Темная земля - Стюарт Макбрайд

Логан проверил свой телефон – Стил отключилась.

Отлично.

Индикатор зарядки батареи опустился к нижней отметке. Вероятно, хватит на оставшийся путь до дома. Он засунул мобильник в карман и стал смотреть в запотевшие окна. Снег. Снег. И снова снег.

Надо было спросить ее про Джека Уоллеса. Спросить, почему расследование по поводу изнасилования сошло на нет до передачи дела в суд. Эта Клаудиа Бородитски отозвала свое заявление. Сказала, что, в действительности она не смогла запомнить, кто напал на нее и изнасиловал. Что у нее раньше был секс с Уоллесом, но по обоюдному согласию.

Почему это не казалось убедительным? Почему более убедительным казалось то, что Уоллес «убедил» Клаудиу передумать?

Не удивительно, что Стил была не в восторге от такого результата.

Но была ли она настолько возмущена, чтобы подложить ему свинью в виде сфабрикованного обвинения в педофилии?

Логан нарисовал череп со скрещенными костями на запотевшем окне автобуса, и слезы конденсата заструились вниз по стеклу.

И кто сказал, что Джек Уоллес этого не заслужил?

25

Логан протер дырочку на запотевшем стекле. Тонкий клочок неба с тяжелыми серыми тучами и холодная белая земля; шел снег.

Женщина, сидящая напротив, прикладывала мобильник то к одному уху, то к другому.

– Ой, да я знаю… Я знаю. Вообще-то, он в порядке, но в постели… Чтобы найти клитор, ему спутниковый навигатор нужен. – Это было произнесено максимально громко, словно никого, кроме нее, в салоне не было. Но ее никто и не слушал – пожилые были погружены в свои мысли, молодежь уткнулась в мобильники и планшеты. Покрытый пятнами бородатый мужчина в кагуле^[75] читал книгу.

– Ой, да я знаю… Ужасно. Да, я понимаю, что размер не имеет значения, но это было похоже на сексуальные домогательства со стороны чихуахуа.

Логан пожалел, что у него нет наушников и зубодробительной музыки в телефоне.

– Ей-богу, Джейн, мне казалось, что наш роман будет более захватывающим. Танцы, шампанское, романтические ужины, извращенный секс в номерах отелей. Но все, что его интересует, это боксерские схватки и «Бабье лето»^[76].

Словно сжалившись над Логаном, его мобильник запиликал.

– Мистер Макрей, это Мойр-Фарюсарсон… Э-э… одну минуту, пожалуйста.

Мойр-Фаркхарсон? Ого, здорово. Во второй половине дня Рыжий Ниндзя, а теперь вот Шипящий Сид. Доверенное лицо Мауата. Адвокат, нотариус, человек, который, поплевывая, разруливал любые дела. Сегодняшний день просто подарок, не перестает радовать. Так же, как сифилис.

– Простите, немного отвлекся. – Голос был похож на лезвие бритвы, скользящее вниз по беззащитному горлу. – Мне необходимо переговорить с вами по поводу имущества мистера Мауата.

Да ладно. Сейчас самое подходящее время, конечно.

– Завещание будет зачитано утром в понедельник, в десять часов, согласно указанию мистера Мауата. Ваше присутствие крайне желательно.

– Я не могу…

– Мистер Макрей, вы ведь знаете, что мистер Мауат оставил вам шестьсот шестьдесят шесть тысяч шестьсот шестьдесят шесть фунтов шестьдесят шесть пенсов? Таким образом, ваше отсутствие можно считать проявлением неуважения к усопшему.

О господи… Две трети миллиона фунтов… Ну да, он знал – Малыш Хамиш не держал в тайне свое особое отношение. Но об этом даже думать не хотелось. Хотелось другого – бежать, пока кто-нибудь другой не прознает об этом.

Ар-рх-х – треск в телефоне.

– Мистер Макрей? Вы меня слышите?

Отвернувшись к окну, Логан заговорил так тихо, как мог:

– Я не хочу брать его деньги.

– А это не имеет значения, хотите вы или нет. Мистер Мауатупомянул вас в завещании, такова его воля. И вам будет выплачена эта сумма. А как вы ею распорядитесь, это уже ваше личное дело. – Сопение. – Любой нормальный человек был бы рад и благодарен унаследовать такие деньги!

Логан быстро огляделся. Никто не проявлял к нему интереса, как и к его неудовлетворенной соседке.

– Я офицер полиции.

– У вас есть возможность стать богатым офицером полиции. Понедельник, мистер Макрей, десять часов, в моем офисе.

Мойр-Фаркхарсон отключился.

Некоторое время Логан шепотом матерился, потом выключил телефон и затолкал в карман. Кости его тряслись в такт с монотонным гудением дизельного мотора.

Две трети миллиона. По сравнению с этим двадцать штук сверх запрашиваемой цены за квартиру не выглядели криминалом.

А Рубен, узнав о завещании (он и так знает), поставит еще одну галочку в списке причин расправиться с сержантом Логаном Макреем.

Снег скрипел и хрустел под его промокшими ботинками. И падал, падал, падал, лениво описывая дуги в темно-оранжевом небе.

Логан на мгновение задержался возле магазина оружия. Теплый свет струился из окон, принося с собой приглушенные звуки музыки.

Заманчиво.

Все его тело била дрожь, он непроизвольно стучал зубами.

Дом. Включить отопление на всю катушку. Горячая ванна. Большая порция виски, подаренного Хамишем Мауатом. Там еще осталось, должно хватить.

Он ускорил шаг, засунув руки глубоко в карманы. Прошел мимо приземистых домов, мимо мрачного полицейского участка времен королевы Виктории, миновал парковку. Море казалось черным пятном, скрытым за завесой падающего снега. Прибой еле слышен.

Завернул за угол и…

…и словно прирос к месту, глядя на свой дом.

Из окна спальни сочился свет. Стил его дождалась, хотя он бы предпочел побыть в одиночестве.

Дверь оказалась незапертой. Входи кто хочешь. Вероятно, у инспектора-детектива свои соображения в отношении безопасности.

В трубах центрального отопления постукивало и булькало. Логан снял куртку, стянул пиджак похоронного костюма и повесил на вешалку. Распустил галстук.

– Эй, ты знаешь, что ты не закрыла на замок входную дверь?

Сбросил с ног мокрые туфли и остался в мокрых носках.

– Хватит играть в прятки, выходи.

Капли падали с куртки на покрытый ламинатом пол.

Молчит.

Ну и ладно.

Он прошел на кухню.

Стил там не оказалось.

Потом в гостиную.