Улей - Грегг Олсен

— О, да знаю я. Те записи — одна большая сплошная ложь. Пустые обещания. Брехня.

— Так и есть, — согласилась с ней Карен. Она вздохнула. — Мы-то с вами это понимаем.

— Да, понимаем. Хорошо, когда есть с кем поговорить об этом.

— Да. Хоть какое-то утешение. По крайне мере, немного легче становится, пусть и ненадолго.

— Знаешь, Карен самое ужасное… — произнесла Шерил срывающимся голосом, — …самое ужасное, что ведь Калиста почти освободилась от них.

— Что это значит?

— Так прямо она не говорила, но незадолго до смерти намекнула, что всё это их так называемое движение — дерьмо. Прошу прощения за выражение.

— Что она вам сказала?

— Да в общем-то ничего конкретного. Сообщила только, будто узнала нечто такое, что заставило её пересмотреть всё, во что она верила. Думаю, она хотела выбраться оттуда. Она звонила мне за несколько недель до гибели.

* * *

Январь 2000 г.

Шерил подрезала стебли герани на задней террасе. В тот год по глупости она посадила белую герань — в первый и последний раз. Стоило подуть ветрам Санта-Ана, и цветы тотчас же начали скручиваться по краям и коричневеть. Красная герань была куда предпочтительней: более стойкой к жарким ветрам, более жизнеспособной.

Только она собралась сделать перерыв, вдруг позвонила дочь.

— Сюрприз так сюрприз, Калиста. Ты как раз вовремя. Замучилась с этой чертовой геранью. В следующем году искусственные поставлю.

— Да ты в жизни на это не пойдешь, мама.

— Не знаю… Как дела? Всё хорошо?

Шерил опустилась в плетёное кресло, ожидая ответа дочери.

— Не знаю, как и сказать, — нерешительно произнесла та. — Даже не уверена, что стоит об этом говорить. Но вообще-то я обеспокоена.

— Милая, мне ты можешь сказать всё.

Долгая пауза.

— Не знаю, мама. Просто у меня появились сомнения.

— Сомнения?

— Не знаю, — повторила Калиста. — Не нравится мне то, что они делают. Так нельзя.

— А что они делают?

— Исследуют на ферме новые виды продукции. Они преступили черту. — Калиста умолкла. Задумалась, мысленно анализируя ситуацию. Шерил её не торопила. Она доверяла дочери. Та должна была сама сообразить, что к чему. Калиста, она знала, позвонила ей не за тем, чтобы получить ответы на волнующие её вопросы.

Всю оставшуюся жизнь Шерил будет корить себя за то, что не вмешалась, не настояла на том, чтобы дочь поделилась с ней подробностями, не упросила своё единственное дитя приехать к ней домой.

Вместо этого ждала, когда Калиста всё обдумает.

— А знаешь, мама? — наконец произнесла та. — Разболталась я что-то. На самом деле захотелось просто позвонить тебе, услышать твой голос. — От слов дочери Шерил растаяла, улыбнулась в трубку.

— Главное помни, милая, ты всегда можешь рассчитывать на меня.

— Знаю, мама. А скоро для тебя у меня будут очень радостные новости. Больше пока ничего не скажу.

Шерил понятия не имела, что за радостные новости приготовила для неё дочь.

То был их последний разговор.

* * *

22 сентября 2019 г., воскресенье

— Через минуту начинается «Колесо фортуны», — сказала Шерил. — Это моя слабость. Так что вынуждена с вами попрощаться.

— Хорошее шоу, — согласилась Линдси.

— Вы правы, детектив. Никаких тебе тайн. Не то что в полиции, где вы до сих пор строите предположения о том, что произошло с моей дочерью. А здесь загадка разгадана, и ты победил. Дело сделано. Игра окончена.

— Мне жаль, миссис Ферлонг, что никто не понёс наказание за убийство Калисты.

— Мне девяносто два года, — сказала она. — Я знаю, что мне уже недолго осталось, это лишь дело времени. Та же участь постигнет и того, кто убил Калисту. С той лишь разницей, что я отправлюсь на небеса.

С этими словами она поблагодарила Линдси и положила трубку.