Степень покорности - Фридрих Незнанский

– Ну ничего. Скоро его солнечный удар хватит. Что ты, Юра, про законсервированных разведчиков говорил?

– Он им дал установку ждать послания от Великого Солнца. Они разошлись по домам – ведь у каждого наверняка остались родственники. Теперь ищи-свищи каждого по городам и весям, тем более что у них и переписи населения-то не было. Они могут даже ничем не показывать свою принадлежность к секте. Пока послание не получат.

– Не получат они никакого послания, уж будь уверен, – заявил Грязнов, – это я вам обещаю.

– А потом, всех членов секты нам пока без надобности арестовывать. Да и оснований нет. Я бы Минаевым и Брандо ограничился.

– М-да… – Грязнов почесал затылок. – Минаева, думаю, поймаем. Рано или поздно объявится. А вот с Брандо посложнее. Мы его в международный розыск, конечно, объявим, но когда и где они его обнаружат…

– А ведь, судя по всему, именно Брандо организовывал переправку наркотиков на Запад, – вставил я.

– Верно… Минаев что? Он просто предоставлял курьеров. Главное – это Брандо. Я теперь от него не отстану, как бульдог вцеплюсь, ты, Юра, меня знаешь.

– Да и мне успел-таки он досадить… – отозвался Кондратьев. – И то сказать, это позор, что на моей подведомственной территории много лет такое безобразие расцветало, это всем нам в минус, стыдно должно быть. Пятно на репутации органов правопорядка мы срочно должны уничтожить…

– Уничтожим, не беспокойтесь, – заверил я, – тем более Эльза Инсарова прекрасно этого Брандо знает, стоит ему только объявиться на горизонте…

Мы пошли по поселку, заглядывая в избы и в другие попадающиеся по пути строения.

– Ну что, помародерствуем? – спросил Грязнов.

– Тогда уж сразу пойдем к главарю в хату, хоть интересно… Кстати, я б на твоем месте здесь наряд оставил, а то набегут местные жители…

– Да-а, вот местным радость-то – есть куда поселиться, дома ничейные… Или так, на дрова разберут?

– Наверняка разберут, – махнул рукой Кондратьев. – Растащат за милую душу, не успеет солнышко сесть… Тьфу ты, снова солнце на языке вертится!

Мы с Грязновым расхохотались.

– Это теперь надолго, – пожаловался Кондратьев. – А что, посмотри, Слава, тут теперь тишь да гладь, божья благодать. Не хочешь себе фазенду оттяпать, под дачный поселок МУРа?..

– Не, мне противно. Тут еще сектантский дух не выветрился.

– А жаль. Места-то хорошие – речка, березнячок… Я вот, пожалуй, домик себе оприходую, если найду почище. Хотя домишки дрянь… А представляешь, каково бедным людям – строились, обживались, и вдруг на тебе! Приобретают статус беженцев. Интересно, куда они денутся, наверняка многим и вернуться-то некуда… Вот горе. Эх, за одно только это я бы этому «солнцу»… Страшное это дело – людей за собой вести. Они тебе доверяют… Ну, я понимаю, властолюбец, но неужто совести совсем нет?..

…Мы дошли до дома Великого Солнца. На двери висел замок. Я поднажал и сорвал дверь с петель.

– Ты что, Юра, хулиганишь? – спросил меня Грязнов, проходя в комнаты. – Есть же оперативники. Ты тут свидетель, не забывай.

– Не знаю, Вячеслав Иванович, но, по-моему, уж этот дом подлежит разгрому и сожжению.

– Тоже мне охотник за ведьмами… Цивилизованно надо, цивилизованно… – С этими словами Грязнов обошел помещение, порылся в шкафах, заглянул на печку, слазил по приставной лесенке на чердак, что-то там пошуршал…

– Смотри, что я нашел, – Грязнов пнул носком ботинка высокую стопку белых листов в углу комнаты, и они разлетелись по полу.

– Что тут у них?

– Да смотри, какие залежи макулатуры. В былые времена это бы все сдать – и «Три мушкетера» в кармане.

– Это ж материалы следствия!

– Ну накопай себе по одному листочку, а остальные я хоть своими руками сейчас во двор сволоку да запалю…

– Не надо, боюсь, вонять будет сильно.

– Вячеслав Иванович! – явился перед нами запыхавшийся оперативник. – Мы кое-что обнаружили… Считаю, вам надо лично посмотреть…

Протопав за омоновцем по косогору, увидели забор, огораживающий территорию в середине поселка.

– Это что, огород? – предположил Кондратьев.

– Скорее, храм, – отозвался Грязнов.

– Храм… – хмыкнул оперативник. – Интересно, какому богу таким образом поклоняются… А это все тогда, должно быть, жертвоприношения… – развеселился он и, открыв дверь одного из помещений, включил электричество.

Нашим глазам предстали ряды деревянных козел, полок, ящиков с вылезшей из них стружкой. Грязнов наклонился и что-то поднял с пола. Я посмотрел – это был пустой цинк из-под патронов.

– Ну ничего себе! – сказал я, а Грязнов призадумался.

– Слава, да это ж целый арсенал! – всплеснул руками Кондратьев. – У нас под носом!..

– Еще не то увидите, – пообещал оперативник.

В следующем помещении мы увидели мини-лабораторию или даже мини-заводик по производству героина.

– Ничего себе!! – воскликнул я, растеряв все остальные слова.

Грязнов только грустно улыбнулся.

– Слава! – произнес Кондратьев. – Да это же «сезам, откройся»! Здесь что, этих комнат целая анфилада? Может, в следующей будет публичный дом?

– Не жадничай, – сказал Грязнов.

– Но это еще не все, – сказал наш проводник и прошествовал под землю, в подвал, поманив нас за собой.

Спустившись по шатким ступеням, мы остановились. Подвал был обширный, сырой, воздух застоявшийся. Оперативник посветил фонариком на пол.

– Глядите, вот здесь земля недавно перекопана и вот тут… А вот это, – он посветил в угол, – и вовсе…

Мы увидели наполовину вылезший из-под земли человеческий череп.

– Черт побери!!! – воскликнул я.

– Это все? – спросил измученный Грязнов.

– Все, – ответил наш проводник по царству мертвых.

– Криминалистов, экспертов сюда, одним словом, дежурную оперативно-следственную группу. Из ГУВД Москвы, – бесцветным голосом отдал приказание Грязнов и кивнул нам. – Пошли.

Мы выбрались на поверхность и зашагали по косогору обратно, вдыхая летние сладкие запахи и с радостью ступая по густой траве. Ни разу я не видел столько доказательств сразу, ни разу не натыкался на такую крупную добычу.

– Ну что, Слава, – спросил Кондратьев, – что теперь делаем? Думаю, самое время попить пивка, и вправду жарко сегодня…

– Надо обмозговать сложившуюся ситуацию.

Мы расположились в избе предводителя. Грязнов пошарил по полкам и достал три стакана. Сполоснул их, расставил. Пока я разливал пиво (Кондратьев сгонял кого-то из оперативников в поселок), Вячеслав Иванович заглянул в холодильник и достал оттуда тарелку с нарезкой и банку с соленьями, колбасу, сыр.