Второе рождение - Ирина Градова

– Зачем? – удивился Дэн. – Ведь она получила бы все как вдова?

– Да, но для этого потребовалось бы доказать, что ее муж мертв, – пояснил подполковник. – Всплыл бы вопрос о том, как он умер. Нет, ей было гораздо проще рассказывать всем, кто интересовался исчезновением старика, что Заяц продал ей землю после несчастного случая с узбеком Юрой. Он якобы не мог в одиночку работать на земле и решил перебраться в город. Замужество требовалось ей лишь для того, чтобы Заяц не заподозрил подвоха: кому еще «продавать» имущество, как не родной женушке, такой заботливой и хозяйственной? Александра мотивировала свою просьбу тем, что у Зайца есть дальние родственники, и они могут впоследствии претендовать на наследство. Дарственная могла вызвать подозрения, а вот продажу участка легко объяснить. Кроме того, к деду давно подкатывали с предложениями о продаже земли, и Александра боялась, что он может согласиться, – особенно после пропажи своего помощника. Шаповаловы выглядели людьми респектабельными, да и в поселке знали, что они частенько захаживали к Зайцу и помогали по хозяйству, поэтому весть об отъезде старика и смене владельцев земли восприняли нормально. Через некоторое время Александра вырубила большую часть сада и выстроила на его земле несколько домишек, предназначенных для будущих «прихожанок»: ее преступная мысль работала весьма продуктивно! Александра слишком долго проработала акушером-гинекологом, чтобы не знать, какое огромное количество женщин не хотят оставлять детей, даже отходив весь срок беременности. Она знала, что девушка ее брата Тимура работает в агентстве по усыновлению «Второй шанс», и решила, что сумеет отбить у них клиентов. В отличие от «Шанса» Александра действовала иначе. Кравчук обманывала клиенток, суля им золотые горы, а на деле отказываясь выплачивать деньги. Девушки не могли пойти в полицию, ведь тогда их обвинили бы в торговле детьми, да и договор об усыновлении составлялся таким образом, что не предполагал денежного вознаграждения, – только заботу о беременной, которую брали на себя будущие усыновители, а бабки целиком доставались агентству. Александра же предлагала другое. Тем, кто нуждался в убежище на время беременности, она его предоставляла. Женщины были уверены в том, что она тратит на их содержание гораздо больше денег, чем на самом деле, – Александра постоянно напоминала им об этом. Тем, кто послабее, она внушала мысль о конце света – благо, в последние несколько месяцев в СМИ только и разговоров было, что о пресловутом календаре индейцев майя и предсказаниях всяких там провидцев! Она демонстрировала фотографии новой общины, которая якобы строится в Сибири, где все они станут благоденствовать, когда остальной мир будет гореть «в геенне огненной», и которая на деле оказалась базой отдыха, не имеющей к Александре никакого отношения. Другие хоть и не верили в конец света, были рады отсидеться в «Родунице» из-за того, что имели проблемы с законом, бывшими мужьями или просто не знали, куда податься с пузом, так как не могли ни от кого ожидать помощи и поддержки.

– Неужели женщины легко отдавали своих детей? – спросила я.

– Некоторые действительно были рады избавиться от них, и Александра сбывала их клиентам. Других приходилось обманывать. Александра рассказывала сказки о том, что детей потихоньку отправляют в Сибирь, в «новый мир», и обещала матерям, что и они поедут следом. Большинство слепо доверяли своей «гуру» и даже мысли не допускали о том, что она может говорить неправду. Александра не собиралась сразу продавать детишек женщин, которые хотели оставить их себе, – во всяком случае, пока не клюнет жареный петух. Не покушалась она и на платных клиенток – это могло выйти боком. Просто так вышло, что наше расследование и деятельность адвоката Кочкиной сбили ее первоначальные планы, и Александре пришлось форсировать события, чтобы разом получить большие деньги и покончить с «Родуницей». Главную роль тут сыграла Наталья. Поняв, что мы вот-вот раскроем схему аферы, она связалась с Александрой и предупредила ее. Произошло это накануне вашей, Агния, поездки на рынок…

– Но ничто не предвещало такого поворота! – возразила я. – Если Александра спланировала побег накануне, почему все равно послала нас в райцентр?

– Все должно было идти, как обычно, – объяснил Карпухин. – Никто не должен был догадаться о ее намерениях, иначе могли возникнуть непредвиденные помехи, а Александра любит, чтобы все шло по плану. Она стремилась избежать паники в «Родунице», которую непременно вызвало бы исчезновение детей. Александра на всякий случай велела дежурной сообщать всем интересующимся, что детишек срочно отправили в Сибирь, но она надеялась, что успеет скрыться до того, как весть об этом распространится по всей общине: в конце концов, посещения «яслей» проходили под ее контролем, и матери привыкли сначала спрашивать разрешения на посещение собственных чад. Лариса попала туда в неурочное время, и дежурная, сама растерявшаяся из-за непонятных распоряжений начальницы, не препятствовала ей.

– А сколько всего было детей? – спросил Андрей.

– Вместе с твоей внучкой – девять душ. Больше половины из них – отказники, и в отношении этих ребятишек никто не стал бы волноваться. Но Александра хотела выжать из ликвидации «Родуницы» по максимуму, поэтому забрала всех. Большинство были уже «просватаны» клиентам, и за несколько дней Шаповаловы надеялись всех пристроить.

К счастью, нам удалось перехватить ребят по пути к заказчикам.

– Как? – спросил Денис.

– Любовница покойного Тимура Наталья не только переманивала из «Второго шанса» беременных женщин, она еще и базу заказчиков им подчистила: Кравчук все никак понять не могла, куда деваются потенциальные клиенты, когда дело, можно сказать, уже на мази! От Натальи мы и узнали адреса.

– А кто и за что убил тех женщин, чьи тела обнаружили в лесу? – спросила я. – Тоже Сергей?

– На нем только две смерти – Зайца и узбека Юры. Женщин убивала Полина.

– Полина?! – вырвалось у меня.

– А чего ты удивляешься? – процедил сквозь зубы Андрей. – Она ведь и вас с Ларисой едва не угробила!

Полину взяли благодаря все тому же «дурачку» Петьке, благослови его бог! Ему вздумалось проверить, чего это мы с Ларисой так долго делаем в сарае, и он отправился на поиски. По пути повстречал Полину, бегущую от занимающегося огнем «узилища». Возможно, Петька и не сообразил бы, что к чему, не попытайся Полина напасть на него, думая, что он бежит к нам на помощь. Она, конечно, деваха здоровая, но Петька все ж таки мужик, поэтому скрутил ее. И уж потом он кинулся к нам на выручку.

– Полина, – продолжал тем временем Карпухин, – свято уверовала в идею об общине в уединенном сибирском поселке. Она стала самой верной последовательницей своего «гуру» в лице Александры. Полина считала, что убивает «неверных» – тех, кто не желает мириться с порядками в «Родунице» и хочет рассказать посторонним о ее деятельности и намерении перебраться в Сибирь в ожидании «конца света». Александра постоянно вливала ей в уши россказни о том, как всевозможные «злые силы» пытаются воспрепятствовать их благополучному побегу от Апокалипсиса. Полина даже не скрывает своего участия, твердя, что Александра хотела женщинам лишь добра, а они, твари неблагодарные, поставили под сомнение ее благие намерения! Именно эту версию выдвинула Александра, отдавая Полине распоряжение избавиться от бывших членов.