Закон бумеранга - Фридрих Незнанский

– Вполне, – удовлетворенно кивнул Поремский.

После этого Владимир отворил дверь и подвел Макарова к окну. Затем скомандовал по портативной рации:

– К операции «Снайпер» приступить.

В районе открытого чердачного окна – было видно отсюда – мелькнули тени. А через несколько минут парни в черном спецобмундировании приволокли мужчину средних лет. Один из спецназовцев держал в руках винтовку со снайперским прицелом.

Подъехавший микроавтобус остановился напротив входа в оздоровительный центр. Собровцы бесцеремонно затолкали в него задержанного и забрались следом. Сильно газанув, автомобиль умчался.

– Видите, – улыбнулся Владимир, – я свои обещания выполняю.

– А я свои нет! – с издевательской усмешкой ответил Макаров, выходя из дверей. – Прежде всего, извольте отпустить моих людей, а я пока вызову своего адвоката.

Стоя на крыльце, Макаров начал набирать на мобильном нужный номер…

3

Засевший в самом неподходящем для киллера месте, в подвале под острым углом к цели и вдобавок против солнца, Виталий терпеливо ждал. Он видел, как приехал Макаров. Двое охранников выбрались раньше. Профессионально осмотрели крыши и верхние этажи зданий. Затем один из них поднялся по лестнице. Позвонив в дверь, распахнул ее. А другой, открыв дверцу автомобиля, помог выйти Макарову. Затем, прикрывая своей спиной, довел его до входа. Туловище свое с другой стороны, в районе жизненно важных органов, босс сам прикрывал чемоданчиком. Теперь надо было дождаться его выхода из оздоровительного центра. Все равно откроется…

Неожиданно за спиной раздался металлический звук. Покровский напряженно замер. Дверь отворилась.

– А, есть кто живой? – прокричал некто. – Нет? Ну и хрен с тобой! Будешь знать, как замки ломать!

После чего сердитый дворник или сантехник выматерился и с лязгом закрыл дверь.

Телефонный аппарат в нагрудном кармане Виталия завибрировал, и он поднес его к уху. Выслушал. И облегченно вздохнул… заказ был отменен.

Покровский подобрал свои вещи и направился к выходу. Толкнул дверь, но она не поддалась. Виталий понял, что лязг, который он слышал, был не чем иным, как запиранием нового замка.

Покровский внимательно изучил крепления двери. Если ее снизу приподнять, она могла бы соскочить с петель. Он посветил фонариком и нашел вполне подходящий в качестве нужного рычага обрезок трубы. Однако решил, что сейчас шуметь пока еще опасно, это можно сделать и позже. Поэтому, подумав, он вернулся к своему наблюдательному посту.

И не пожалел: представление только начиналось. Покровский с интересом наблюдал, как вывели и увезли охранников Макарова люди, непонятным путем проникшие в медицинский центр. Затем разыгралась сцена «ареста снайпера». Она вообще-то сильно озадачила его. Неужели заказчица подстраховалась? Виталий решил ждать развязки до конца…

4

Внезапно обретший самоуверенность Макаров, стоя на крыльце, спрятал в карман мобильный телефон и принялся демонстративно раскуривать трубку. Владимир с усмешкой наблюдал за ним. К ним приблизились двое оперативников. Из-за угла вырулил еще один микроавтобус. Поремский дал Макарову возможность еще немного понаглеть. Тот ведь не знал о последнем козыре – показаниях Светланы!

Однако неожиданно раздался негромкий хлопок. Макаров словно запнулся и стал медленно оседать.

– Ложись! – заорал Поремский, прямо с крыльца бросаясь рыбкой в кусты.

Его правую ногу внезапно обожгло. «Похоже, снайпер попал, – успел подумать он. – Но не мог же он так быстро произвести второй выстрел? Юлия же отменила заказ! Неужели не послушался?»

Он приподнял голову. Оперативники скатились под защиту фургона.

Владимир понял, что надо скорей менять место, но, дернувшись, не смог сдвинуться с места. Ногу пронзила такая резкая боль, что он невольно вскрикнул.

Почти ничего не видя, он скользнул взглядом по окнам верхних этажей, пытаясь найти место, где мог сидеть снайпер. И вдруг заметил его. Оптический прицел смотрел своим зияющим глазом прямо на него. Поремский, словно гипнотизируя, уставился на него и увидел вспышку пламени…

5

Когда грузное тело Макарова начало оседать, а светловолосый парень рыбкой прыгнул в редкую растительность, Покровский убедился, что заказчица действительно подстраховалась.

Он начал быстро сканировать доступную его взгляду часть дома напротив. Окно на предпоследнем этаже было распахнуто. Однако снайпер, сделав работу, не спешил скрыться. Он явно собирался произвести и второй выстрел и теперь целился в беспомощно лежащего в кустах светловолосого парня. Бо была недопустимая профессиональная ошибка. Снайпер, как и сапер, ошибается только раз. Закон профессии гласит: «Один выстрел – одна жертва», а дальше – беги. Не захотел – его дело.

Виталию времени на размышления не требовалось. Когда киллер затаив дыхание начал плавное натренированное движение указательного пальца, прозвучал упреждающий выстрел. Покровский недаром был мастером спорта по стрельбе. Он точно всадил пулю с символическим названием «идеал» в правое плечо снайпера и, откинув свое ружье в сторону, стал дожидаться, когда его обнаружат…

6

Киллер дернулся и исчез. Ненужная винтовка полетела вниз. Но выстрелить он все же успел. Пуля ударила в бетон поребрика и, выбив осколок, прожужжала возле уха Поремского.

А еще через короткое время наверху раздался взрыв. Вылетели оконные стекла. Вероятно, это уже заказчик, а точнее, заказчица, подумал Поремский, заметала следы.

Выскочивший из-за укрытия Турецкий подбежал к Поремскому и остановился в изумлении. Правая нога Владимира в районе икры оказалась надетой на торчащий из земли металлический штырь.

– Аптечку и «скорую»! – распорядился Турецкий, махнув рукой Нечаеву, и крикнул: – Кучеренко, группой, в подъезд!

Бросившиеся в подъезд дома оперативники вскоре выволокли человека с кровавым пятном на правом плече. Киллеру повезло больше, чем его жертве. Он был жив. Нацепив наручники, снайпера положили на крыльце рядом с телом Макарова.

Через пять минут подъехал автомобиль «скорой помощи». Выскочивший врач ринулся было к убийце, но его остановили и указали на Поремского. Под руководством доктора ногу Владимира сняли с металлического прута и, сделав перевязку, уложили его на носилки. После этого доктор осмотрел раненого киллера. Наложив кровоостанавливающую повязку, со свойственным медикам юмором врач успокоил:

– Кости целы, а мясо – дело наживное.

Когда Поремского проносили мимо тела Макарова, уже перевернутого на спину, Владимир простонал:

– Ну, извини, у нас тоже бывают огрехи…

К нему наклонился Турецкий и тихо сказал:

– А лицо-то снайпера знакомое. Бо Звонарь, телохранитель Лескова!

– Борисыч, сделай так, чтобы, кроме меня и киллера, в фургоне ни одной живой души не было, – прошептал Поремский.