Под маской хеппи-энда - Антон Леонтьев

– Позже расскажу, – чмокнула она мужа в щеку, – сейчас мне не до этого!

Получив фотографии, Кэтрин отправилась в суд. Там ей навстречу кинулся трясущийся Уолтер Райли.

– Сделайте же что-нибудь, черт побери! – вскричал он. – Иначе меня запрут за решетку!

Адвокаты «Южной консервной компании» выглядели победителями, но Кэтрин, сжимая конверт с фотографиями, знала, что от их самодовольных улыбок совсем скоро не останется и следа. Она попросила у судьи разрешения переговорить с ними в его присутствии, и через минуту Кэтрин с одним из защитников интересов делль’Аммы оказались в кабинете судьи.

– Мисс Кросби, в чем дело? – спросил судья, явно недовольный тем, что начало судебного заседания пришлось задержать. – Надеюсь, у вас имеются более чем веские причины для подобного поведения!

– О да, Ваша честь, – кивнула Кэтрин и протянула судье конверт с фотографиями. – Прошлой ночью кто-то подложил этот конверт в мой почтовый ящик. И я хочу, чтобы вы ознакомились с содержимым.

Она видела, как вытянулась физиономия адвоката «Южной консервной компании». Судья не меньше пяти минут изучал снимки, а потом, ничего не говоря, протянул их противнику Кэтрин.

Тот, бросив на них беглый взгляд, воскликнул:

– Ваша честь, не может быть и речи о том, чтобы фотографии, сделанные, вне всякого сомнения, без разрешения, стали уликами! Да и кто гарантирует, что на них изображен один из заводов моего клиента, мистера делль’Аммы?

– Гм, в качестве улик фотографии рассматриваться, конечно же, не будут, – произнес судья. – Однако я настоятельно советую вам договориться с мистером Райли о соответствующей компенсации. Настоятельно советую! Ибо у нас, на юге, в отличие от Чикаго, не привыкли оставлять подобное безнаказанным.

– Кроме того, – добавила Кэтрин, – снимки ведь могут оказаться в руках прессы...

– Ваша честь, это прямая угроза и неприкрытый шантаж... – начал было чикагский законник, но судья, хмыкнув, прервал его:

– Неужели? Вы обвиняете меня в шантаже? На вашем месте я бы не делал подобных опрометчивых заявлений! Подобное может серьезно повредить вашей карьере!

И адвокат потерянно замолчал.

– Я оставлю вас наедине и пойду попью кофе, – вновь заговорил судья. – А когда через десять минут вернусь, то надеюсь, что вы осчастливите меня вестью о полюбовном разрешении конфликта. И кстати, – прибавил он, – отныне я не буду потреблять ни единого продукта, произведенного «Южной консервной компанией»!

Когда судья возвратился, Кэтрин сообщила ему:

– Я должна переговорить с моим клиентом. Однако, думаю, он не будет иметь ничего против компенсации в размере трехсот сорока тысяч долларов.

Услышав цифру, Уорнер Райли побелел, а затем выдавил из себя:

– Вы не шутите? Я получу такую кучу деньжищ за один крысиный хвост? Я ведь хотел всего пять «кусков»...

– Ну, если сумма вас не устраивает, то я могу попробовать поднять ее до трехсот пятидесяти тысяч... – улыбнулась Кэтрин, но мистер Райли был согласен и на триста сорок.

Процесс был объявлен завершенным по причине заключения сторонами мирового соглашения. А фотографии через неделю все же были опубликованы в одной из газет, принадлежащих политическому оппоненту Энтони делль’Аммы. Разразившийся грандиозный скандал привел к тому, что два месяца спустя «Южная консервная компания» разорилась.

* * *

Победа в «деле о крысином хвосте» чрезвычайно помогла и Тому – газеты и телевидение наперебой сообщали о юридической удаче Кэтрин и постоянно упоминали о ее муже, баллотировавшемся в генеральные прокуроры штата, тем самым намекая: Форрест именно тот человек, который нужен на этом посту. Кэтрин была уверена, что на сей раз Том выиграет, и не ошиблась – ее муж стал генеральным прокурором Луизианы.

Отношение к Кэтрин коллег-мужчин по адвокатской конторе давно переменилось, она знала – ей завидуют и ею восхищаются. Да и после того, как Том занял столь ответственный пост, старшие партнеры решили, что Кэтрин очень важна для фирмы, ведь она могла привлечь выгодных клиентов.

Но вместе с известностью Кэтрин приобрела и одного чрезвычайно могущественного врага – Энтони делль’Амма, как ей стало известно, поклялся, что рано или поздно обязательно отомстит ей за то, что «Южная консервная компания» обанкротилась. Да и мафия не дремала – как-то Кэтрин получила по почте дохлую крысу со вспоротым животом: явный намек на ее успешное дело. К страшной посылке была приложена записка: «То же самое ожидает и тебя, дрянь». Конечно, ни делль’Амма, ни мафиози не могли ей простить, что она отняла у них источник легкого заработка – на консервных фабриках перерабатывалось некачественное мясо или мясо с давно истекшим сроком годности, и именно Кэтрин положила конец их махинациям.

С того момента, как Том занял должность генерального прокурора, социальный статус семьи разительно переменился. Их приглашали на вечеринки и приемы могущественные лица штата, на улице Кэтрин часто узнавали, и ее это раздражало. Но пост генерального прокурора был промежуточной ступенью на пути к истинной власти. И Том и Кэтрин мечтали о большем.

Большую часть времени Кэтрин проводила в юридической фирме – заказы сыпались на нее, как из рога изобилия. После того как она выиграла несколько казавшихся безнадежными уголовных процессов, старшие партнеры наконец поняли, что она – самое ценное приобретение их конторы с момента ее основания. Кэтрин уже несколько раз предлагали перебраться в Вашингтон – ею заинтересовались крупные международные адвокатские фирмы, однако она каждый раз отвечала отказом. Ее место было рядом с Томом – когда тот выдвинет свою кандидатуру в губернаторы, ей потребуется сопровождать его двадцать четыре часа в сутки во время предвыборной кампании.

В 1979 году Том официально объявил о том, что желает стать губернатором Луизианы, и новость не стала ни для кого большим сюрпризом. Практически одновременно Энтони делль’Амма оповестил общественность о своем намерении сделаться сенатором. Кэтрин знала, что своего богатства и могущества делль’Амма добился незаконными способами, она призывала Тома объявить войну мафии и взять на мушку делль’Амму, но Том противился.

– Кэтрин, ты не понимаешь, каким влиянием обладает этот человек! – заявил он, на что Кэтрин ответила:

– Если ты не помешаешь ему стать сенатором, то его влияние значительно усилится. Делль’Амма – преступник, несколько «крестных отцов» мафии являются его закадычными друзьями. Ты должен помешать ему стать членом сената и тогда сразу станешь фаворитом в предвыборной гонке!

После долгих увещеваний Том согласился с разумностью доводов Кэтрин и со всей силой обрушился на делль’Амму, клеймя его как подозрительного политика и сомнительного бизнесмена, желающего дорваться до власти с единственной целью – зарабатывать деньги любыми путями. Опросы тотчас показали, что Том вырвался далеко вперед, оставив других возможных кандидатов на пост губернатора от демократической партии.