Шерше ля фарш - Елена Логунова

Я тихо застонала.

— Так вот, я вынуждена повторить Инкину просьбу, аргументированную сковородкой! — возвысила голос Алка, и я поняла, что подружка тоже теряет терпение. — Денис, рассказывай!!!

— Ну, ладно. — Кулебякин придвинул к себе чашку, позвенел в ней ложечкой, пригубил кофе.

— Сейчас я сам его убью, и у Дюхи будет одним кавалером меньше, — прошептал Зяма и скривился — похоже, Трошкина под столом отдавила ему ногу.

— Любимый, посмотри на меня, — попросила я, сдерживаясь из последних сил. — Ты видишь, что я уже в одном шаге от смертоубийства?

— Я вижу, что ты какая-то чернявая стала, — посмотрев, как просили, заметил майор, напрасно полагающий себя бессмертным. — С чего вдруг?

— Это она специально, чтобы не провоцировать у местной аудитории ажиотажный спрос на блондинку, — дипломатично ответила за меня хитрюга Трошкина.

— Вот это я одобряю, — кивнул Денис.

Все началось с Козлика — не с животного, конечно, а с одного коллеги Кулебякина, которого сам Денис никак иначе не называл, хотя вообще-то у парня были и имя, и фамилия (легко догадаться, какая), и звание, и даже папа-генерал. Вот его-то по их общей с сыном фамилии подчиненные за спиной называли Козлом.

Любящий папа пристроил сына на непыльное место в пресс-службу краевого ГУВД, где птенец гнезда генеральского в ожидании неминуемого карьерного взлета активно чирикал и распускал хвост. Коллеги его не любили, опасались и держались на расстоянии.

А Козлик был честолюбив.

Возможно, именно поэтому он не осадил бомжа, который подошел к нему как-то утром, когда Козлик готовился вывести из гаража свою машину, со словами:

— Слышь, парень, ты, говорят, большая шишка в полиции…

— Ну, предположим, — приосанился Козлик. — Тебе-то что?

— А вот скажи мне, если кто-то ценности за рубеж контрабандой вывозит, а я в полицию настучу, мол, я, гражданин Загадин, официально заявляю и все такое, мне дадут проценты, как с найденного клада?

— Пару лет тебе дадут, Загадин, а не проценты, — хмыкнул Козлик.

— Пару лет не надо, это мы уже хлебали. — Грязный бомж яростно почесал в затылке.

Козлик брезгливо отодвинулся.

— А если тайно донесу, чтобы самому не светиться, ее ж надолго посадят, да? А в тюрьме с таким характером, возможно, и вовсе убьют…

— Кого?

— Заразу мою.

— Жену, что ли? — Козлик при всем желании не сумел представить, какими ценностями для вывоза за рубеж может располагать супруга столь жалкой личности.

— Ее самую. — Бомж вздохнул. — Значит, процентов не будет, это жаль… С другой стороны, если не я ее, так она меня очень даже запросто, баба-то железная, одно слово — зараза…

На этом странный разговор закончился. Бомж, не определившись, пошел мыслить дальше, а Козлик поехал на службу и выбросил эту встречу из головы.

Однако вспомнил, когда в одной из криминальных сводок, доступ к которым имел по роду деятельности, увидел знакомую фамилию: Загадин.

… — Это его мертвое тело нашли в озере! — перебил рассказчика Смеловский.

Денис кивнул и снова открыл рот, чтобы продолжить рассказ, но его опять перебили.

— Я все поняла! — вскричала вечная отличница Трошкина. — Зараза — это не ругательство, а производное от имени! Женой бомжа Загадина была Зара Заманян! Хотя странно, что такая состоятельная дама была замужем за бомжом.

— Да они давным-давно расстались и жили врозь, только развод почему-то не оформили, — ответил Денис.

— Ну, если муженек напрочь сгинул из ее жизни четверть века назад, с тех пор не давал о себе знать, Зара могла думать, что он умер, — рассудила я.

— Странно, что он был Загадин, а она так и осталась Заманян, любая женщина на ее месте в замужестве первым делом фамилию сменила, — заметил Смеловский — большой телевизионный спец по части сватовства и замужеств.

— Ничуть не странно. — Я тоже проявила сообразительность. — Поставь рядом имя Зара и фамилию Загадина, и ты поймешь, что наша коллега не захотела менять шило на мыло.

— Зара Загадина?

Зяма (бывший Козий Мир) смекнул первым:

— Ой, боженьки! И зараза, и гадина — два в одном! Да уж, такой суровой прозы никакая любовная поэзия не выдержит.

— Так что, бомжа убила его бывшая? — Смеловскому явно не терпелось услышать, что лично с него любые подозрения сняты.

— Дело еще не закрыто, — уклончиво ответил настоящий полковник.

— Тогда рассказывай дальше, — попросил Матвей.

Он слушал Кулебякина, как ребенок — бабушку-сказочницу: подставив ладошку под щеку и сверкая глазенками.

Вспомнив болтовню бомжа, ныне покойного, Козлик не стал делиться полезной информацией со следствием, напротив, сам воспользовался сведениями, которые уже были получены коллегами. В материалах дела упоминались близкие родственники Загадина — бывшая супруга Зара Рафаэловна Заманян и дочь Карина Альбертовна Заманян. Без труда догадавшись, что Зараза — это производное от Зары, Козлик лично установил наблюдение за госпожой Заманян и быстро обнаружил, что она действительно отправляет с оказией посылки в Тбилиси.

На этой стадии деятельность международной контрабандистки Заразы уже можно было пресечь одним звонком в СБ аэропорта, но это не соответствовало личному интересу Козлика. Он вовсе не собирался дарить кому-то другому возможность отличиться и потому надумал самолично вытянуть всю цепочку.

Поэтому Козлик пошел к папе-генералу и выпросил у него пару оперативников для проведения небольшой и совершенно секретной операции в столице Грузии.

— И так совпало, что в аэропорту Тбилиси они встречали именно тебя. — Кулебякин строго посмотрел на меня и покачал головой. — Ох, Инка, Инка…

— А что Инка? — ощетинилась я. — Я, между прочим, не хотела брать этот мед! И не надо тут делать из меня какого-то наркокурьера, строго говоря, я даже не произвела доставку груза получателю!

— И этим испортила Козлику всю малину. — Денис ухмыльнулся. — Он-то думал легко и быстро взять и курьера с посылкой, и получателя груза прямо в аэропорту.

— И взял бы, держи я корзину с банкой в руках, — припомнила я. — Но я поставила ее в сторонку, рядом с чужими чемоданами, и еще платком накрыла. Зяминым, двусторонним…

— Так или иначе, ребятам Козлика пришлось ходить за тобой по пятам и караулить получателя.

— Ага! Так вот какой хвост мы с мамулей обрубили на канатке! Это был хвост Козлика!

— Так это с козлами вашего Козлика я уже дважды бился в подворотне?! — оскалился Зяма. — Вчера вечером, сегодня утром, сколько можно!

— Нет, парни Козлика свернули операцию после того, как экспертиза установила, что белый порошок — обыкновенная сахарная пудра, — сказал Денис.