Заговор богов - Пол Клеменс

Кофе безнадежно остыл. Павел сидел с каменной физиономией и натужно переваривал услышанное. Анджей не поскупился на подробности. Криста помалкивала, заново переживая перипетии сюжета. Павел вышел из оцепенения и со скрипом размял шейные позвонки.

– Хорошо, – сказал он миролюбиво. – Пусть это сказка для клинических идиотов. Пусть я не верю ни одному твоему слову…

– Перестань, – поморщился Анджей. – Ты веришь всем моим словам.

Павел заскрежетал зубами, принимая мучительное решение. Он был умен, опытен, осторожен, но все эти благородные качества не мешали Павлу Айзику оставаться авантюристом. Раковский терпеливо ждал.

– Ну, хорошо, – тягуче повторил частный детектив. – Платон мне друг, но… какова моя доля?

– Пятьдесят тысяч? – забросил удочку Анджей.

– Чего? – насупился Павел.

– Эфиопских быров, – огрызнулся Раковский.

– Согласен, – ударил по шляпе Айзик. – Подставляем вместо быров евро – и я твой верный бескорыстный партнер.

– Хорошо, пусть так, – не стал играть на понижение ставки Анджей. – Но мы должны позаботиться о мерах безопасности. Не в кино идем.

– Я задействовал несколько каналов связей, – отмахнулся Павел. – Не бог весть, но лучше, чем ничего. Проскочим.

Но мрачные предчувствия оправдывались. Усилился ветер, моросил мелкий дождь. Пока спустились к морю, у Павла несколько раз уносило шляпу. Он бегал за ней, чертыхаясь, а Криста наблюдала за ним со страхом и шепотом спрашивала, неужели это тот человек, на которого можно положиться в трудную минуту?

– Других не знаем, – оправдывался Анджей. – Чем богаты. Но три головы лучше, чем две, согласись…

Кучка строений, жмущихся к донжону, оказалась цельным зданием сложной конфигурации, состоящим из разноуровневых секций. Гнетущее впечатление производило это «родовое гнездо». Каменные блоки, составляющие кладку, разрушались от времени, на отдельных участках зияли черные пустоты. Фасадная часть – прямоугольный портал с вертикальным рядом зарешеченных окон – завершалась зубчатым карнизом. Круглые башни по краям фасада, конусные навершия, венчаемые крестообразными флюгерами. По всей длине пристроек на втором и третьем этажах тянулись сплошные балконы с массивными перилами и облупленными балясинами. Незатейливый ортогональный донжон возвышался над замком метров на двадцать. Окна заделаны решетками, виднелись плотные портьеры, подгнивающие деревянные рамы…

– Не нравится мне это дело, – призналась Криста, когда они прошли по сложной местности три четверти пути и встали перекурить. Действительно, не по-людски как-то. Ни оркестра, ни цветов.

– Могла бы не ходить с нами, – проворчал Анджей. – Мало натерпелась?

– Для девушки есть достойный вариант, – поддержал Айзик. – Вернуться в Вернесс, поселиться в гостинице и спокойно ждать нашего прибытия.

– Спокойно? – Кристу затрясло от гнева. – Не дождетесь. Представляю, какой трясун начнется в гостинице…

Анджей поймал вопрошающий взгляд приятеля – почему эту девчонку так волнует судьба какого-то Раковского, коих на планете миллионы? Что их связывает в этом увлекательном трипе?

За последним поворотом в скальном лабиринте они уперлись в решетку. Замок Элленгротс предстал в ином ракурсе. Ему пытались придать пристойный вид. Строительные козлы у левого крыла, груда мраморных плит, еще не приделанных к надлежащему месту, бетономешалка средней тяжести, поддоны с отделочным кирпичом. Рабочие попрятались. Перед парадным крыльцом – неприбранная лужайка вокруг неработающего фонтана. Над запертыми воротами висел звонок. Анджей потянулся к нему, но нажать не успел. Из пристройки к северному крылу выкатились два рычащих добермана и со скоростью истребителей понеслись к воротам. Не успели они опомниться, как две оскаленные морды уже просовывались сквозь прутья. Глаза сверкали бешенством, с клыков стекала пена.

– Боюсь… – перекрестилась Криста. – Славное местечко…

– Да уж, проблемная область, – неуверенно согласился Айзик и предпочел отойти подальше.

– Неплохой сюжет для ночных кошмаров, – хмыкнул Раковский. – Ну что ж, придется подождать специально обученных людей. Надеюсь, таковые будут.

Собаки истошно лаяли. Специально обученных людей ждали недолго. Из пристройки выбрался упитанный тип в кожаной жилетке и с золотой цепью на массивной шее. Покрутил головой, вразвалочку подошел к воротам, спросил недовольно (по-русски, но, в общем-то, понятно):

– Хрена надо?.. Доблер, Джосс, заткнитесь, блин!

Слишком поздно Раковский сообразил, что захлопнулась ловушка. Двое парней в курточках из мягкой кожи оттащили доберманов в пристройку. «Ключник», ухмыляясь, запер ворота, показал тяжелым подбородком на обветшалое крыльцо:

– Топайте. Хозяин ждет…

Сердце билось, как у колибри – 1200 ударов в минуту. Спасаться некуда, ворота на замке, справа двор с прячущимися в глубине пристройками, на северной стороне за домом – парк с рододендронами… Они стояли посреди гулкого мрачного вестибюля, который выполнял, судя по отдельным элементам интерьера, функции гостиной. Пышная лепнина свешивалась с потолка, пол устлан мраморными плитами, отшлифован до блеска. Серые стены, широкая парадная лестница, уводящая на верхние этажи. У дальней стены помпезный камин с колоннами, напоминающий мавзолей великого кормчего, ворсистый ковер, кресло, мебельные безделушки: чугунная пушка на подставках (вероятно, зажигалка), табачный столик, тумбочка для чая, шкафчик для сыра, фарфоровая мелочь на каминных полках…

– Как-то здесь неуютно, – справедливо заметила Криста.

– А по ночам бегают из потустороннего мира девочки в ночных рубашках, – добавил Павел.

Анджей украдкой глянул назад. Попались… «Ключник», широко расставив ноги, стоял в дверях, поигрывая связкой, и делал вид, что не следит за каждым движением посетителей. Во дворе «специальные» люди, «специальные» собаки… Он переглянулся с Павлом. Тот яростно кусал губы и явно чувствовал себя не в своей тарелке. «С какой стати нас ждет хозяин?» – подумал Анджей.

– Так-так-так! – произнес громовой голос, и на лестнице раздались гулкие шаги. Появление демона было обставлено пышно, с голливудскими эффектами. Мужчина роста выше среднего, плотно сбитый, в черной пиджачной паре, черной рубашке, черных лакированных туфлях. У него были черные, как смоль, блестящие волосы, черные глаза, массивный нос. Он широко и хищно улыбался. Колоритный тип курил здоровую сигару и вел на поводке мирно настроенного бульдога.

– Кого я вижу! – громогласно произнес человек (ну, вылитый злодей из комикса). Он остановился на площадке между этажами и стал пожирать глазами имевших глупость заглянуть к нему на огонек – особенно оробевшую Кристу. – Какие люди! Анджей Раковский! Кристина Зиверс! И вы, любезный… – хозяин учтиво поклонился насупленному Павлу. – Не уверен, что знаю ваше имя, но вы так намозолили глаза моим людям, пока битый час болтались вокруг замка…