Тихий остров - Алексей Макеев

— Так, с Рожковым более-менее ясно, а остальные подрядчики?

— Остальных двое — Владимир Григорьевич Фоменко и Павел Петрович Гришечкин. У обоих солидные фирмы, у Фоменко покруче. Оба в один голос кричат, что чисты как слеза младенца, о майоре Мажарове никогда слыхом не слыхивали, а в фирмах у них идеальный порядок. По документам, кстати, так и выходит.

— А на деле? — быстро спросил Гуров.

— Я ведь работаю в убойном отделе, — вздохнув, пояснил Селедцов. — Экономические преступления — не моя специфика. Здесь гораздо лучше разобрался бы ОБЭП, но это такая мутная контора, что… — Он вдруг спохватился и прикусил язык. Затем взъерошил было руками свои волосы, но они были столь коротко и аккуратно подстрижены, что и ерошить оказалось нечего, и медленно произнес: — Словом, я их в определенном смысле понимаю. Мажаров работал в их ведомстве… И до поры до времени они не хотят слухов и кривотолков, бросающих тень на их отдел. Вот будут факты — другой разговор. И если они есть, мы их обязательно найдем, — и тут же перешел к следующему вопросу: — Значит, по подрядчикам я вам предварительно изложил, все подробности зафиксированы в документах. Но я не стал зацикливаться на одной версии убийства Мажарова, то есть на подрядчиках, и поинтересовался личностью Мажарова в более широком аспекте. Ничего заслуживающего внимания мне не попалось. Мажаров жил один, с женой развелся около трех лет назад, и она с дочерью уехала из Приморского. По выясненным данным, они не общались. О каких-то личных врагах ничего не известно.

— А он уроженец Приморского?

— Нет, он приехал из Пятигорска. Его восемь лет назад перевели из тамошнего ОБЭПа.

— Старые счеты? — прищурился Гуров, глядя на Селедцова.

— Я посылал запрос в Пятигорск, — покачал тот головой. — По их сведениям, в прошлом Мажарова ничего такого не было, из-за чего с ним сейчас стали бы сводить счеты. И сам он в Пятигорске не был давным-давно. Если вам интересно мое мнение, то ноги у этой истории растут здесь, в Приморском.

— Хорошо, — кивнул Лев, складывая документы, приготовленные Селедцовым. — Будем копать глубже — тогда и узнаем, откуда они растут на самом деле. У меня к вам пока еще только один вопрос, Денис Аркадьевич. Вам белая «Ауди», номерной знак «АА5878», не знакома?

— Никогда не попадалась. Ни по документам, ни в поле зрения.

— Судя по всему, она в вашем городе недавно, — задумчиво сказал Гуров.

— Выяснить местонахождение? Проследить? — деловито спросил Селедцов.

— Не стоит, это мои проблемы, — отмахнулся Лев и поднялся.

Они с Селедцовым обменялись номерами телефонов, и он покинул здание, в котором располагался убойный отдел.

Миша Рыбин дожидался Гурова на улице. Он сидел на своем месте в той же позе, подставив весеннему солнцу веснушчатое лицо, и, кажется, дремал. Однако едва Гуров появился на улице, Миша сразу же открыл глаза и заулыбался:

— Куда едем?

— Гостиница «Берег», — бросил Гуров, усаживаясь рядом. — Слыхал?

— А то! — усмехнулся Рыбин, поворачивая ключ зажигания. — Рад, что вам чувство юмора не изменяет. «Берег» у нас все знают, это же единственная гостиница в городе! Остальное частники сдают. Что угодно — от элитных коттеджей до курятников!

Автомобиль быстро, но плавно тронулся с места и направился к гостинице. Лев держал в руках кейс, заметно потяжелевший от положенных в него материалов, что он получил в ОБЭПе и убойном отделе. Ему, конечно, хотелось как можно скорее приступить к их анализу, но все же в машине он не стал этого делать. Благо городок был небольшим, и ехать им долго не пришлось. Вскоре «Опель» лихо тормознул перед входом в отель, и Гуров поблагодарил водителя, давая понять, что тот может ехать. Однако Миша тут же воскликнул:

— Да вы что! Мне же подполковник Орленко голову оторвет! Он приказал, чтобы я вас одного не оставлял, поскольку вы без транспорта и город наш не знаете. Нет уж, я подожду!

Гуров чуть сдвинул брови. Подобная забота была, конечно, приятной и обеспечивала определенное удобство, с другой же стороны, Гурову не хотелось сообщать кому бы то ни было о всех своих передвижениях. Ему вообще для начала стоило присмотреться и оценить окружающую обстановку, а это лучше делать без свидетелей.

— Я не уверен, что мне куда-то понадобится сегодня, — сказал он.

— Неважно! Я посижу, ничего страшного! Я ведь таксистом в свое время работал. Так что мне дожидаться привычно! — Миша говорил радостно, не скрывая того, что ему нравится перспектива особо ничего не делать и при этом в точности следовать указаниям начальства.

Лев смерил его задумчивым взглядом и озвучил пришедшую в голову мысль:

— А скажи, Миша, раз уж ты в такси работал, не приходилось ли тебе встречать белую «Ауди» номер «АА5878»?

— Нет, — не задумываясь ответил Михаил. — Не знаю такой. А кто за рулем?

— Да если бы я знал… — пробормотал полковник, но все же постарался описать незнакомца, предложившего ему свои услуги в аэропорту.

— Никогда такого не встречал, — покрутил головой Михаил. — Я среди таксистов всех знаю.

— Да он не таксист.

— Ну и среди частных бомбил тоже нет такого.

«Он и на бомбилу не похож», — отметил про себя Гуров, решив, что выяснение этого обстоятельства отложит до лучших времен. На всякий случай он посмотрел по сторонам, но «Ауди», следившей за ним по дороге в ОБЭП, не было видно. Можно было бы счесть, что слежка просто показалась, но только не полковнику Гурову. Он был убежден — за ним следили, причем преднамеренно. И в аэропорту этот мужчина оказался не случайно. Выходит, поджидал именно его? Но откуда он мог знать о прилете полковника, если о нем и местной полиции-то было неизвестно? Об этом факте знали только в Главном управлении МВД в Москве…

— Ладно, Миша, я пошел к себе. Еще раз советую не дожидаться меня, — сказал Лев, направляясь к зданию гостиницы.

Взявшись за ручку двери, он обернулся и увидел, что Михаил не внял его совету…

Женщина-портье за стойкой любезно сообщила полковнику, что за ним забронирован триста восьмой номер, и, после того как Гуров заполнил бланк, дала ему ключ.

— Если вам что-то понадобится, звоните на пост, телефон указан здесь, — сказала она и протянула Гурову прямоугольник, являвшийся визитной карточкой гостиницы.

Гуров кивком поблагодарил ее и прямиком направился на третий этаж в свой номер. Он оказался небольшим, но довольно уютным. Одна кровать, тщательно застеленная, два кресла, журнальный столик, душевая кабина — вполне годится для временного проживания.

Гуров бросил плащ на кресло, туда же отправил и кейс, а сам, опустившись в другое, вытянул ноги и прикрыл глаза. Несколько часов перелета все-таки немного утомили его. Однако отдыхать и расслабляться некогда, нужно было приступать к работе, и полковник, посидев минут пять, заказал себе по телефону две чашки крепкого кофе, после чего удобно устроился перед журнальным столиком и, прихлебывая горячий напиток, стал перелистывать бумаги, которые получил от подполковника Орленко.