Бабочки Креза. Камень богини любви - Елена Арсеньева

— Значит, Шнеерзон все же не был убит, — небрежно обронила Наталья Михайловна. — Он успел рассказать Гектору, что произошло.

— Не совсем так, — возразил Кирилл. — Шнеерзон, тяжело раненный, успел доползти до книжных полок, взять журнал и открыть на статье Кирилла Шведова. Он или чувствовал, или знал, что Кирилл придет сюда, и давал ему намек. Кирилл понял намек, ведь именно он соорудил в доме старого друга своего отца тайник, в котором лежало подлинное завещание Креза. И еще Кирилл понял, что был прав, когда действовал от имени партии эсеров и пытался отнять сокровища у Офдореса и всех прочих, кто тянул к ним руки. Он имел на них полное право как представитель партии эсеров. Именно поэтому он отправился в квартиру Лазарева.

— Все это, конечно, весьма любопытно, однако выдумывать крутые сюжеты — привилегия романистов, — сказала Наталья Михайловна. — И вообще, знаете ли… дела давно минувших дней…

— Вы правы, — неожиданно согласился Кирилл. — Прошлого не вернуть. Я не виню вас за то, что вы защищали честь своей семьи, ведь и я занят тем же. Но бабочки… бабочки Креза! Ведь они — уникальные произведения ювелирного искусства. Подобных им нет в мире! Наталья Михайловна, я готов показать вам документ, который удостоверяет мои полномочия как представителя галереи искусств Французской академии естественных наук. Я уполномочен вести переговоры по покупке коллекции, вернее, ее остатков. Поверьте мне, вам такая сделка будет более выгодна, чем продажа камней по отдельности, а золотых каркасов бабочек — в виде лома.

— И насколько? — деловито поинтересовалась Наталья Михайловна.

— Полагаю, на порядок.

— Ну что я могу ответить? — с явным сожалением вздохнула она. — Вы сами сказали — прошлого не вернуть.

— Я так и думал, — с горечью пробормотал Кирилл. — Я почти не сомневался… Конечно, коллекция была слишком громоздка для бегства, для тайной перевозки. Берлянту пришлось разобрать бабочек, сломать золотые каркасы… А если один-два экземпляра все же и оставались, их благополучно прикончили вы.

«Как же так? — грустно подумала Алёна. — Значит, я никогда не увижу, как выглядит Аполлон, сделанный из алмазов, рубинов, яблочного изумруда, черного шерла и желтого берилла? И сапфирового Менелая не увижу? И Гектора… черный шерл, алмазы, гранат, красные рубины…»

— А скажите, — светским тоном произнесла Наталья Михайловна, — что вы делали здесь после отъезда отца? Неужели все время посвящали тому, чтобы донимать меня?

«Так, понятно, — усмехнулась про себя наша детективщица. — Мадам Каверина считает, что основная тема исчерпана, и больше не желает к ней возвращаться. Да, прошлого не вернуть… Бабочки, можно сказать, улетели! И Гектор с Аглаей никогда не появятся на стене «Мадам Баттерфляй»…»

Видимо, и Кирилл Шведов понял, что ему больше ничего не добиться, оттого и тон его ответа был таким же безразлично-светским:

— Я пытался найти, где именно находился в восемнадцатом году дом моего деда. Ездил в Переливино, бывшее некогда имением бабушки, искал дом Шнеерзона. Он, кстати, до сих пор стоит! История любви Гектора и Аглаи достойна авантюрного романа, и, честно говоря, если бы коллекция была еще цела, я начал бы выкупать ее именно с бабочек, которые носили их имена.

— Мне пора, — приветливо сообщила Наталья Михайловна, демонстративно пропустив последние слова мимо ушей. — Могу ли я считать, что военные действия между нами прекращены?

— Я не воюю с женщинами, — отозвался Кирилл. — А если вчера и разбил лобовое стекло вашего «Форда», то лишь потому, что вы меня сами вынудили. К тому же я не дал вам совершить преступление. Вы слишком вспыльчивы! Такой же вспыльчивой была некогда Лариса Полетаева, «амазонка революции».

«Господи боже!» — опять охнула тихонько Алёна.

— Я не понимаю, о чем вы говорите! — выдала Наталья Михайловна привычную формулу.

— Да неужели? — усмехнулся Шведов. — Но, между прочим, вы упомянули, что видели меня вместе с некоей писательницей. А единственное место, где меня можно было увидеть рядом с женщиной, как раз около стены парикмахерской «Мадам Баттерфляй» прошлой ночью. Итак, она писательница… Занятно, спасибо за информацию. Словом, этим упоминанием вы себя выдали. Кроме того, «Форд» с разбитым стеклом я сегодня видел в одной из мастерских автосервиса «Импульс».

«Господи боже!» — новый вздох в шкафу.

— Господи боже! — не выдержала Наталья Михайловна. — Как вас туда занесло?

— Ну, не поленился прокатиться по городу с утра пораньше. Намеревался посетить все десять мастерских сети «Импульс», но повезло мне уже в пятой. Ведь вам больше некуда было обратиться, кроме как в собственный автосервис. Мы с отцом собрали изрядное досье на вас и знаем, например, что владелец «Импульса» — ваш сын. Полагаю, именно вы финансировали его бизнес… остатками пыльцы с крылышек бабочек Креза.

— Вы ничего не докажете!

— И в мыслях нет, поверьте, — спокойно ответил Кирилл. — Понимаю, что подобное невозможно. Я уже говорил — вы вполне профессионально уничтожили все следы. Именно поэтому я думаю, что с вашей стороны было весьма неосторожно посвящать в старую историю посторонних людей.

— Вы имеете в виду детективщицу? Как ее там… Алену Дмитриеву? Да ладно, она ни на что не способна!

— Вы так полагаете? — со странной интонацией проговорил Кирилл Шведов.

Алёна чуть не выскочила из шкафа, чтобы сообщить ужасной мадам с ужасной наследственностью, что способна очень на многое. Например, на то, чтобы без всякой посторонней помощи и даже без книжки «Бабочки в легендах и мифах» разгадать список Владимира Шведова, который больше напоминал шифровку. А впрочем, не стоит уподобляться лягушке-путешественнице из сказки Гаршина. Наталья Михайловна и сама знает, что Алёна все поняла… иначе не разъярилась бы так, увидев ее ночью около стены со стертыми Сфинксом и Ипполитой, не стала бы ей звонить и пугать!

И тут… и тут в кармане куртки Алёны что-то мягко зажужжало, а потом зазвенело. Все громче и громче. Телефон! Она сунула руку в карман и стиснула мобильник так, словно хотела его задушить. И ей удалось, потому что воцарилась тишина.

— Что такое? — встревожилась Наталья Михайловна. — Телефон? В шкафу? Там что, кто-то сидит?!

— Ну и шутки у вас, — невозмутимо проговорил Кирилл. — Это звонит мой мобильный. Он лежит в кармане пиджака, пиджак висит в шкафу. Понимаете?

И в то же мгновение телефон зазвонил снова! Алёна, находясь в полуобморочном состоянии, не тотчас поняла, что теперь пробудился к жизни не ее мобильник, что звон раздается в комнате…

— Извините, минуточку… — сказал гостье Кирилл. — Алло? Привезли билет на самолет? На завтра? Отлично. Нет, спасибо, в номер приносить не надо, я сам спущусь через некоторое время. Всего доброго.

— У вас что, два телефона? — с подозрением проговорила Наталья Михайловна.

— Да, а что? — холодно бросил Кирилл. — Я могу иметь хоть целую коллекцию телефонов. Кто-то коллекционирует бабочек из драгоценных металлов, кто-то — автомобили, как, например, вы…