Солнечный удар в сердце - Ксения Любимова

– Так для нее финансы – тоже самый главный стимул, – заметила Мариша. – Чем их больше, тем она счастливее. Никогда не понимала людей, которые так стремятся к деньгам. В конце концов, зачем они в таком количестве? Какой-то мудрец сказал: «Когда люди съедят последнего барана и выпьют последний глоток воды, у них останутся только деньги. И тогда они, наконец, поймут, в чем настоящее богатство жизни!» Наверное, я не очень точно процитировала это изречение, – добавила девушка, – но общий смысл такой.

– Лиана сможет понять смысл этого только в том случае, когда такая ситуация реально произойдет в ее жизни, – заметил Эрик.

– Черт! – снова выругался Голубев. – Черт! Черт!!!

– Не ругайся при Марише. Не порть мне девочку.

– Я не могу не ругаться! – простонал тот. – Мне плохо!

– Почему? Что такого произошло?

– Ты издеваешься, да? – Голубев с обидой посмотрел на сыщика. – Моя главная задача заключалась в том, чтобы избежать обвинения Черемнова. А получается что?

– Что?

– Он – главный подозреваемый.

– С чего ты это взял?

– Как с чего? А переписка в Сети? Они же там открыто говорят о том, что хотят присвоить Гошины деньги, и ждут не дождутся, когда это случится.

– И что из этого следует?

– Как что! Они – преступники!

– Голубев! – тяжело вздохнул Эрик. – Это как раз таки может говорить только об одном – они не убивали Георгия.

Следователь вытаращил глаза.

– Ты так считаешь?

– Подумай сам. Им нужны деньги. И для этого Лиана не один день обхаживала Георгия. И вот теперь, когда деньги наконец-то так близко, они берут и убивают его. Ну не бред ли?

– Ты вселяешь в меня надежду! – завопил Голубев. – А как же нож? – тут же сник он.

– И нож говорит о том же самом. Мы, кстати, уже обсуждали этот вопрос. Черемнов не дурак. Он не стал бы убивать Гошу своим ножом. Но при всем при этом он и не очень умен. Просчитать многоходовую комбинацию ему не по силам. Да и нужен ему Гоша. Все-таки общий бизнес. А ты как считаешь, Мариша? – Эрик повернулся к девушке.

– Я бы никогда не убила курицу, несущую золотые яйца! – твердо сказала она.

– Тогда кто убил Георгия? – заорал следователь.

– У меня есть идея, – кивнул Эрик. – Вернее, одно существенное подозрение. Пока все факты говорят в ее пользу. Мне бы провести один эксперимент…

– А что мешает? – повеселел Голубев.

– Ничего. Нужно выбрать время.

– Скажи мне, кого ты подозреваешь! – следователь буквально повис на сыщике.

– Не скажу. У меня нет ни одного доказательства. Мне нужно вывести человека на чистую воду, а для этого он не должен ни о чем догадываться.

– Скажи хотя бы, мужчина это или женщина.

– Не скажу, – улыбнулся сыщик. – И вообще, чего ты ко мне пристаешь? Включай свои мозги!

Голубев покачал головой и медленно направился из комнаты. Внезапно он обернулся:

– Ты правду говоришь? Черемнов и в самом деле не виноват?

– Кто из нас следователь, в конце концов! – прикрикнул на него сыщик. – Это твоя работа – определять, кто виноват, а кто нет. А я тут так… На подхвате.

Голубев надулся.

– А говорил, что вся ответственность на тебе…

– Пойдемте в гостиную, – не обратил на него внимания Эрик. – Люди ждут, когда им можно будет вернуться в комнаты.

Сыщика и его товарищей встретили настороженно. Мариша украдкой ловила чужие взгляды и искала в них хоть какой-то намек на то, кто может оказаться убийцей. Как ни странно, но агрессии Мариша не почувствовала. Недовольство – да, ощущался даже некий холодок, но злобы как таковой ни от кого не исходило.

Даже Черемнов вел себя вполне сносно и пытался шутить.

– Надеюсь, вы получили удовольствие от просмотра наших личных вещей? – желчно поинтересовался он.

– Огромное! – кивнул Эрик. – Особенно от ваших. А вы обладаете художественным вкусом!

– Никогда в этом не сомневался, – скривился он.

«Видимо, Анатолий надеялся, что мы не найдем его альбом, – решила Мариша, глядя на парня. – Он явно не в своей тарелке, хотя и пытается это скрывать. Наверняка он сейчас гадает, скажет Эрик про его невинные развлечения или нет».

Сыщик некоторое время смотрел на Черемнова, а потом коротко сказал:

– Все могут быть свободны. И я по-прежнему жду вас, если у вас вдруг найдется, что мне сказать.

– И мне тоже уходить? – с сомнением произнес Черемнов, останавливаясь возле сыщика.

– А почему нет? – тот сделал удивленное лицо.

– Вы видели мой альбом, – произнес он.

– Видели.

– И что? – на лице Анатолия застыло ожидание.

– Ничего! – пожал плечами Эрик. – По-моему, каждый человек может иметь невинные увлечения. По крайней мере, до тех пор пока это никому не вредит.

– Я не ожидал от вас такой лояльности!

– Это всего лишь понимание маленьких человеческих слабостей.

– Что ж, спасибо за это понимание, – усмехнулся парень. – Вы сняли камень с моей души! – добавил он театрально и направился к двери.

– Да, я очень лояльный, – произнес ему вслед сыщик. – Фотографии можно хранить, как память, много лет. А вот переписку в Интернете лучше удалять.

Черемнов обернулся, застыл, как лев перед прыжком, а затем в два шага подскочил к Эрику.

– Что вы сказали? – грозно спросил он.

– Я говорю, что переписку в Интернете лучше не хранить. А на свою технику устанавливать пароли.

– Вы лазили в Лианкин ноутбук… – скорее утвердительно произнес парень. – А я-то думал, зачем вам этот осмотр? Ведь ясно же, что никаких улик в этом деле нет!

– Оригинально… – протянул Эрик. – Нам еще ничего не ясно, а вы уже сделали выводы. Может, поделитесь ими с нами?

– А тут и говорить нечего. Нож мой обнаружили сразу. Даже записная книжка этого обормота оказалась под стулом как нельзя кстати. Так чего еще искать? И ведь чуяло мое сердце, что все не так просто! – и он принялся сверлить сыщика взглядом.

Эрик невозмутимо смотрел на парня и молчал.

– И ведь ничего нельзя сделать! – вдруг засмеялся Черемнов. – Вы не подчиняетесь моему брату. И даже губернатору можете отказать в просьбе закрыть это дело. Я правильно понимаю?

– Абсолютно! – кивнул Эрик.

– Вы не поверите, но я в первый раз в такой ситуации.

– Почему не поверю? Я даже уверен, что для вас это первый случай, когда дело не решается по мановению волшебной палочки.