Принц на белом пони - Дарья Калинина

– Ну вот, а теперь эта Рябинина рожает, хотя до срока ей еще, если мне не изменяет память, шесть недель.

– Это из-за ветрянки?

– Вероятно.

– Мне бы хотелось ее навестить!

– Зачем?

– Как же… она первая из нашей группы, кто рожает. Хочу ее завтра поздравить.

– Ну, если хочешь…

В голосе инструкторши слышалось огромное сомнение, но телефон Рябининой она Кире все же дала. Ясное дело, что подруги не стали дожидаться завтрашнего дня. В частную клинику к Алле Рябининой они отправились немедленно.

* * *

Клиника находилась в ближайшем пригороде, в красивом зеленом парке, на ее территории имелось собственное искусственное озеро, небольшое, но весьма живописное. Успевшие укорениться и пустить побеги серебристые ивы росли вдоль берега, давая в летнее время желанную тень. И даже сейчас, поздней осенью, в самое неприглядное время года парк больницы радовал глаз. Всю землю под деревьями покрывал еще не успевший истлеть ковер из разноцветных опавших листьев, а кое-где еще виднелись поздние хризантемы и осенние астры.

Вход на территорию клиники украшали ворота с чугунным литьем дивной красоты. Вывеска «Приют аиста» тоже была литой.

– Как тут замечательно! – не удержалась от восклицания впечатлительная Леся. – Вот бы и ты легла сюда.

– Зачем?

– Как зачем? Рожать.

– Но почему именно тут?

– Да ты посмотри, какая красота вокруг! – восхитилась Леся. – Как тут тихо и спокойно.

Но Кира с ней не согласилась:

– Не хочу я здесь рожать! – решительно заявила она. – Ты же слышала, они за свою красоту требуют сумму, за которую целую легковушку купить можно. Я ни минуты не проведу спокойно, если буду знать, что за меня плачено чуть ли не золотом. И между прочим, у нас в «Чудном уголке» такая же красота, причем совершенно бесплатно.

– Но там нету врачей.

– Врача можно пригласить.

Но подруги не успели обсудить эту тему, потому что они подошли к зданию клиники, куда и вошли без всяких проблем. Оглядевшись в холле, сыщицы с первого же взгляда поняли, за что тут с клиенток берут такие огромные деньги.

Вокруг было просто шикарно. Потолок высотой метров шесть был расписан золотом и по нему порхали упитанные розовенькие младенцы с крылышками – купидоны. На стенах не было свободного места, все было закрыто золоченой резьбой или зеркалами. Мебель была белоснежная, ковер с огромным ворсом пружинил под ногами, в фарфоровых расписных вазах стояли живые цветы.

Уже через секунду к подругам подскочила приветливая девушка, которая усадила их в удобные кресла и принялась осыпать их улыбками и комплиментами, в то же время ловко подсовывая им прейскурант услуг вперемешку со свежеотжатыми соками и водой прямиком с гималайских ледников. В это же время сотрудницы рангом пониже массировали ступни обеим подругам. Другие подкладывали им под спины подушечки и разве что опахалами у них над головами не размахивали, да и то не делали это лишь потому, что в помещении была установлена современнейшая климат-система, позволяющая устроить хоть морской бриз, хоть утро в бору.

Уже через полчаса общения с милыми девушками Кира поняла, что инструкторша с курсов насчет здешнего роддома ее не обманула. Никаких особых чудес тут не предлагали. Рожать все равно придется Кире самой. Правда, сделать она это сможет в самых комфортных условиях, больше похожих на спа, чем на роддом. У нее даже голова пошла кругом от обилия предложений, программ, скидок и бонусов.

– Спасибо вам, девушка, – не выдержала она наконец, – спасибо вам за все объяснения, я обязательно подумаю, но сейчас мы с подругой пожаловали к вам совсем по другому поводу.

– Да? – ничуть не огорчилась та. – Я готова помочь вам во всем.

– У вас тут лежит наша знакомая. Мы хотим ее навестить.

Администратор продолжала улыбаться.

– Кого именно вы хотите видеть?

– Рябинину. Аллу Рябинину.

И тут случилось нечто удивительное. Впервые за все то время, что подруги провели в «Приюте аиста», улыбка на лице администратора погасла. Пусть всего на мгновение, а через секунду загорелась снова, но подруги уже насторожились.

– Аллу? – пробормотала девушка, вроде как в рассеянности. – Но знаете, боюсь, что это невозможно.

– Почему? Она плохо себя чувствует?

– Нет, с ней все в порядке, – бодро произнесла администратор. – У нас все чувствуют себя замечательно.

– Тогда что? Она ведь уже родила? С ребенком какие-то проблемы?

– Понимаете… Нет, лучше сейчас я позову старшего администратора.

И девушка тут же вспорхнула с кожаного дивана. Следом за ней исчезли и массажистка с помощницами. А также, словно по волшебству, испарились сок и вода. Подруги остались в одиночестве созерцать огромный букет белых хризантем, стоящий в центре приемной. Прошло минут десять, а к ним по-прежнему никто не выходил.

– Что они там обсуждают?

– Не знаю, но не нравится мне это.

– Да, мне тоже как-то не по себе.

Некоторое время подруги посидели спокойно. А потом Кира встала и произнесла:

– Пойду разбираться, в чем тут дело.

И словно почуяв, что терпение у посетительниц лопнуло, из дверей служебного помещения показалась та же девушка.

– К сожалению, Алла не может вас принять, – твердо произнесла она.

– Почему?

– Она утомлена. Если хотите, вы можете оставить ей пожелания или подарки, наша сотрудница передаст их.

– Да что у вас тут такое? – возмутилась Кира. – Элитная клиника или тюрьма? Это что же, если я к вам лягу, то вы моих друзей точно так же ко мне допускать не будете?

Девушка побледнела.

– Не шумите, пожалуйста, – жалобно произнесла она. – Но поймите, у Аллы горе. Она никого не хочет видеть.

– Что у нее случилось?

Девушка помялась, но видя написанное на лице у Киры упрямство и поняв, что в случае чего та будет продолжать скандалить, администратор вздохнула и призналась:

– Алла потеряла ребенка.

Кира побледнела. Весть была слишком трагичной, чтобы она могла сразу подобрать нужные слова.

– Как это получилось?

– Это не наша вина.

– Я вас и не обвиняю. Но как это произошло?

– Так бывает. У ребенка был скрытый порок, который не выявило обследование.

– Какой ужас! Бедная Алла! Но раз так, то мы тем более должны ее повидать!

– Это невозможно. Говорю вам, пациентка не хочет ни с кем разговаривать. Дайте ей время свыкнуться со своим горем.