Уйти нельзя остаться - Татьяна Гармаш-Роффе

Дима снова улыбнулся, она слышала в телефон.

– Да, я понимаю… – Лера, конечно, вовсе этого не понимала, потому как сама никогда не давала обещаний, которые не собиралась выполнять, но смысла дискутировать на данную тему не видела. Ее сейчас волновало совсем другое. – Послушай, Дим… Ты ведь знаешь, что происходит? Карен тебе говорил?

– Знаю, – голос его сделался серьезен. – А ты, похоже, знаешь чуть больше моего. Это ведь ты сказала Карену, что считаешь эти смерти подозрительными?

– Да…

– Лер, мне нужно поговорить с тобой.

– А я как раз за этим и звоню! Знаешь, тут мой приятель, частный детектив, взялся за это дело… Дим, давай завтра встретимся? Все втроем: ты, детектив и я? Есть вещи, которые очень, очень настораживают. Это я мягко выражаюсь.

– Он тоже считает, что это убийства, твой детектив?

– Дим… Да.

– Я в данный момент еду из пригорода в Москву, своих отвозил на дачу. Через час буду дома. Можешь подъехать? Я не хочу ждать завтра. Честно скажу: мне не по себе… Я за тобой заеду, хорошо? Или возьми тачку, я оплачу!

Лера не устояла. Она знала, что Лешка будет ее ругать на чем свет стоит, но поехала! Даньке соврала, что сыщик ее просил посодействовать, а от сыщика спряталась, выключив звонок своего сотового.

Он нехотя обещал ей рассказать, что за история приключилась в их классе много лет назад, но теперь, она была уверена, эту историю расскажет ей Дима! Он встревожен, он хочет с ней посоветоваться… Потому и расскажет!

Дима был ей рад так, словно они в школе были закадычными друзьями и теперь он безмерно счастлив, обретя то ли свою первую подружку, то ли свою первую любовь. Глаза его сияли, а руки заключили ее в самые что ни на есть жаркие объятия.

– Можно подумать, – смущенно проговорила Лера, высвобождаясь из его рук, – что ты встретил любовь своей юности…

– Так оно и есть! – улыбнулся Дима. – Я только сейчас понимаю, что был в тебя влюблен в школе!

– Ладно врать-то!

Дима окинул ее мужским, оценивающим взглядом.

– А что? Ты хороша собой, ты умна, ты вообще…

– Дим, кончай! Ты хотел поговорить о чем-то важном.

– Да. И все же, знаешь, Лер… Когда оборачиваешься назад, то мало кого хочется увидеть снова. А тебя – хочется.

– Дим!

– Ладно, ладно. Но я рад тебя видеть, честное слово!

Лера вежливо улыбнулась. Сказать по правде, она не могла ответить тем же Диме Щербакову: его образ и характер стерлись практически полностью за прошедшие годы. Он остался для нее членом Компашки, чем и исчерпывался. Она не узнавала ни его лица, ни голоса, и никаких ассоциаций не вызывал у нее этот невысокий толстенький человек с налитыми розовыми щеками и редкими бровками над голубыми глазами.

Похоже, Лера оставила более внятный след в его памяти. Ну, это и понятно: она держалась сама по себе, а он в клане. А в кланах личности неизбежно сливаются в массовку.

– Проходи, проходи… – Дима засуетился, пропуская ее в гостиную. – Присаживайся! Ты не голодна?

Получив отрицательный жест, он предложил ей напитки. Лера согласилась на мартини. Больше для атмосферы, чтобы не обидеть Диму. Отказ выпить воспринимается как недоверие с ее стороны. И даже высокомерие. Лера это уже усвоила за время своего пребывания на родине.

Когда наконец был налит в ее бокал мартини, а в его рюмку – водка, когда они чокнулись, чего-то хорошего пожелали друг другу, выпили и даже закусили оливками и крекерами, тогда она наконец решила перейти к существу вопроса.

– Дим, ты хотел со мной поговорить…

– Да. Лер, я осознаю некоторую неприличность того, что обращаюсь к тебе за помощью… Мы двадцать-сколько-там-лет не виделись! Но эти смерти… Если бы не ты, если бы не твой приезд и желание разыскать нас, твоих одноклассников, то никто бы не отдал себе отчета в том, что наши ребята умирали таким странным образом, в порядке расположения парт! Вроде бы от инфарктов, но все же странно… Настораживает, тут я с тобой согласен!

– Дим, а ты знаешь, что Максим Фриман умер?

– Когда?!

– Вчера.

– Но как ты объяснишь тот факт, что Юру и Ингу пропустили? Может, это они чистят наши ряды сладкой парочкой?

– Нет. Они уехали за границу. Юра повез ее лечиться в Австрию.

– Юра? Ингу? Погоди, они до сих пор общаются?!

– Он женат на сестре Инги…

– Ну и дела! А чем больна Инга?

– Не знаю. Лешка, мой друг и детектив, обещал Юриной жене сохранить в секрете и мне не сказал…

– Да черт с ним, секретом, главное, ты скажи, ты в это веришь? Они действительно за границей?

– Леша проверил. Они действительно находятся в Австрии.

Дима налил себе еще водки. Выпил, забыв предложить своей гостье второй бокал, чему она тихо обрадовалась.

– Ладно, Юру и Ингу пропустили потому, что они слиняли за границу… Думаешь, и вправду лечиться? Или сбежали? Испугались?

– Не знаю, Дим. Не исключено.

– За ними сидел Боб. Дальше Максим… Теперь и он умер. От инфаркта?

– Да.

– Ну и дела, – Дима крутанул головой. – А следующим сижу я, так? У меня нет фотографии класса, не сохранилась, но я вроде бы помню, как мы сидели… Не ошибаюсь?

Она кивнула.

Он умолк, и Лера почувствовала, что сейчас (или никогда!) Дима расскажет ей то самое происшествие в школьные годы, которое послужило причиной всех смертей…

Подбодрить его? Или промолчать, оставляя ему возможность самостоятельно начать разговор?

Лера решилась в пользу последнего. И оказалась права, так как после нескольких долгих минут тишины Дима заговорил.

– …Мне трудно понять теперь, как я мог пойти на поводу у Юрки и особенно Инги… – заговорил он. – Но тогда я поддался их влиянию. И мы все, всей Компашкой, учинили одну непристойность… Я не могу рассказать тебе подробности, язык не повернется!

Дима уставился повлажневшими глазами на Леру.

– Помнишь, когда мы первый раз смылись с урока исторички? Тогда Юрке с Ингой чуть не весь класс удалось подбить, и ты тогда ушла с нами. Вроде бы тоже поддалась общему влиянию, но ты все спрашивала у нас по дороге в кино: почему мы так жестко реагируем? Мол, ладно, историчка дура, но чего на нее так злиться? О, я помню, как посмотрела на тебя Инга! Она облила тебя презрением с ног до головы, а ты не заметила! Юра усмехнулся и сказал, что ты наивная, ребенок еще… В наши годы «ребенок» – было чуть не оскорблением, ты не забыла? Очень уж нам хотелось казаться взрослыми. Другие ребята принялись что-то снисходительно тебе объяснять.

– Ты так подробно это помнишь? – изумилась Лера.