Седьмая казнь - Ольга Володарская

– Это Дуня, – сказал Сергей, подведя Орзу к кровати, на которой лежала больная, – моя сестра. Вы, Орзу, наверное, знаете нашу грустную историю…

Юноша кивнул. Райка говорила что-то о том, что сестра Сергея после аварии превратилась в инвалида.

– Дуня практически ничего не чувствует. Она недвижима и… безумна. Не в том смысле, что сумасшедшая, просто не способна мыслить. Понимаете? Ее мозг практически мертв.

– Мне жаль…

– Мне тоже. Я многое бы отдал, чтобы вернуть сестру к нормальной жизни. И долгое время пробовал это сделать. Но, к сожалению, ей нельзя помочь. Ее можно только освободить. Вы понимаете, о чем я?

– Нет.

– Смерть принесет ей облегчение. Душе ее. Она вырвется из темницы искалеченного тела.

Орзу все еще не понимал, к чему Сергей ведет. Но чувствовал: разговор затеян не просто так.

– Вы смогли бы помочь ей освободиться? – вкрадчиво спросил Сергей.

И тут Орзу все понял.

– Вы хотите, чтобы я… убил ее?

– Мне не хотелось использовать это слово…

– Вы хотите, чтобы я убил ее? – настойчиво повторил Орзу.

– Да.

– Нет!

– Почему? Вы же с легкостью лишили жизни свою невесту. Что вам стоит убить незнакомую девушку, да еще больную?

Орзу отшатнулся от Сергея. А тот продолжал:

– Да, я знаю, что это сделали вы. Я не спал в ту ночь. Мысли не давали. Я не знал, куда деть себя, все мотался по дому. Надеялся, что кто-то выйдет из своей комнаты и составит мне компанию. Но дом спал. Я ходил от окна к окну, выглядывал во двор. Зачем? Понятия не имею. Просто мне нечего было делать. И тут… Увидел вас. И Зебо. Она стояла на коленях перед вами. Было темно, и я было решил, что вы занимаетесь… оральным сексом. Поэтому тут же отошел от окна. Я же не извращенец, чтобы наблюдать за таким действом. А утром узнал, что Зебо задушена. И сразу понял: это ваших рук дело. Я должен был тут же бежать в полицию, но решил дать вам шанс остаться на свободе. Только за это прошу вас… – Сергей запнулся. – Вы поняли, о чем…

– Нет, вы ошибаетесь… Я не убивал их…

– Их? Я обвинил вас только в смерти Зебо. Но догадывался, что вы и Клавдию убили. Все из-за денег, да? Тех, что должна была получить Раиса? Ну да, наверняка вам пришло в голову, что, если пожилая хозяйка умрет, все ее имущество перейдет к вашей любовнице, и вы наконец-то красиво заживете. И тут приезжает Зебо. Ваша невеста, как оказалось, которую вы представили всем как сестру. Она могла испортить то, что было задумано вами. И вы решились на убийство. Подобная история описана в романе Драйзера «Американская трагедия». Не читали? Хотя о чем я, конечно, нет. Но поверьте мне на слово. В том романе герой, на первый взгляд на вас не похожий, так же избавляется от той, которая может помешать его счастью с богатой наследницей.

– И чем закончилась книга?

– Героя приговаривают к смертной казни.

Орзу почему-то так и подумал.

– Мне сейчас надо уезжать, – продолжил Сергей. – Дела, знаете ли. Вас я оставляю у себя в квартире. Вернусь к вечеру. И, надеюсь, вы за время моего отсутствия… позаботитесь о Дуняше.

– Позабочусь? – тупо переспросил Орзу.

– Вы меня поняли…

И Сергей ушел. Стремительно, как будто боясь задержаться хотя бы еще на миг.

Когда дверь за ним захлопнулась, Орзу без сил опустился на пол. Можно сказать, рухнул. Как будто все его кости размякли и тело, оставшись без внутреннего стержня, вдруг опало, точно какая-нибудь тряпка, снятая с манекена.

«Что же я сделал с собой? – застонал Орзу мысленно. – В кого себя превратил? Где тот милый мальчик, игравший на дудочке, добрый, чистый, любящий всех вокруг?»

Орзу не хотел никого убивать.

Более того, не предполагал, что способен на это.

И все же задушил Клавдию, повинуясь какому-то странному порыву. Это было как наваждение!

…Когда в тот день от него ушла Райка, он вспомнил, что не запер заднюю дверь, ведущую во двор. Идти в особняк не хотелось, но Орзу заставил себя встать с кровати. Сегодня он уже проштрафился, хозяйка застукала его за кражей спиртного, и если Клавдия обнаружит, что работник еще и свои обязанности не выполнил, то точно его уволит.

Орзу натянул на себя одежду и побежал к дому. Достигнув двери, полез в карман за ключами… а их не оказалось. В кармане рабочего комбинезона остались, сейчас же на нем были джинсы и куртка. Чертыхнувшись, юноша вошел в кухню и запер створку изнутри. Особняк ведь можно покинуть через главный вход – там дверь захлопывается. Орзу, осторожно ступая, чтобы не наделать шума, направился к холлу.

– Кто там еще? – услышал он голос Клавдии из гостиной.

Парень мысленно застонал. Кто же мог подумать, что хозяйка еще не спит! Орзу увидел свет торшера и заметил – в кресле кто-то сидит. Но не предполагал, что именно она.

Хотел убежать, чтобы не попасться ей на глаза, однако не успел. Женщина обернулась и увидела его.

– Опять ты тут шастаешь? Что, без бухла Райка не дает? Решил все же спереть бутылку?

– Я двери проверял, заперты ли.

– Ночью? Ты должен был это сделать давным-давно.

– Простите…

А что еще он мог сказать?

– Знаешь что, Орзу, иди-ка ты в свою комнатку и собирай вещи. Утром чтоб духу твоего в моем доме не было!

И Клавдия отвернулась.

Но Орзу не мог вот так просто уйти. Нужно было во что бы то ни стало уломать хозяйку оставить его. Ведь вместе с работой он и Райку потеряет, а Райка – это и любовница фантастическая, и его контрамарка в безбедную жизнь. Парень уже представлял, как заживут они на денежки Клавдии. Старуха же не вечная, вот-вот на тот свет отправится. Конечно, наследство Райке достанется, не ему, но и Орзу внакладе не останется. Сегодня, например, девушка после секса рассказывала о Праге и добавила в конце: «Вот получу теткино богатство, сразу нам с тобой путевки возьму. Поедешь со мной в Чехию?»

Конечно, Орзу поехал бы. Вот только если сейчас Клавдия его уволит, то – все. Райка быстро ему замену найдет и позабудет про него. И тогда в Прагу не Орзу покатит, а кто-то другой.

– Прошу, не прогоняйте! – простонал юноша. – Умоляю!

– Я все сказала, иди.

Орзу бухнулся на колени – больше ничего не оставалось.

– Встань немедленно, – брезгливо поморщившись, обронила Клавдия. – Это все равно не поможет. Я приняла решение.

Таким униженным Орзу себя еще никогда не чувствовал. Хотя ему через всякое за то время, что провел в Москве, пройти пришлось. Над ним издевались полицейские, как с вещью, обращались бабы, снимавшие его для секса, «кидали» работодатели. А он все сносил. И ни перед кем на колени не падал.