочу остаться одна.

– Но у нас к тебе есть еще вопросы.

– Я неважно себя чувствую.

– Вызвать тебе врача?

– Спасибо. Взять телефонную трубку я пока еще способна.

Подруги потоптались в нерешительности возле Эльзы. Но видя, что та не делает никаких попыток поговорить с ними, даже не смотрит на них, пошли к дверям. Но уже у самого порога Леся остановилась и задала вопрос, который волновал ее больше всего:

– Эльза, а все-таки как это у вас с Владиком получилось?

– С Владиком? – безразлично откликнулась она. – Да так как-то все и получилось. Его бабы затрахали. У меня Колька чудил. Ну, вот мы и сдружились. Никакой любви между нами не было, простой трах. Пару раз всего это и было.

– И ты сразу забеременела?

– Представьте себе! – воскликнула Эльза. – Вот смешно, правда? От Кольки столько лет ничего не получалось, а с Владькой в один миг все вышло.

– Но ведь Коля был бесплоден.

– Ага. И сам мне об этом ничего не сказал. И родители его от меня это скрывали. Хорошо, что я нашла его детскую историю болезни, где всю правду и прочитала. Эх, нашла бы я эту медицинскую карточку пораньше, знала бы, как мне действовать дальше. Но и так неплохо получилось. Или еще получится.

– Получится? О чем ты?

– Не обращайте на меня внимания, девочки, – слабо взмахнула рукой Эльза.

После приступа буйства на нее навалилась странная апатия. Она едва шевелилась и лежала на диване, словно у нее совсем не осталось сил. Конечно, так бы подруги ее не оставили. Они бы затеребили Эльзу, уточнили, что она имеет в виду. Но тут у Киры зазвонил телефон. Она посмотрела на табло и увидела, что звонит ей Ника – девушка Семы – Семафора.

Томимая недобрыми предчувствиями, Кира все же поднесла трубку к уху. Но при первых же звуках голоса Ники от сердца у нее отлегло. Голос девушки звучал весело и жизнерадостно. Она явно готовилась сказать хорошую новость. Так оно и оказалось.

– Сема поправился! Он не только выжил, он уверенно выздоравливает! Мне сегодня звонил его врач, сказал, что я могу повидаться с Семой. А потом звонил он сам. Сказал, что ему вернули телефон и все его вещи. И перевели в общую палату! Я сейчас еду к нему, вот вам и позвонила!

– Как хорошо, – искренне порадовалась за нее Кира. – Слушай, а нам с тобой можно?

– Не знаю. Наверное, да. Но, впрочем, я еще уточню.

После этого подруги быстро попрощались с Эльзой, которая им даже не ответила, похоже, заснула, и побежали к «гольфику». Впрочем, очень быстро выяснилось, что бежать им никуда не надо. К Семе пустят одну лишь Нику. Но девушка обещала, что будет поддерживать с подругами телефонную связь и они смогут задать Семе по телефону все вопросы, какие захотят.

Вернувшись обратно к Эльзе домой, подруги убедились, что она действительно спит. Дверь так и осталась открытой, а Эльза не изменила положения на диване.

– Пойдем на кухню, – тихо прошептала Леся. – Пусть выспится.

– Бедняжка, на нее столько всего навалилось, немудрено, что она потеряла на какое-то время контроль над собой.

– И все-таки как думаешь, почему Эльза вначале так разозлилась, когда узнала, что мы проговорились Колькиной матери о ее беременности?

– Не знаю. Может, намеревалась все же выдать малыша за ее внука или внучку?

– А почему потом сказала, что это неважно?

Но обсудить эту тему подруги не успели. Им позвонила Ника, потом она передала Семе трубку. И подруги наконец получили возможность обсудить с парнем все детали его заболевания. Вопросов у девушек накопилось превеликое множество, и они, не стесняясь, начали задавать их Семе.

– Как ты заразился? Правда, что у тебя была чума? Где ты мог подцепить бациллу? Что сказали врачи? Возможно ли, что в скором времени на наш город обрушится эпидемия?

Сема оказался легким в общении человеком. Он не стал выкаблучиваться и сразу же признался, что в первую очередь думает на Колю.

– У него были схожие симптомы. И он был единственный больной, с кем я контактировал в последнее время.

– Все остальные твои знакомые и даже клиенты здоровы?

– Сейчас лето, – отозвался Сема. – Больных мало. Да тем более таких больных! У меня ведь был не банальный грипп, у меня была самая настоящая чума. Врачи сказали, что мне еще повезло, я заразился каким-то штаммом, который не во всех случаях вызывает летальный исход. Хотя и странно, бубонов на теле у меня не было.

– Кого?

– Чума бывает легочной и бубонной, – принялся объяснять им Сема, который за время своей болезни здорово поднаторел в этой теме. – Во время первой страдают легкие, а во время второй по телу, преимущественно в области паха, появляются гнойные язвы – бубоны. Если их вскрыть, то больному станет легче, и он даже может выжить.

– М-м-м… Но у тебя язв не было?

– Нет. Хотя чума у меня была именно бубонной, а не легочной. Можно сказать, мне повезло. Здоровый организм плюс то, что я вовремя вызвал врачей, – это меня и спасло.

Подруги были искренне рады за парня.

– А где ты мог заразиться? От Коли? А он от кого?

– Понятия не имею. Но Колька выглядел в тот раз очень плохо. Он мне даже оставил свои бутерброды, которые ему жена приготовила. Сказал, что парочку с самого утра съел, а теперь ему не до еды, температура ползет вверх, голова болит, и вообще, так его скрутило, что того и гляди помрет.

– Как в воду глядел!

– Да.

– А бутерброды зачем он тебе оставил?

– Выбросить ему было жалко, а назад везти он не мог. Жена у него такая строгая, всегда проверяла, съел Коля ее стряпню или нет. Если нет, то Кольке бы не поздоровилось.

При этих словах подруги покосились в сторону комнат, где спала Эльза. Оказывается, личная жизнь Кольки была далеко не такой безмятежной, какой пыталась представить ее Эльза. Она закатывала своему кавалеру грандиозные истерики, раз он боялся расстроить ее даже таким пустяком, как несъеденный завтрак.

– В общем, пока я бутерброды те трескал, Колька уже на тот свет отъехал. Эх! В жизни себе не прощу, что не уговорил его остаться! Или самому надо было за руль сесть! Ведь если бы я настоял, Колька мог бы теперь быть жив.