Незримые нити - Евгения Горская

«Меня это не касается», — лгала себе Антонина, вытирая руки.

Кажется, она не промолвила ни слова, когда ковыряла приготовленный суровой теткой ужин. Борис и Лиза старались казаться веселыми, говорили что-то о грядущих каникулах. Антонина кивала. Наверное, невпопад.

Ей так хотелось заснуть, когда приехала домой, что она легла, не приняв душ и только наспех умывшись.

И действительно заснула. Жаль, что ненадолго. Она проснулась в половине первого и больше не спала.

Новая суровая домработница не могла не заметить пистолет, убирая квартиру. То есть могла, но владелец пистолета не стал бы рисковать.

Тетка убрала квартиру и ушла, а Лиза вместе с сумкой зашла в ванную.

Боря в ванную не заходил, Антонина еще отметила, что он изменяет своим привычкам. Раньше, приходя домой, руки мыть не забывал. Впрочем, раньше у него был маленький ребенок.

К шести утра Антонина перестала пытаться заснуть. Встала, долго пила кофе. Потом долго подводила глаза и красила ресницы. Не потому, что хотела хорошо выглядеть, а чтобы протянуть время. Смотреть на себя в зеркало было противно, бессонная ночь в ее возрасте не проходит даром. Прикинув, что Борис уже должен уехать на работу, Антонина оделась и спустилась в метро.

Несмотря на самое подходящее для часа пик время, вагоны были полупусты. Впрочем, сегодняшний день только формально был рабочим, на большинстве предприятий по крайней мере женщин руководство от работы освобождало.

Дверь ей открыли быстро, но вместо Лизы на нее недовольно смотрела вчерашняя злыдня.

— Здравствуйте. — Антонина, отодвинув даму, вошла в квартиру.

— Хозяев нет!

Антонина, не обращая на злобную тетку внимания, сбросила шубу и отправилась в ванную.

Тетка такой наглости не ожидала. Антонина допускала, что домработница начнет ее выпихивать, но женщина только мелкими шажками засеменила за ней.

Лучшим оружием против наглости и хамства является собственная наглость и хамство. Мысль нужно запомнить. Антонина любила хвастаться удачными афоризмами.

Дверь ванной она захлопнула перед носом озадаченной бабы. Включила воду и принялась шарить по полу.

Пистолета на вчерашнем месте не было.

— Елизавета давно ушла? — выходя из ванной, равнодушно спросила Антонина.

— Час назад. — Кажется, тетка признала за ней право задавать вопросы.

Антонина надела шубу и молча захлопнула дверь.

Надо было немедленно звонить брату, но она спустилась вниз, в гараж, убедилась, что ни машины Бориса, ни машины Лизы в гараже нет, поднялась на лифте на первый этаж и, выйдя из подъезда, села на лавочку. Наверное, она напоминала растерянно сидевшую здесь несколько дней назад Оксану.

Впрочем, это вряд ли. Оксана была тоненькой и стройной, а Антонина весьма упитанная дама.

* * *

Быть одной было непривычно и скучно. Наташа понимала, что раз Семен не звонит, значит, занят, но не выдержала, позвонила сама.

— Ты где? — спросила она.

В трубке слышался шум, но голос Семена звучал ясно.

— Все в порядке, Котенок, — сказал он. — Все нормально. Жди меня и не шали.

Он отключился. Наташа сжала телефон пальцами. Семен впервые назвал ее Котенком, но радости она не почувствовала.

Шум в трубке казался знакомым.

Она снова набрала номер и снова спросила:

— Семен, ты где?

— Наташенька, все в порядке. — На фоне равномерного шума заговорил громкий механический голос. Голос объявил следующую станцию, но названия ее Наташа не расслышала. — Поскучай немножко. И не волнуйся, я скоро приеду.

Телефон замолчал и зазвонил снова.

— Ты занята? — спросила Лиза.

— Нет. — Губы отчего-то слушались плохо.

Ей не хотелось видеть Лизу. Ей хотелось немедленно очутиться рядом с Семеном. Он не поехал к Володе, он поехал куда-то, где ему грозит опасность.

Она чувствовала, что ему грозит опасность.

— Давай встретимся, — предложила Лиза.

— Я не могу. У меня…

Ей нужно немедленно выяснить, где Семен.

— Что-то случилось? — Чуткая Лиза Наташины страхи уловила сразу.

— Да.

— Я рядом с твоим домом. Сейчас поднимусь.

Наташа напрасно не хотела видеть Лизу. Рядом с подругой стало легче.

— Сядь и рассказывай! — сбросив короткую куртку-дубленку, велела Лиза.

Наташа послушно села на стул, начала говорить и заплакала.

Рассказывала она сумбурно, но главное Лиза поняла. Главным было то, что у Виктора имелся компромат на бывшую жену и его убили. Компромат оказался у Семена, и с ним стали происходить странные вещи. Кто-то вызвал его в пустую квартиру, например.

А теперь он едет в электричке и не хочет признаваться в этом Наташе.

Конечно же, Лиза сказала:

— Ты себя накручиваешь.

— Я себя не накручиваю, — покачала головой Наташа. — Я чувствую…

— Позвони еще раз.

Наташа послушно набрала номер. Номер оказался недоступным.

Состояние было странным. Хотелось немедленно куда-то помчаться, и вместе с этим не было сил даже встать, чтобы положить телефон на место. Место у телефона было в прихожей, рядом с сумкой.

— Он врач, — успокаивала ее Лиза. — Он может поехать к больному.

— Он не ездит на вызовы!

— Но в пустую квартиру поехал же.

— Я бы слышала, если бы его вызвали к больному.

Лиза смотрела на нее с ласковой грустью.

— Наташенька, вы знакомы всего… Сколько вы знакомы?

— Это неважно! Он не стал бы просто так от меня уезжать!

— Наташа, ну что ты как маленькая! Мало ли какие у него дела. У него была прошлая жизнь…

— У него не было прошлой жизни!

Лиза мягко рассмеялась.

— Так не бывает! Прошлое есть всегда, и иногда оно настигает. — Это Лиза сказала не Наташе, себе.

— Тебе трудно меня понять. У тебя все хорошо.

— Откуда ты знаешь, как мне хорошо! — Лиза смотрела мимо Наташи, как недавно Агата. — Мне многое пришлось пережить. И сейчас…

Наташе не было дела до бывших и теперешних Лизиных проблем, и подруга замолчала.

— Семен сказал, что поедет к брату? — уточнила Лиза, помолчав.

— Угу, — кивнула Наташа. — Но он туда не поехал.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю! Он едет в электричке.

— Телефон брата у тебя есть?