Мое второе я - Татьяна Полякова

— Это же шариковая ручка, — присвистнул Арсений, взяв листок из моих рук.

— Точно. Буквы неровные, такое впечатление, что их старательно обводили. Предположим, что кто-то написал текст карандашом, а потом, уже позднее…

— Его обвели шариковой ручкой.

— И что это нам дает? — разволновалась Раиса.

— Что это нам дает, я объясню завтра, а для вас есть задание. Рано утром вы с Витькой занимаете позицию возле дома, где живет шофер старика. Глаз с него не спускать. Теперь у вас две тачки, так что не примелькаетесь, сменяя друг друга. Об аресте Виолы он узнает очень быстро. Если рыльце у него в пушку, парень забеспокоится.

— На кой черт нам этот водила? — возмутилась Раиса.

— Чтобы ты, моя радость, жила спокойно, мы должны знать, кто убийца Климова. Так что давайте доведем дело до конца.

— А почему следить за ним должны мы? — не унималась подруга.

— А кто еще? Я — мозг операции, Маруся — мой допинг, а вы рабочие лошадки.

Вряд ли такое распределение ролей устроило Раису, но, проснувшись утром, мы с Арсением их в квартире не обнаружили. А через полчаса после этого Витька уже бодро рапортовал, что Генка сходил в магазин за продуктами и вернулся к себе.

— Допинг с утра ты уже принял, — сказала я Арсению. — Какие планы на день?

— В двенадцать нас ждут в одном месте, — туманно ответил он.

Что это за место такое, он не потрудился сообщить, даже когда мы сели в машину, а потом и город покинули. Я обиделась и решила обойтись без вопросов, любовалась пейзажем за окном и милостиво улыбалась в ответ на комплименты Арсения, которые он расточал мне всю дорогу. Только увидев указатель «Осташково», я начала кое-что понимать.

— Ты решил посетить родовое гнездо Воропаева?

— Прогулка нам не повредит.

Места здесь оказались живописные. Село раскинулось вдоль дороги, но бывшее имение находилось в стороне, ближе к реке. Впереди возник дом с двумя круглыми башенками, к нему вела аллея из вековых лип. По мере приближения становилось ясно, что от некогда роскошного здания мало что осталось. Штукатурка осыпалась, колонны на фасаде выглядели так, точно пережили артобстрел, левое крыло дома хранило следы разрушительного пожара. Однако крышу успели заменить, флигель был полностью отремонтирован, и в самом здании вовсю велись реставрационные работы. Я вспомнила, что бабушка Дениса говорила, будто здесь собираются открыть что-то вроде туристической базы.

Объехав кучи строительного мусора, Арсений остановился возле флигеля. В окне появилась женщина, она с интересом наблюдала, как мы выходим из машины. Арсений распахнул передо мной дверь во флигель, и я едва не столкнулась с той самой женщиной, которую заметила в окне. Она торопилась нам навстречу.

— Арсений Павлович! — радостно воскликнула она, протягивая руку. — Елена Петровна Латина. Очень рада вас видеть.

— Знакомьтесь, — кивнул на меня Арсений. — Мария Игоревна Писарева, ее прабабка урожденная графиня Шувалова, доводилась хозяевам имения двоюродной сестрой. А мой прадед, князь Голицын, был ее племянником.

— Боже, как интересно, — ахнула женщина, сложив на груди ладошки. Новоявленный князь взирал на нее с отеческой снисходительностью.

— Сохранились дневники его жены, в которых она рассказывает о том, как они гостили здесь летом 1911 года. Чудесное было время…

— Да-да, я так рада, что вы приехали.

— Хотелось взглянуть на места обитания предков.

— По телефону вы сказали, что времени у вас будет мало…

— К несчастью, уже сегодня мы улетаем…

— Надеюсь, когда мы тут закончим с ремонтом, вы нас посетите еще не раз. Мы рассчитываем привлечь внимание людей, которым не безразлична родная история. Сочетание комфорта, прекрасной природы и исторических реалий сделает отдых здесь незабываемым.

— Уверен, вас ждет большое будущее, — кивнул Арсений в ответ на ее щебетание.

— Хотите заглянуть в здание? Работы по его восстановлению только-только начались. Я вас провожу…

Ничего интересного я увидеть не ожидала, а восторженные взгляды Елены Петровны, обращенные к князю, действовали на нервы. Болтовня ее попросту раздражала, оставалось лишь гадать, зачем мы сюда явились. И тут… Мы вошли в просторную комнату с чудом сохранившимися панелями и росписью на потолке.

— Вот библиотека, о которой я вам говорила по телефону, — продолжила щебетание Елена Петровна. — К сожалению, сама она не уцелела, я узнавала, часть книг передали в областную библиотеку, часть попросту разграбили. Когда здание занимал сельхозтехникум, эту комнату использовали как актовый зал. А это то, о чем я вам рассказывала, — с гордостью заявила женщина, коснулась рукой одной из панелей, и она с легким скрипом открылась. — Здесь потайная дверь.

И в самом деле, дверь была. Добротная, дубовая. С замиранием сердца я следила за тем, как женщина ее открывает. Небольшая ниша, старая кирпичная кладка, наполовину разрушенная. Из темной дыры тянуло холодом.

— Долгое время о тайнике никто не догадывался, — поведала Елена Петровна. — И только после случившегося лет двадцать назад пожара, когда думали восстанавливать здание, в архиве отыскали чертежи и обнаружили на плане вот эту комнату. Наши краеведы рассчитывали найти здесь спрятанные хозяевами ценности, но, конечно, комната оказалась совершенно пустой.

— А кладку разрушили уже после того, как нашли комнату на плане?

— Нет. Я узнавала, она на тот момент выглядела точно так же.

— То есть, вполне вероятно, кто-то обнаружил потайную дверь еще раньше и в надежде на сокровища пробил эту дыру?

Елена Петровна улыбнулась:

— Ваш родственник задал мне тот же вопрос. К сожалению, я не могу на него ответить. Компетентные люди сказали, что комнату заложили еще до революции, за ненадобностью. Хотя… есть версия, что хозяин, покидая имение, спрятал здесь все самое ценное. Он был уверен, что уезжает ненадолго. Тогда многие так думали. Но… Лично я склоняюсь к первой версии, хотя история с сокровищами очень интригующая.

— Не стоит вашим будущим постояльцам рассказывать об этом, иначе в поисках клада они разберут все стены по кирпичику.

Они дружно засмеялись, а я спросила:

— Кого из наших родственников вы имеете в виду?

— Дениса Сергеевича Воропаева. Он приезжал сюда весной, когда работы только начинались. Он ведь ваш…

— Кузен, — подсказал Арсений. — А что известно о пожаре?

— Причина банальная, замкнуло электропроводку. Но местные болтали, что это был поджог. Времена тогда были неспокойные, вряд ли кто серьезно занимался расследованием. Общежитие сгорело полностью, здание забросили, и оно долго пустовало.

Для приличия мы еще немного побродили по дому, а потом простились с милой дамой, которая взяла с нас клятвенное обещание, что мы будем первыми из отдыхающих после открытия их замечательного пансионата.