Избушка на козьих ножках - Дарья Калинина

- Много есть вредно, - наставительно сказал Грибков, заграбастав покупки. - А жирное тем более. От жира закупорка сосудов и прочая дрянь.

- Ну? - выжидательно спросила у него Мариша. - Что там с тем человеком, который выловил вас возле "Крестов"?

- В общем, тот человек был не один, - сказал Грибков. - Я ведь мимо "Крестов" случайно проходил. Я как раз за пенсией шел. А прописан я в аккурат возле Них, то есть дом стоит возле "Крестов". Ну и почтовое отделение, где я пенсию получаю, там же. Конечно, я приоделся поприличней, все-таки в официальное учреждение иду.

- А без вступления никак нельзя? - нетерпеливо спросила Мариша.

- Нельзя, - помотал головой Грибков. - Какая нетерпеливая! Можно подумать, что это у вас трубы горят, а не у меня.

- Не обращайте внимания на мою подругу, - вмешалась Инна. - Такой уж у нее характер. Мы-то, ее близкие, привыкли, что она все время перебивает, а посторонние люди иногда обижаются.

- Я не обижаюсь, - миролюбиво заверил Инну Грибков, пока Мариша обдавала Инну испепеляющим взглядом. - Я просто говорю так подробно, чтобы вы поняли, что выглядел я тогда довольно прилично. Во всяком случае, наличие паспорта у меня можно было предположить.

- Ага, - сказала Инна.

- Вот те люди, видимо, и решили, что я им подхожу, - сказал Грибков.

- И что за люди?

- Я вообще-то, когда возле меня телохранитель возник и к машине пригласил, чуть в штаны не наделал, - ударился в воспоминания Грибков. - Решил, что спета моя песенка, сейчас эти ребята меня на опыты увезут, и вся недолга. Но потом подумал, что место такое, что кругом ментов полно, и вряд ли кто меня обидит. Ну и подошел, раз зовут. А тот мужик и говорит...

- Какой мужик? - снова перебила его Мариша. - Как он выглядел?

- Ну, как бы вам поточней его описать? - задумался Грибков. - Вы такого итальянского артиста Марио Бальоне знаете?

Подруги переглянулись и дружно отрицательно покачали головами.

- Жаль. Очень на него тот мужик похож был, - сказал Грибков. - А так я даже и не знаю, как бы вам поточней его приметы описать.

- Послушайте, уважаемый! - выдвинулась вперед Мариша. - Сдается мне, что вы нас с подругой дурите - никакого мужика вы не помните. Отдавайте водку, и разойдемся по-хорошему!

Услышав угрозу, Грибков проворно отодвинулся подальше от Мариши.

- Я все помню! - категорично заявил он. - Просто я не привык делать работу кое-как. Если уж я беру плату, то выкладываюсь на все сто процентов. Вот и для вас я стараюсь придумать, как получше описать того мужика.

- Достаточно, если вы его просто опишете, - нервно сказала Мариша.

- Ну, он из машины не выходил, - сказал Грибков. - Но роста, думаю, никак не выше среднего. Полный. Пальцы толстые и волосатые. На одном пальце перстень. Золотой, с крупным камнем. Я бы не удивился, если бы оказалось, что с брильянтом. Волосы у него уже с проседью, но когда-то были черные. И сам он смуглый. Глаза только светлые. Но не армянин и не азербайджанец. Может быть, с юга России. Одет был в светлый костюм.

- А особые приметы?

- Шрамов на лице не было, - сказал, немного подумав, Грибков. - Бородавок тоже.

- А возраст?

- Так видно, что уже далеко не молодой человек, а морщин еще почти не было, - сказал Грибков. - То есть были, но немного. Думаю, что лет пятьдесят тому человеку стукнуло. Но не больше.

- Ну, хорошо, а машина, в которой он сидел?

- Вот про машину я могу сказать, - обрадовался Грибков. - "Мерседес" это был! Блестящий, темно-синего цвета.

- А номера? - спросила Инна.

- Ну, вы уж слишком многого от меня хотите, - возмутился Грибков. - Все-таки не вчера дело-то было. Не помню я теперь, какие там два года назад номера у машины были. Я и человека того запомнил лишь потому, что он мне моего любимого актера напомнил.

- А как его звали? - спросила Мариша.

- Сказал же уже, он мне не представился, - буркнул Грибков. - Спросил, хочу ли я заработать. А когда я сказал, что хочу, спросил, есть ли у меня паспорт. А когда я и на этот вопрос ответил утвердительно, он послал меня с одним из своих парней. Тот у кассы выдал мне деньги, я расписался в бумажке, мне вернули паспорт и пятьсот рублей, и мы на том распрощались.

- А больше к вам никто кроме нас с этим вопросом не приходил? - спросила Мариша.

- Нет, - сказал Грибков. - Не помню. Если бы приходили, я бы запомнил. А так, значит, никто не приходил.

- Понятно, - сказала Инна и посмотрела на Маришу.

У той тоже больше вопросов к Грибкову не было. И, отпустив повеселевшего мужика с его честно заработанными бутылками домой, подруги двинулись дальше.

- Кто у нас на очереди следующий? - спросила Инна.

- Колышев, насколько я понимаю, - пожала плечами Мариша. - Только где его искать? Знаешь что, звони-ка ты снова Бритому. Может быть, он уже успел что-то узнать про бывшего сокамерника Сани.

- А ты не хочешь сначала позвонить Смайлу и узнать у него, где он столько времени прохлаждается? - проникновенно спросила у Мариши Инна.

- Не хочу, - заверила подругу Мариша. - Уверена, что он занят делом и не хочет, чтобы ему мешали.

* * *

Кое в чем Мариша была права. Смайл, утром выходя из дома, действительно предполагал, что они с Жаном займутся делом. Но события начали оборачиваться к приятелям такой стороной, что ни о каком серьезном расследовании смерти господина Ширяева, которое хотел предпринять Жан, отчаявшись узнать что-либо с помощью Мариши и Инны, не говоря уж о российской милиции, уже и речи не шло. И сейчас Смайл скучал, смотрел какой-то сериал, где неунывающие работники уголовного розыска легко, сноровисто да с шутками и прибаутками ловили удивительно серьезно выглядевших преступников, которые ментовских шуток совершенно не понимали. Так что сейчас Смайл был совсем не занят.

Но началось все с того, что тот человек, который был близко связан, по словам Жана, с Александром Ширяевым деловыми отношениями, другими словами, был его партнером по бизнесу и мог знать, кто, по какой причине и за что хотел убить Ширяева, и которого Жан по какой-то причине не хотел показывать Марише с Инной, отчего и произошло таинственное исчезновение Смайла из поля зрения девушек, беспробудно пил уже четвертый день. И к тому моменту, когда Смайл с Жаном позвонили в дверь его квартиры, дошел до такого веселого состояния, что с трудом понимал, где находится. А о том, чтобы он узнал Жана, вопрос вообще можно было не ставить.

- Ты кто? - пьяно водя глазами и честно пытаясь сосредоточиться на решении этого вопроса, спрашивал у друзей здоровенный мужик с густо покрытой черной шерстью грудью. - Ты кто такой, а?

Жан ему объяснил, назвав мужика при этом Игорем. Мужик кивнул.