Каждый за себя - Александра Маринина

По магазинам. Отлично. И в кино - тоже неплохо.

Наталья, похоже, думает, что я живу на всю зарплату, которуюона мне платит. Неужели по моему внешнему виду не заметно, что я живу максимумна десять процентов этой зарплаты, да и то считаю себя мотовкой и радуюсь,когда расходы не превышают семи-восьми процентов?

Но в общем-то она, конечно же, права, возвращаться домой уменя причин нет. А надо. Надо взять деньги, чтобы расплатиться с СевойОгородниковым. Если не сегодня и не завтра, то когда? Впереди выходные, Севинаконтора не работает, а в понедельник еще неизвестно, - как все сложится и будетли дома сама Наталья.

- Спасибо, Наталья Сергеевна, но я все-таки заскочудомой, я хотела заехать на базар, взять баклажанов и зелени, а послеполиклиники будет уже поздно, базар закроется…

Молодец, Кадырова, знаешь, чем напугать хозяйку.

Спихнув ведение дома на меня, Наталья радостно самоустраниласьот всего, что связано с готовкой и уборкой, ни во что не вникает и оцениваеттолько результат. Она не хочет слышать ни про какие базары (прошу прощения,рынки), которые открываются и закрываются, ни про какие овощи-фрукты, которыеможно купить только там, ни про какие магазины, где мясо всегда перемороженноеили, наоборот, парное. И она никогда не возьмет на себя смелость заявить:"Да что вы, Ника, не нужно сегодня это покупать". Потому что ужебольше года она и знать не знает, что есть у нее в холодильнике, а чего нет, ине морочит себе голову вопросами о том, что приготовить завтра на обед илисегодня на ужин, какие продукты для этого есть, а какие нужно еще пойти купить.Ее дело - заказать и быть твердо уверенной в том, что заказ будет исполнен.

- Ну, тогда конечно, - расплывчато согласилась она смоими доводами и, кажется, снова задремала.

Я представила себе, как она лежит в гостиной на мягкомдиване, вся такая тонкая и воздушная, в нежно-зеленом пеньюаре, укрытаяпушистым пледом леопардовой расцветки "на три тона темнее ковра",лежит и подремывает, сладко мечтая о встрече с любовником (ведь наверняка жезавтра она именно с ним и будет встречаться, делая вид, что у нее неотложныепрофессиональные дела), и не подозревает, что в это самое время несколькочеловек из кожи вон лезут, чтобы отвести от нее угрозу и не допуститьразрушения ее семейного благополучия.

А один из этих нескольких (сиречь домработница НикаКадырова) платит за ее защиту собственные деньги. Храни тебя господь, НатальяСергеевна Сальникова, живи долго и счастливо, не зная забот и тревог, только,пожалуйста, веди себя прилично и больше не давай повода…

С Никотином мы расстались у метро, договорившись встретитьсяв половине пятого на "Новокузнецкой".

Я помчалась на базар (извините, на рынок), накупила овощей,зелени и мяса, притаранила все это домой и застала умильную идиллическуюкартинку. Оставленная мною в стерильной чистоте кухня вызывала ассоциации схолостяцкой пирушкой, после которой забыли навести порядок. Как можно ухитритьсяразвести столько грязи и беспорядка, накормив уже готовыми обедами всего трехчеловек - Алену, Старого Хозяина и саму Мадам? Ведь и стряпать ничего не нужно,только разогреть.

В центре стола, уставленного грязными тарелками (похоже, отом, что существует раковина, куда можно сложить посуду, в этом доме никто недогадывается), возвышается широкая стеклянная ваза с конфетами. Рядом, тоже вцентре, располагался Патрик, который зубами доставал шоколадные конфетки илапочкой, аккуратненько, не сдвинув ни одного предмета и не издавая ни единогозвука, подгонял ее к краю стола и сбрасывал на пол. А на полу, ровно в томместе, куда падали конфеты, устроился Аргон. Конфеты он съедал, а бумажкивыплевывал. И что самое удивительное, тут же находилась и Каська, взирающая наэто безобразие с полным кошачьим равнодушием. Конфеты она не любила. И если быв деле участвовал только один Патрик, она бы, вероятнее всего, наябедничала нанего Наталье, но, поскольку подельником был еще и Аргон, она молчала. Доноситьна Аргона ей было не с руки, потому как на нем еще кататься и кататься…

Ну вот, оставила хозяйство на Наталью, понадеялась.

И не в том дело, что мне или кому-то из хозяев конфет жалко,а в том, что у Аргона аллергия на шоколад. Он шоколад любит, а ему злые люди недают. Зато вот добренький Патрик, дружок закадычный, не пожалел добра, от душиотсыпал. Через два часа Аргон покроется волдырями и начнет чесаться, скулить ивсячески страдать.

А Наталья-то где? Ну так и есть, спит в гостиной, укрывшисьлеопардовым пледом "на три тона темнее ковра", да крепко-то как!Алена, судя по всему, пообедала и ушла с подружками, как обычно. Уроки онаделает вечером, когда родители дома и есть перед кем выглядеть пай-девочкой. СГлавного Объекта спроса нет, потому как он в своей комнате живет и вообщеслабенький и больной Хорошо, что я не послушалась ее и вернулась, хотя быубраться на кухне успею. И хорошо, что я застукала Аргона за непотребнымзанятием, сейчас вкачу ему укол антигистаминного препарата, и, может быть, всеобойдется. Если бы я не вернулась, никто вовремя не спохватился бы, и пришлосьбы потом лечить пса от полноценной аллергии.

Приговаривая маленьким язычком все, что думаю о матери идочери Сальниковых, я быстро навела порядок, разложила в холодильнике купленныепродукты, отсчитала в своей комнатушке тысячу семьсот долларов, сунула их всумку и помчалась на "Новокузнецкую".

Всеволод Огородников встретил нас с Никотином смущеннойулыбкой, признавшись, что отчет не готов, потому что дядя Назар сказал, что мыприедем только завтра.

- Это ничего, - великодушно простила я его, - мнеглавное расплатиться с вами, вот сегодня мне удалось уйти из дома, а потомнеизвестно как будет. А я не люблю быть должна и не платить вовремя.

Мне показалось, что Сева даже несколько обиделся.

- А как же отчет?

- Отчет я сам заберу, - вмешался Никотин, - и Никепередам при случае. Давай зови своего бухгалтера, пусть приходный ордервыписывает, и считай деньги.

- Мы вот как сделаем. - Сева покрутил в пальцахшариковую ручку и решительно бросил ее на стол. - Вся сумма складывается иззатрат на наружку и затрат на работу с фигурантами. Наружка свое дело сделала,ребятам надо заплатить, и эти деньги я сейчас приму у вас по ордеру. А платитьза работу с фигурантами вы пока погодите, мы должны убедиться, что все сделаноэффективно и грамотно и что фигуранты нас правильно поняли. Давайте подождемнедельку. Если в течение недели шантажист вам больше не позвонит, у нас будутоснования считать, что работа выполнена качественно, тогда и оплатите.

- А если позвонит? - холодея, спросила я.

Господи, я-то думала, что все решено окончательно ибесповоротно, а оказывается, еще ничего не известно…

- Если позвонит, вы с ним договаривайтесь о встрече,принимайте любые его условия и немедленно сообщайте нам. Дальше уже нашаработа.