Радикальный удар - Альберт Байкалов

Туман отдал ему бутылку, сам взял чемодан. Все не спеша отправились в сторону здания вокзала. Было заметно, Хатуев стал нервничать. Антон поморщился. Все-таки с родственником был явный перегиб.

Дрон стал увлеченно рассказывать «сестре», как живет брат ее матери, потом расспросил о ее жизни. Юля была немного растеряна. Чана отстал и тащился чуть позади. Выйдя на привокзальную площадь, Дрон задал, наверное, самый волнующий для Хатуева вопрос:

— Может, сначала к нам? Я на машине…

— Мы позже приедем, — ответила за чеченца Юля.

Инструктируя девушку в поезде, Банкет должен был заострить на этом вопросе особое внимание.

— Хорошо, дело твое, — «брат» небрежным движением руки сбросил со лба на глаза очки и остановился: — Если что, звони.

— Хорошо, — кивнула Юля. — Кстати, ты не женился?

— Ты что? — Дрон усмехнулся.

Антон еще некоторое время постоял у окна, глядя вслед удаляющимся Юле и Чану, и вышел из здания вокзала.

— Зря ты позвонила своему брату, — неожиданно сказал Чана.

— Почему?

— Ты видела, как он смеялся над моим именем?

— Ну, редкое имя, и все. Он ведь в Чечне не был. Да и не смеялся он вовсе. Просто подумал, что это кличка. Его тоже по имени никто не называет.

— Хочешь, угадаю как? — неожиданно спросил Хатуев и тут же ответил: — Балабол. Говорит много. Где он работает?

— Не знаю, мы почти не общались последнее время. Знаю, что года три назад у него был небольшой бизнес. Очками торговал.

Дальше разговор пошел о пустяках. По всему выходило, что Чана собирался ехать на такси.

Антон облегченно вздохнул — кажется, бандит расслабился — и огляделся. Белая «Газель» с плотно зашторенными окнами стояла у выезда с автостоянки. Антон достал сотовый телефон.

— Слушаю тебя, — с ходу отозвался Гусев.

— Ваши ведут?

— Обижаешь, — хмыкнул Гусев. — И за домом наблюдаем.

— Он точно там один живет? — на всякий случай спросил Филиппов.

— Осторожно опросили соседей. Его самого-то никто не видел.

— Понятно. Хорошо, я направляюсь к тебе.

— Давай быстрее, мы собираемся отчаливать.

Антон уже дошел до машины. Убрав трубку в карман, дернул за ручку дверцы, сдвигая ее в сторону.

В салоне этой машины было всего четыре сиденья. Напротив двух — всевозможная аппаратура. Перед Гусевым стоял монитор. Антон посмотрел на экран, разделенный на несколько секторов. Сюда поступало изображение с видеокамер, установленных на машинах оперативников.

— Ну что?

— Загрузились в такси, отъезжают, — ответил сидевший рядом с Гусевым сотрудник.

— На улице жара, а у вас что, кондиционер работает? — Антон окинул салон взглядом.

— Угадал, — подтвердил, не отрывая взгляда от экрана монитора, Гусев, взял микрофон со столика и поднес к губам: — Макс, поехали.

Машина тронулась. Гусев развернулся к Филиппову:

— Они пока едут в направлении района, где Чана снимает квартиру.

— План у ваших есть, как его брать? — спросил Антон.

— Сначала хотели использовать для этих целей хозяина квартиры, — стал рассказывать Гусев. — Но он наотрез отказался. Говорит, что у него жена, дети, больное сердце.

— Так взяли бы ключи, и все! — удивился Антон.

— На дверях, вдобавок к замкам, установлен мощный засов. Без шума не войти.

— Балкон?

— Ты пойми, ведь он будет вместе с Юлей. Что, если она пострадает?

— Что предлагаешь? — Машину тряхнуло, и Антон ухватился за поручень.

— Пока не знаю, — не отрывая взгляда от экрана монитора, пожал плечами Гусев.

— Говоришь, с соседями он не знаком? — переспросил Филиппов. — Вы всех пробили?

— На площадке, кроме него, еще две квартиры. Их жильцы даже не видели его.

— Сколько он там уже живет?

— Почти два месяца.

— Странно. А под ним и сверху?

— На третьем этаже учителя, семья из трех человек. То же самое.

— Ну а под ним?

— Начальник РОВД полковник Павлов Владимир Анатольевич.

— Так, — протянул Антон. — Неужели террорист не ведал, над кем снял квартиру?

— Возможно, — пожал плечами Гусев.

— Сомневаюсь. Я эту публику знаю. Даже если он в момент заселения не навел основательно справки, то наверняка узнал позже.

— Что предлагаешь? — напрягся Гусев. — Пообщаться с Павловым? Ты смотри. Мы пока с ними не связывались.

— Почему?

— Пока рано, — уклончиво ответил Гусев.

— Все ясно. — Антон ударил себя по коленям. — Думаете, попытается вмешаться?

— Всякое бывает. Его земля… Вдруг спросят? Представь, если там до стрельбы дело дойдет? Это сразу в прессу просочится. Я даже представляю заголовки статей, которые напишут по этому поводу.

Соглашаясь с ним, Антон кивнул:

— Еще бы, террорист преспокойно жил под носом у главного полисмена района.

— Потом ко всему выяснится, что тот ему помогал с пропиской…

— Скорее всего, так оно и было, — задумчиво сказал Антон. — По крайней мере, его участковый сразу должен был взять Чану под контроль.

— Поэтому мы решили полицию пока не тревожить.

— Знаешь что? — Филиппов положил ему на плечо руку. — Давай все-таки я с ним поговорю. Есть у меня по этому поводу кое-какие соображения…

Гусев категорично замотал головой:

— Нет.

— Послушай меня, Чана привык к соседству с ментом. Уверен, надо попробовать.

— Хорошо, — сдался Гусев. — Но смотри, не дай бог, они попытаются вмешаться…

* * *

Юля предупредила Чану, что позвонила тете, которая живет в Москве, и сообщила про свой приезд. Это заставило его понервничать. Еще больше «напрягло» появление на перроне ее братца. Хатуев пережил много неприятных моментов. Он даже пожалел, что она приехала, поэтому с облегчением вздохнул, когда родственник Юли и его дружок наконец отстали.

Они перешли на другую сторону площади, взяли такси и приехали на квартиру к Чане.

— Здесь я и живу, — закрывая дверь, объявил он Юле.

Она открыла чемодан, достала тапочки и разулась.

Чана прошел в спальню и критическим взглядом еще раз оглядел результаты их с Байсагаром работы. Вроде никаких следов убийства не осталось. Однако ему снова показалось, что в воздухе еще стоит запах крови. Испугавшись, что так оно и есть, Чана оглянулся на Юлю. Но та как ни в чем не бывало поставила у стены чемодан и рассматривала свое отражение в зеркале. Чана сдвинул в сторону тюлевую занавеску и открыл дверь на балкон.