Приют миражей - Евгения Горская

– Почему вы пригласили меня, а не мою подругу? – усевшись, глупо спросила Саша.

– А вы не догадываетесь? – хмуро усмехнулся он.

– Догадываюсь, – вынуждена была признать Саша, разглядывая его.

Антону Степановичу было лет сорок. Ранняя седина слегка пробивалась сквозь русые волосы, и это ему шло. И взгляд, спокойный и доброжелательный, ему шел, сидеть рядом с ним было приятно.

Он протянул ей меню, подумал и, глядя мимо Саши, спросил:

– Вы замужем?

– Нет.

Тогда он посмотрел на нее в упор и снова отвел глаза. Он разозлился на себя за этот вопрос, поняла Саша. Он ее… стесняется, что ли? Тут ей стало весело, как когда-то было весело с Гошей в такси.

– Вино? – спросил он.

– Давайте, – согласилась Саша.

Он сделал заказ, побарабанил пальцами по столу.

– Вы журналистка?

– Нет, – улыбнулась она. – Я работаю в энергетической компании. Расследования – это мое хобби.

– Как вы влезли в эту историю? – Он смотрел прямо на нее и говорил без улыбки, но Саша знала, он продолжает ее стесняться.

– Случайно. Правда. У моих знакомых там дача и… В общем, это неважно. Вы обещали рассказать что-то новое.

– Расскажу, раз обещал, – усмехнулся он. – Я стараюсь выполнять свои обещания.

– Похвально.

Молоденький, похожий на студента официант расставил тарелки, налил вино.

Антон Степанович задумчиво поднял бокал. Саша ждала, что он произнесет что-то вроде «за нас», но он ничего не произнес, подержал бокал и констатировал:

– Вино неплохое.

– Неплохое, – согласилась Саша. – Так что вы хотели рассказать?

– Вчера вечером обнаружили труп Бондарчука. В его же машине.

– Да? А кто обнаружил?

– Местная полиция вместе с нашими ребятами из охраны.

– У вас своя служба безопасности?

– Нет. У нас договор с охранной службой. А эти ребята умеют не только у дверей стоять. Труп обнаружили в лесу недалеко от его дома.

Антон Степанович замолчал, и Саша поторопила:

– Его застрелили?

– Да. Вы слышали выстрелы?

– Мои знакомые слышали. И кто его убил?

– Ну этот вопрос так быстро не решается. Хотя предположения есть.

– Бондарчук переводил деньги фирмы на свои счета?

– Со счетами еще не все ясно. – Антон Степанович снова разлил вино, отпил, поставил бокал. – Деньги переводили люди покрупнее.

– Главбух?

– Ничего от вас не скроешь, – засмеялся он, с удовольствием глядя на Сашу. – Мимо главбуха такое пройти не могло, конечно. Одна она орудовала или кто-то ей помогал, пока неясно, но это не Бондарчук. У него просто не было такой возможности.

– Моя подруга предполагает, что Бондарчук Ольгу Яковлевну шантажировал.

– Правильно предполагает. Она улетела на Кипр, на звонки не отвечает. А пару дней назад туда же улетел ее друг.

– Вы думаете, он убил Бондарчука?

– Думаю, да. И полиция так предполагает. Своими руками или нет, это другой вопрос, но…

– Но зачем? – перебила Саша. – Зачем? В фирме новый директор, финансовая проверка неминуема, все равно хищение открылось бы и без Бондарчука. Зачем убивать, если они решили слинять с денежками?

– Влад мог пытаться сорвать куш напоследок. Мог грозить, что стукнет в полицию, тогда ее друга бы не выпустили. Скорее всего, так и было. Найдем участников аферы и узнаем.

– Вы думаете, их найдут?

– Конечно, – удивился он. – Они же не на Марс улетели. Земля маленькая.

Саша помолчала, ей было легко молчать с Антоном Степановичем.

– Мне ее жалко. Главбуха. Жила себе спокойно, получала наверняка прилично. Зачем ей все это было нужно?

– У воров своя логика, – пожал плечами Антон Степанович.

– Какая?

– Не знаю, – улыбнулся он. – Я же не вор.

Саша опять помолчала. Антон Степанович покрутил в руках пустой бокал, вздохнул и наконец сказал то, что ему больше всего хотелось сказать:

– Я рад, что мы с вами встретились.

Слышать это было приятно. Мама права, ей давно пора замуж.

Нужно было что-то ответить, но Саша промолчала.

Накануне Варя приняла снотворное, и поэтому, несмотря на рушащуюся жизнь, выспалась отлично. Вообще-то она надеялась, что Илья опомнится, поймет, что вспылил из-за ерунды, и даже была почти уверена, что утром проснется оттого, что муж будет смотреть на нее виноватыми глазами.

Тишина, стоявшая в квартире, ясно свидетельствовала, что муж не появился.

Варя приказала себе не расстраиваться, но все равно тихо заплакала.

Больше всего ее ранило вранье. Конечно, история с приехавшей родственницей только повод, это любому дураку ясно. Наверняка присмотрел себе бабу, вот и хлопнул дверью. И изменился Илья гораздо раньше, чем какая-то там племянница заявилась с ребенком.

А что Варя должна была делать? Пустить девку, которая лет на пять ее моложе, в собственную квартиру? Она что, ненормальная?

Однако пускать все на самотек нельзя, и она, вытерев слезы, позвонила Илье.

– Да, Варя, – сразу ответил он. В трубке слышался шум машины, детский возглас.

– Я была не права, Илюша, – быстро проговорила она. – Ты встретил гостей?

– Встретил. Везу их на консультацию. Я тебе перезвоню.

Он отключился. Варя перестала плакать, Илья разговаривал как обычно: никуда он не уйдет, задурил на ровном месте, вот и все.

Муж перезвонил через полчаса, на этот раз посторонних шумов в трубке не было.

– Да, Варя.

– Илюша, я не права. – Варя ждала, что он что-то скажет, но муж молчал. – Что с ребенком?

– С сердцем что-то не так. Пройдет обследование, станет ясно. Варя…

– Да, Илюша?..

– Я не вернусь.

– П-почему? – Он молчал, и она опять спросила: – Почему?

– Варя, нам тяжело вместе. И тебе, и мне.

– Господи, ну что за глупости ты говоришь. Всегда было не тяжело, а теперь стало? – Она чуть не ляпнула, что он просто завел себе бабу. Сдержалась, боялась услышать, что это так и есть.

– Нам трудно вместе, – повторил он. – Не хотел тебе этого говорить, но я видел тебя вчера с Максимом.

– Что? – ахнула Варя. – И из-за этого… У меня ничего с ним не было, Илюша!

– Варя, я говорю про другое. Нам обоим плохо. Тебе плохо со мной, поэтому ты ищешь понимания на стороне.