Лекарство для покойника - Фридрих Незнанский

– Ну же, не задерживайте! – галдела и напирала соседка сзади.

Он забрался внутрь и занял место у окна. Через минуту укомплектованный пассажирами транспорт тронулся с места.

В аэропорту таможенники и служащие вокзала смотрели на него как на старого знакомого, улыбались. Нечего человеку больше делать в Крыму, как мотаться в столицу и обратно. Но каждый сходит с ума по-своему. Тут уж ничего не поделаешь, и закон за это не наказывает.

Были, правда, и свои прелести в полетах: симпатичные стюардессы, приятно щемящее холодное чувство во время взлета и посадки. А главное – возможность поспать, не опасаясь внезапных звонков Турецкого.

Экипаж оказался знакомым. И он вдруг проникся к этим людям теплым, родственным чувством, как будто знал их сто лет. Все-таки приятно увидеть знакомые лица в незнакомой толпе, да еще за многие сотни километров от дома. Его тоже узнали, и приятно стало вдвойне. Вот черт, старею, что ли, подумал Солонин.

Смазливенькая стюардесса, давешняя знакомая – Марина Рыжова – приветливо ему улыбнулась и, как показалось, кокетливо подмигнула. А может, просто показалось.

Самолет оторвался от летного поля и стал набирать высоту. Солонину тут же дико захотелось спать. Даже на его железном организме наконец стало сказываться напряжение последних дней. Но поспать ему не довелось.

Едва отяжелевшие веки начали смыкаться, по громкоговорителю связи объявили, что самолет захвачен террористами. Солонин нехотя разлепил глаза.

– Вот и свиделись, дядя, – над ним стоял, скалясь, щупленький паренек и тыкал «макаром» в лицо. – Какая приятная встреча.

Еще один с пистолетом в руке стоял в проходе за его спиной. Это были те самые лихие парни, что пытались его обобрать в первый прилет в Крым. Третий, по всей видимости, находился в кабине пилотов.

– Как нога вашего товарища? – осведомился Солонин у маленького водилы.

От такой наглости у того задвигались уши. Он обернулся к напарнику:

– Ну-ка, кликни Сеню. Вот обрадуется.

В этот момент Солонин мог без труда и риска для собственной жизни вывернуть его руку, отобрать оружие и надавать по тощей заднице. Но рядом были другие пассажиры. Рисковать их жизнями он не имел права. Нажмет придурок случайно на курок и заденет еще кого-нибудь. Или прошьет обшивку самолета. Тогда всем несдобровать. Да и покалеченного им Сеню хотелось лицезреть.

Сеня появился незамедлительно. С загипсованной в области колена ногой, опирающийся о палочку-трость, злой, как джинн из бутылки. Подошел, навис сверху с перекошенной физиономией. Прорычал:

– Ба, знакомые все лица! Надо же. На этот раз не повезло тебе, дружок.

– Вот и я о том, – поддержал маленький.

– Прокатишься с нами теперь на самолете, – продолжал рычать Сеня.

– А куда, простите, летим? – культурно поинтересовался Солонин.

– В Тегеран-43. Слыхал про такой? Секретный город. Вроде как Арзамас-16. Но ты не долетишь, не беспокойся.

– Меня однажды уже пытались туда прокатить, – заметил Виктор, – но ничего не вышло.

– Сейчас выйдет, – маленький засунул ему ствол пистолета чуть ли не в ноздрю.

Солонин справедливо возмутился:

– Тебя я уже предупреждал, поэтому накажу первым.

– Ах ты, гнида, еще вякает! – террорист сорвался на писк. – Сеня, замочить его прямо здесь, и всех делов.

– Это для него будет очень просто, – деловито рассудил Сеня. – Веди в грузовой отсек. Пусть полетает… без парашюта.

Маленький просиял – до него дошло. Он с самым серьезным видом отступил в сторону, не сводя с Солонина оружия.

– Слышал? Топай куда сказали.

Пассажиры оглядывались, сочувственно и со страхом провожали взглядами террориста и его жертву, но молчали. Только одна молодая, прилично одетая женщина еле слышно прошептала:

– Изверги.

Сеня услышал, обернулся.

– Цыц! А то сейчас к нему присоединишься.

Женщина сжалась в комочек и затихла.

В грузовом отсеке среди багажа Солонин под чутким руководством своего конвоира отыскал люк и, немного помучившись, открыл его. И тут же отпрянул назад.

Струя холодного воздуха ворвалась внутрь, грозя сшибить с ног и выбросить в бездну. Внизу плотными, причудливыми глыбами, насколько хватало глаз, тянулись белые облака. Только иногда, сквозь их разрывы, можно было увидеть далекие темные пятна земли.

– Страшно? – рассмеялся маленький водитель, а нынче грозный террорист.

– Очень, – честно признался Виктор.

– Вот и ладушки, – довольно хмыкнул тот. – Ну что ж, братец кролик, покурим на дорожку и в путь.

– Не курю.

– Тогда позвольте, ваше минздравное величество, пару затяжек сделать, – сострил, как ему показалось, террорист и достал сигареты.

– Валяй. Только побыстрее, – добродушно разрешил Солонин.

– Так не терпится твердую почву под ногами ощутить?

– Дел много.

– Ну-ну, деловой, – террорист с наслаждением выпускал дым.

– Накурился? – нетерпеливо спросил Виктор и посмотрел на часы. Они торчали здесь уже пять минут.

– Вот, блин, нетерпеливый попался, – малыш выбросил едва раскуренную сигарету в открытый люк. – Да пошел ты.

«Сам пошел», подумал Солонин и неуловимым движением убрал корпус с линии огня нацеленного на него пистолета. В следующее мгновение он перехватил вытянутую руку в локте и кисти, сжал так, что оружие выскользнуло из ослабевших пальцев на пол, и резко рванул на себя и в сторону. С заломленной за спину рукой он подтащил стонущего террориста к зияющему проему.

– Помнишь, я говорил тебе, что накажу первым?

– У-у-у… – выл малыш.

– Так вот, я никогда не обманываю.

– Больше не буду…

– Это ты на земле расскажешь. А пока будешь до нее лететь, все хорошенько обдумай.

– Отпус…

Солонин пнул его под зад. Щуплое тело легко вписалось в страшную дыру и, разбросав в стороны руки и ноги, понеслось вниз.

– …и-и-и… а-а-а… – последние звуки, что донеслись до Виктора, когда он закрывал люк. Оставалось разобраться еще с двумя.

Он подобрал пистолет, проверил обойму – полный порядок. Но едва сделал первый шаг, как ручка двери отсека начала поворачиваться. Солонин молниеносно прижался к стене. Кипа вещей пассажиров скрыла его от вошедшего.

Это был тот, который в первую встречу бросился на Солонина. Он прошел, слегка пригнувшись и напряженно озираясь по сторонам.

– Шкет, ты где? Куда пропал, придурок?

Его товарищ, естественно, не мог отозваться, он был уже далеко. А вот Солонин стоял совсем рядом – сзади. Не долго думая, он саданул парня рукояткой пистолета в затылок. Потом забрал его оружие и крепко связал руки ремнем, который выдернул из его же штанов.