Тот, кто знает. Том 2. Перекресток - Александра Маринина

- Пусть живет вместе со своей матерью в Ирочкинойкомнате. Это будет справедливо.

- Да ну что вы, Бэллочка Львовна, - отмахиваласьНаташа, - Люся ни за что не согласится, она хочет иметь отдельную комнату ижить одна. Она, наверное, возьмется сочинять что-нибудь бессмертное и незахочет, чтобы ей мешали.

- Ты должна проявить твердость, - настойчиво повторялаБэлла Львовна. - Один раз в жизни ты можешь отстоять свою позицию в отношенияхс сестрой или нет? Она не имеет права распоряжаться жизнью твоих сыновей. Этотвои сыновья, Наташенька, золотая моя, и кто же защитит их интересы, если не ты,мать? Кроме того, есть и интересы этой девушки, Катюши. Пятнадцать лет - этовполне солидный возраст, она уже не ребенок, не девчонка, и каково ей будетжить в одном помещении с двумя мальчиками четырнадцати и тринадцати лет? Обэтом должна была бы побеспокоиться ее собственная мать, но твоя сестра, судя повсему, умеет беспокоиться только о себе самой.

- Ой, Бэлла Львовна, - Наташа вздыхала и хваталась заголову, - и что я ей скажу? Как я объясню это Люсе, если она сама не понимает?

- А ты ничего не объясняй, золотая моя, ты простопоставь ее перед фактом, - советовала соседка. - Открой дверь в Ирочкинукомнату и скажи спокойно и приветливо: "А вот здесь, Катюша, будете житьвы с мамой. Здесь как раз два спальных места. Надеюсь, вам здесь будет удобно."И посмотри, что в ответ на это сделает твоя дражайшая сестрица.

- Что сделает, что сделает. Скандал закатит, как тогда,когда мама с папой хотели, чтобы мы с ней вместе переехали в комнату Брагиных.

- А это мы еще посмотрим, - загадочно усмехалась БэллаЛьвовна. - Теперь, золотая моя, расклад сил совсем другой. Тогда ты быламаленькой и права слова была лишена, зато была мама, которая всегда и во всемстояла на стороне Люси. Сегодня же, заметь себе, твоя мама слишком стара, чтобывступать в открытые конфликты с людьми, на иждивении которых она собираетсяжить. Она больше не боец в Люсиной армии. Ты стала взрослой и жесткой, тытолько вспомни, как ты отшила ее с ее гениальными романами, которые она хотеланавязать тебе для сценариев. С тех пор прошло десять лет, а я очень хорошопомню эту историю. И последнее по счету, но не по степени важности: теперьрядом с тобой стоит Вадим. А уж ему-то палец в рот не клади, Марик мнерассказывал, как твой муж его отчитывал на кухне.

- Неужели рассказывал? - ахнула Наташа.

Боже мой, ей-то казалось, что Вадим оскорбил Марика доглубины души и что Марик никогда ни с кем не поделится деталями этогоразговора. Ведь и сам Вадим ни словом ей не обмолвился, а Наташа так и непризналась, что подслушивала. Сама тема казалась ей постыдной и горькой,предназначенной только для ушей тех, кто обсуждал ее тогда на кухне позднимвечером. Она не могла себе представить, как это Марик придет к Бэлле Львовне искажет: "Знаешь, мама, сосед отчитал меня за то, что я тебя бросил вМоскве на иждивении чужих людей." А оказывается, Марик смог поделитьсяэтим. Он, наверное, совсем другой, не такой, как Наташа, он мыслит иначе, ичувствует иначе. То, что ей представляется стыдным и оскорбительным, для него -нормально и совсем даже не обидно.

Когда стала известна дата приезда матери, сестры иплемянницы, Наташа по нескольку раз в день подходила к двери пустующейИрочкиной комнаты, открывала и сперва мысленно, а потом громким шепотомпроизносила:

- А вот здесь, Катюша, будете жить вы с мамой. Здеськак раз два спальных места, письменный стол и обеденный. Надеюсь, вам здесьбудет удобно.

Первые несколько раз язык слушался плохо. Она не моглавыдавить из себя слова, которые, как ей мнилось, вызовут целую бурюнегодования, истерику, слезы. Но с каждой попыткой дело шло все легче и легче.

И вот наконец настал тот день, когда Вадим на машине привезновых членов семьи с вокзала. Боже мой, как постарела мама! После отъезда в1984 году Галина Васильевна несколько раз приезжала в Москву повидать дочь ивнуков, гостила три-четыре дня и снова возвращалась в Набережные Челны.

- Надо ехать, - говорила она в ответ на уговоры Наташиостаться еще на несколько дней, - Люсенька там без меня не справляется, у неестолько забот!

Тогда Галина Васильевна, несмотря на преклонные года, былабодрой и полной сил. А теперь ей уже восемьдесят, она с трудом передвигается,плохо видит и очень плохо слышит.

Маму сразу же увела к себе Бэлла Львовна под предлогом того,что нужно переодеться с дороги и разложить вещи. "Твой выход, Наталья Воронова!"- скомандовала себе Наташа и распахнула дверь в комнату, где когда-то жилиМаликовы.

- А вот здесь, Катюша, будете жить вы с мамой. Здеськак раз два спальных места, письменный стол и обеденный. Надеюсь, вам здесьбудет удобно, - произнесла она звонко, уверенно и без запинки.

Ответом ей был полный ненависти и презрения взгляд сестры,которым она окинула сначала Наташу, потом ее мужа. Но никакого скандала непоследовало. Мудрая Бэллочка и в этот раз оказалась права. Изолировать маму,поставить рядом Вадима, придать голосу твердости - и на Люсю можно найтиуправу.

Игорь

Жора Грек всегда был энергичным и оборотистым, еще когда встудентах ходил. Учился не бог весть как, зато все успевал - и дружить, илюбить, и гулять, и веселиться, и даже подфарцовывал, зарабатывая на карманныерасходы. Поэтому Игорь ничуть не удивился, когда из их университетской компанииименно Жорка первым встал на путь интенсивного зарабатывания хрустящей зеленойвалюты. К весне 1995 года он стал руководителем службы безопасности одногомосковского банка, возглавляемого его сородичем - греком, предки которогонекогда перебрались в Москву из Сухуми. Банкир гордился своим эллинскимпроисхождением и с удовольствием принимал на работу обрусевших выходцев изстраны Гомера и Платона. И Георгий Попандопуло, юрист по образованию, имевшийпусть и небольшой, но все-таки опыт работы в правоохранительных органах, безтруда смог занять в этой финансовой организации вполне достойное место. Платилбанкир за безопасность банка и свою собственную щедро, и уже к концу лета,всего через несколько месяцев работы, Жора построил за городом славненькийкоттеджик и обзавелся престижной модификацией "мерседеса" класса"S". Он так и не женился, предпочитая проводить время в обществедивной красоты и прозрачной худощавости моделей, которых на время страстногоухаживания селил сначала в своей квартире, потом в своем коттедже, а поокончании периода острого взаимного интереса вывозил вместе с вещами по ихмосковскому адресу. Модели не возражали против такого развития событий,впрочем, мудрый Грек и выбирал себе в подружки именно таких девушек, которыевозражать не станут. Глаз у него был наметанным, и он ни разу не ошибся и непоселил в своем доме ту, которая начала бы вить в нем семейное гнездо инастаивать на расширении и юридическом оформлении своих полномочий.

Примерно раз в три-четыре месяца он исправно обзванивалдрузей по совместной учебе в Томске и приглашал к себе в гости, сначала вмосковскую квартиру, а теперь уже и в загородный дом, где наличествовала в отдельнойпристройке баня. Кроме Игоря на эти встречи обязательно являлись Вася с Леной.Светлану с мужем Грек пригласил всего два раза, но они не пришли, сославшись накакие-то обстоятельства, и больше Жора их своим вниманием не одаривал.