Ночи под кипарисами - Стелла Камерон

Когда Спайк уехал, Роше вкатил ее велосипед в холл клиники, а затем запер двери во всем здании. Все это время Блю следила за ним с таким лицом, словно он действительно был насильником.

Роше изо всех сил сдерживал гнев. Обрушить его на Блю в данный момент было недопустимо.

– Что-то ты сегодня не очень разговорчива? – заметил он.

– Ты тоже.

– Блю, расскажи мне, что тебя мучает?

Она нахмурилась, чтобы скрыть волнение.

– Я все еще думаю о том, что сказал Спайк. Знаешь, очень страшно осознавать, что тебя хотят убить.

Роше на мгновение задумался.

– Не похоже, чтобы преступник очень старался.

– Достаточно и того, что он уже сделал. – Блю покачала головой. – Спайк прав, мне просто повезло. Как ты можешь… Подожди, что ты имеешь в виду? Как это – не очень старался? Преступник был уверен, что, когда вспыхнет сарай рядом с гаражом, я выбегу из дома и стану спасать машину и взорвусь, а он сможет поджечь и дом.

К такому выводу пришла Блю, обдумывая произошедшее и взвешивая факты.

– Что-то новенькое.

– Кто знает, что у этого парня на уме? – Она села в серое кресло в холле клиники. – Как-то раз ты сказал, что я трусиха, но ты ошибаешься. Мне надоело, что все меня шпыняют. Я не для того приехала в Туссэн, чтобы и здесь трястись от страха.

Умный мужчина всегда знает, когда лучше промолчать. Роше не произнес ни слова, а просто ждал, когда закончится этот всплеск эмоций. Блю чувствовала себя смелой и уверенной, а это прекрасно.

– Я не собираюсь сдаваться! – Она резко встала. – Я должна сама со всем справиться, не хочу, чтобы из-за меня страдали люди. Это мои проблемы, и решать их мне.

Интересно, какие «проблемы» она имеет в виду?

– С этой самой минуты я сама буду все решать, – с нажимом повторила Блю. – Так что не трать больше на меня свое драгоценное время. Я понимаю, тебе приятно чувствовать себя благодетелем, но мне не нужны твои подачки.

Такие слова не позволяли Роше выйти победителем или достойно проиграть, не чувствуя себя при этом ничтожеством.

– Ты же слышал, что сказал Спайк, – продолжала Блю. – Я уверена, они уже вышли на след преступника, но держат его имя в тайне, чтобы никто из населения не мешал их операции и не спугнул убийцу. Мне кажется, они следят за каждым его шагом.

Блю раскраснелась, глаза горели.

– Поэтому шериф ничего нам не сказал. – Голос дрогнул. – И мы не знаем, кого опасаться.

– Я не согласен, что полиция его вычислила. Поэтому Спайк так нервничает, – ответил Роше. – Ты преувеличиваешь.

– Янепреувеличиваю.

Казалось, что Блю на грани нервного срыва.

– Тебе сейчас лучше прилечь, – сказал Роше.

– Не сомневаюсь, что ты только об этом и думаешь. – Ее щеки покрылись румянцем. – Сам ложись, если тебе надо.

– Только вместе с тобой.

Блю раскинула руки в стороны.

– Я никогда не была такой, как сейчас, и в этом твоя вина. Я всегда вела себя тихо и скромно. До нашего знакомства я никогда не повышала на людей голос, а у меня были на то причины.

Руки безвольно упали, Блю опустила голову.

– Что за несчастье! Не обращай внимания. Я сегодня сама не своя. С трудом заставила себя приехать к тебе. – Она подняла глаза на Роше. – Мне очень стыдно за свое поведение, за то, что наговорила тебе вечером. Не стоит доверять всяким слухам, я ведь ничего о тебе не знаю, как я могу судить, насильник ты или нет.

Краски в одну секунду сошли с ее лица, и оно стало белым как бумага.

– Забудем об этом, – поспешил ответить Роше. – Мы оба очень взвинчены. Я тебя хорошо понимаю.

– Нет, не понимаешь! У тебя внутри все кипит от злости, я же чувствую.

– Ты ошибаешься, Блю. Я просто расстроен, что не могу убедить тебя в обратном, у меня нет доказательств, но я не сержусь.

Блю сделала несколько шагов в сторону.

– А женщина… женщина, с которой ты был тогда, она же может рассказать, как все было. Пойми меня правильно, я не требую доказательств, просто… Она ведь знает правду.

– Да. – Господи, как он себя ненавидит! – Но она умерла.

Блю от удивления приоткрыла рот:

– Какой ужас! Она была больна?

– Внезапная смерть.

– Понимаю, тебе неприятно об этом говорить. Конечно.

– Совсем нет.

– Значит, доказательством твоей правоты может служить только твоя репутация и образ жизни. – Блю неожиданно улыбнулась, ее лицо вновь изменилось. – Я бы сказала, что это тоже неплохо.

Роше был ей несказанно благодарен за эти слова.

– Зачем ты притащил сюда велосипед? – спросила Блю.

– Что?

– Ты поставил велосипед в холле и запер все двери.

– А, чтобы его не украли. – Если бы Роше умел краснеть, он бы точно стал пунцовым.

– Этот ржавый драндулет? – Блю почесала нос. – Надеюсь, я скоро получу страховку и смогу купить подержанную машину.

– Я хотел, чтобы ты оставалась со мной как можно дольше. Конечно, никому и в голову не придет, что это твой велосипед, но на всякий случай…

– Ты меня прячешь? – выпалила Блю. – Это похищение? Мне пора начинать волноваться?

– Пока не знаю.

Она смотрела на него вопросительно.

Все зависит от нас двоих.

– Посмотрим. Будь готова ко всему.

Блю часто заморгала.

– Не пугайся, я не сделаю тебе ничего плохого, – сказал Роше, и это было правдой. Страсти в душе улеглись, от гнева не осталось и следа, и он мог уверенно контролировать свое поведение. Роше взял Блю под руку и повел в кабинет. Войдя, он запер дверь.

– Опять закрываешься? – почти шепотом спросила Блю. – Мне показалось, что для того, чтобы выйти, достаточно повернуть ручку в другую сторону.

– Хм, а ты внимательная. Просто не хочу, чтобы все знали, что я здесь, и мешали нам.

– Твоя машина на стоянке, – усмехнулась Блю.

– Это как раз совсем не показатель. Когда я приезжаю в город, то всегда оставляю машину у клиники, но не обязательно остаюсь в офисе.

Блю внимательно слушала, не отрывая от него взгляд, а затем принялась изучать комнату.

– Ничего удивительно, что мой дом кажется тебе свалкой старой рухляди. Стиль пятидесятых – не твой стиль.

– Я же говорил тебе, что собираю старые музыкальные автоматы.

– И у тебя будет для них выделено специальное помещение, как в музее.

– Подожди, я куплю себе здесь дом, и ты увидишь, куда я их поставлю.