Чудеса в решете - Светлана Алешина

Вот и сейчас, увидев Ларису и не замечая ее знаков вести себя потише, он громко провозгласил:

– Где та писюха, которой нужно расхреначить мозги? Это мы быстро, кролики совокупиться не успеют…

– Тише, ради бога, – зашикала на него Котова. – Компьютер в комнате. Заходи и веди себя как мышь.

– Как мышь – не могу, – признался Ванеев, снимая кроссовки ужасающего сорок седьмого размера. – Если хочешь – буду как клавиатура.

– Хорошо, будь хоть системным блоком, – пошутила в тон ему Лариса.

Ванеев почесал голову, прошел в комнату и включил компьютер.

– Так, «пенек», конечно, ничего себе, – оценивающе произнес он, щелкая мышью. – Сейчас мы его девственности-то лишим. И пароли все поломаем.

Ванеев колдовал за компьютером где-то с час, приговаривая себе под нос различные матерные поговорочки и развязно ковыряя в носу. Отходы от этого занятия он скидывал прямо на пол.

– Кира, ты где воспитывался? – спросила Лариса, не сумев вынести этого зрелища.

– В самой элитной школе города, гимназии номер один, – тут же ответил он. – Там учителя мне навек привили плохие манеры, нудно заставляя следовать хорошим. Словом, хотели как лучше, а получилось – сама видишь, – развел он руками. – Ты давай не ворчи, а посмотри лучше сюда.

Он демонстративно развернул к Ларисе монитор компьютера и, нажав на клавишу, вошел в файл diary.txt. Перед глазами Котовой возник текст, озаглавленный «Карякина Анастасия Владимировна. Страницы личной жизни».

– Пользуйся, копайся в чужом постельном белье, мисс частный детектив, – ухмыльнулся Кира.

– Спасибо, – только и оставалось сказать Ларисе в ответ.

– Собственно, там пароли-то были плевые – сразу видно, что непрофессионал работал, – небрежно бросил хакер и выжидающе уставился на Котову.

Она улыбнулась и выдала ему деньги на пол-ящика пива. Кирилл, удовлетворенно осклабившись и напомнив о том, что он всегда к ее услугам, удалился.

После его ухода Лариса бросилась к компьютеру и углубилась в чтение файла. Из текста следовало, что вести компьютерный дневник Настя начала с октября прошлого года – видимо, с тех пор, как стала жить отдельно. Она заносила в компьютер воспоминания о пережитом, впечатления об увиденном. В некоторых местах девушка давала характеристики друзьям и близким.

Пробежав глазами по файлу, Лариса первым делом увидела текст, относящийся к отцу. Любопытно, что она написала о нем?

«Папа, милый, любимый! Что же ты наделал! Зачем?! Зачем?! Зачем бросил Мару и связался с Региной? Ведь она тебе годится в дочери! Я за тебя краснела, я не понимала. А ты меня сторонился. Я чувствовала себя одинокой и брошенной».

И дальше:

«Отец – сильный и властный человек. Он абсолютно не понимает и не признает моих проблем и считает, что они существуют только у слабых людей. Папа требует беспрекословного подчинения себе. Я должна одеваться только в ту одежду, которую он мне разрешит носить; я должна дружить только с теми девочками, которых одобрит папа; я должна читать только те книги, которые рекомендует он. Даже медицинский институт он выбрал для меня, потому что мечтает видеть свою дочь врачом. А я ненавижу медицину! Меня тошнит от больничных запахов!

И вообще я не понимаю, почему должна следовать тому, что предназначил для меня отец! Я старалась до конца быть терпимой в отношении его».

«Мама. Боже, как стыдно иметь такую мать!.. В раннем детстве, лет до одиннадцати, я обвиняла папу в том, что он разлучил меня с ней. Я была уверена в том, что мама меня очень любит, но из-за происков папы и бабушки не может быть со мной, потому что они не пускают ее ко мне. Я даже где-то раздобыла старую мамину фотографию и всегда носила при себе, мечтая о встрече.

Но когда я выросла и узнала мать ближе!.. Увы, женщина, родившая меня, стерва и сучка! Эта женщина шантажирует меня тем, что я якобы сплю со своим отцом. Она угрожает обнародовать свои домыслы. Я ее ненавижу и презираю всей душой, но деньги, по тысяче рублей ежемесячно, отдаю ей не потому, что боюсь сплетен, а потому что опасаюсь, если отец узнает об этом шантаже, он ее убьет. Да и мне не поздоровится…

Откуда она узнала об этом, эта стерва? Откуда? Ах да, я же сама проболталась! Мне просто захотелось ее поддеть, когда я видела ее рядом с этим рыжим клоуном, «пупсиком». А он еще подмазывался ко мне, козел!

А вообще – видимо, гены во мне играют. Почему я стала трахаться со своим отцом? А почему он бросил Мару и связался с Региной? Почему забыл о том, что у него есть сын, в конце концов?!

Иногда мне кажется, что Регина очень неплохо ко мне относится. У нее просто другие взгляды на жизнь – она сказала мне, что ее возбуждают исключительно пожилые мужчины. Ну, вроде моего отца. Знала бы она, что произошло между мной и отцом. Как ни странно, после того как все случилось, между нами стало все более или менее ничего. Отец уже не так благоволит к Регине, а та не задирает нос и не пытается указывать мне, как жить».

Лариса читала эти строки с предчувствием того, что главное будет впереди. У нее даже екало сердце – она чувствовала, что сейчас Настя расскажет о том, как это случилось. И ожидание не обмануло Ларису.

«Даже не могу понять, как все тогда случилось. Я забыла у отца нужный мне учебник. Решила зайти утром забрать. Открываю дверь – а из комнаты доносятся охи, вздохи и стоны. Ну, я и поняла, что это отец с Региной трахается. А что – ему можно, а мне нельзя, что ли?

Я прошла на кухню и налила себе чай. Руки у меня дрожали. Даже в кухне было все слышно. Но вдруг все неожиданно стихло. Прямо вмиг. Отец, по всей видимости, в отходняке зашел выпить воды. «О, доченька милая, Настена! – сказал он. – Не переживай, сейчас Регина уйдет, и нам никто не помешает».

Потом появилась Регина. Она, не заходя в кухню, сразу пошла в коридор, быстро оделась. «Ну, пока!» – сказала она и вышла на лестницу. Меня удивило, что она не зашла даже в ванную – ну, понятно, для чего.

Отец предложил мне пройти в соседнюю комнату, где пахло потом и духами Регины. Такой отвратительный запах! Как мне он не нравится, просто бесит. И тут папа неожиданно налил мне мартини. Я залпом осушила бокал. И почувствовала, что опьянела. Отец сел рядом и сказал, что я милая и красивая. Погладил меня по волосам, а другую руку положил мне на колено. Я подумала – этими руками он лапал Регину, а сейчас прикасается ко мне.

Но мне не было противно. Я разволновалась и даже возбудилась. Притом возбуждение было сильное. А отец, наверное, понял все – у него почему-то оттопырились брюки. И тут на меня нашло – я положила свою руку на этот его горб. Он был таким сильным и классным, и я представила, какой он жилистый и мощный. И как он хорошо им трахает.

Вот почему, наверное, Регине так нравится с ним. А мне что же – нельзя? Мои руки сами начали расстегивать ширинку, а потом ласкать его там. Я сняла с себя колготки, трусы и села к нему на колени.