Обыкновенная жадность - Фридрих Незнанский

— Куда ж я денусь? — усмехнулся Володя. — А на Банникова Валеру посадите?

— Всенепременно! Он, когда докладывал мне о беседе с Мартой Антоновной, как обычно, рвался в бой лично… Сам понимаешь, в этой ситуации единственный способ удержать нашего Валеру — усадить под присмотр начальства!

Яковлев понимающе кивнул, и спустя минуту, завершив разговор с Грязновым-старшим, Александр Борисович развернул свой синий «пежо» в сторону Большой Дмитровки.

И, вероятно, самым удивительным во всей этой истории было то, что всего мастерства спецназовцев на момент захвата убийцы Алексея Баканина знаменитым «альфовцам» не понадобилась. Несмотря на то что брали они человека, почти равного им по боевой подготовке, прошедшего первую чеченскую, «бесследно пропавшего» Романа Антоновича Белецкого… Определяющую роль здесь сыграло то, что ничего подобного он не ожидал, спокойно хозяйничая в доме Анны Васильевны в наполовину заброшенной деревеньке. Уверенный в том, что его хитроумный и безжалостный план никому не раскрыть.

Откуда ж ему было знать, что на его пути окажется «важняк» Турецкий Александр Борисович со своей не менее знаменитой, чем он сам, командой?

Сидя наутро в понедельник в Сашином кабинете, Вячеслав Иванович Грязнов, самолично отправившийся накануне поздно вечером на взятие убийцы сына своего друга генерала Баканина, дабы, как минимум, наблюдать за операцией, если не руководить ею, все еще нервозно пересказывал своему другу Турецкому о происшедших событиях.

— Вообрази, Сань, даже дверь у него заперта не была! Спокойненько варил картошечку на плите, селедку, гад, успел нарезать и бутылкой водяры запастись не забыл… И это после того, как прирезал Алешку, друга своего, и как пить дать Банникова собирался тем же манером на тот свет… Не зря, похоже, наш бизнесменишка труса-то праздновал!.. Удивительно, что ночью тогда из своей норы вылез…

— Так ведь тоже ради собственной безопасности, — отозвался Александр Борисович. — Вчера признался: профессионализму собственных охранников не доверял, решил братанов из Кабулова ЧОПа нанять. А чтобы в дурных связях не светиться, через братца аванс передал и по темноте… Конечно, подозревать Белецкого ему и в голову не пришло, думал, ножки из Штатов растут, от Слав-ского. Вот и надумал запастись к его приезду охраной понадежнее. М-да!..

Они немного помолчали, после чего Саша покосился на Яковлева, спокойно, в расслабленной позе сидевшего в кресле возле окна, которое обычно облюбовывал себе Вячеслав Иванович:

— А нож, Володя, вы где нашли?

— В подполе, — отозвался Яковлев. — Среди прочих декораций.

— А-а-а, ты уже в курсе, что он там себе «сцену» оборудовал? — фыркнул Грязнов-старший. — Собирался имитировать собственное якобы похищение и заключение в подвале негодяями, которые почему-то позабыли его убить…

— По-своему, наивный мужик, — покачал головой Сан Борисыч. — Он что, про экспертов никогда не слышал? Развенчали бы на раз-два…

— Ну, надо полагать, — подал реплику Яковлев, — он для правдоподобия пырнул бы себя тем ножичком пару-тройку раз… Кстати, в деревне никто его в лицо не видел, видать, только по темноте, когда старики спали, выбирался… Его ж там знали, домик он часто проведывал… Когда-то даже с друзьями своими приезжал. Анна Васильевна была подругой его матери, если помните.

— Таким образом, — констатировал Саша, — после обнаружения его «места заключения» подозрения вновь упали бы на Банникова: знал про эту псевдо-Дубну, получается. Да, неглупо… Если б, конечно, все прошло по его плану! А? Вячеслав Иванович хмуро кивнул:

— Да уж… Причем, если валить все на нашего бизнесменишку, ведь что получается? После того как Белецкий его убивает, люди якобы Банникова естественным образом бросают «несчастного пленника» на произвол судьбы, после чего он и «освобождается» из плена в подвале. Можно сказать, комар носа не подточит! А далее — дележ капитала Славского в пропорции «фифти-фифти». Ты, кстати, с нашим американцем успел пообщаться и доложиться?

— Зря иронизируешь, — упрекнул друга Саша. — Хороший мужик этот Славский оказался… Планов своих по отношению к Марте Антоновне менять не стал… Тем более что братец ее не пожалел, когда за оригиналом «Соглашения» наведывался в собственную квартиру… Конечно, убивать бы он там никого не стал, рассчитывал, видать, по-тихому свистнуть оригинал… Но ведь и нервов сестры-инвалида не пожалел, когда, обнаружив отсутствие и ее, и бумаги, устроил там разгром! Сволочь, одним словом…

— Деньги, братцы, да еще такие огромные, и не таким, как Белецкий, глаза застилали, — возразил Грязнов. — К тому же, Саня, про первую чеченскую забывать тоже нельзя. Много их оттуда нормальными-то вернулось? То-то и оно! А ты, как говорят нынешние полуподросшие, ништяк! Честно если, лично я просто уверен был, что за всем этим стоит наш подразорившийся бизнесменчик…

Александр Борисович немного поколебался, бросив при этом неуверенный взгляд на Яковлева, но все же решился:

— Вообще-то, если б не моя Ирина Генрихов-на, я б еще долго до сути доковыривался…

Володя, которому относительно событий в семье Турецких известно ничего не было, в отличие от Вячеслава Ивановича, посмотрел на Сашу непонимающе.

— Ты что же, снова ей материалы следствия показывал? — со смешком поинтересовался Слава.

— И показывал! В том смысле, что фигурантов дал послушать! И, к твоему сведению, Ирина твердо и безапелляционно заявила мне, что «заказчика» среди них категорически нет! А в Славского она, можно сказать, почти влюбилась! Тьфу-тьфу-тьфу!

— Э-э-э… — начал было Яковлев, но, поймав предостерегающий взгляд своего шефа Грязнова, счел за благо не продолжать и, живенько поднявшись с кресла, озабоченно посмотрел на часы. — Мне, похоже, пора, Сан Борисыч, — пробормотал он и, подумав, добавил: — Надо бы еще с Галкой Романовой повидаться…

— Повидайся, — фыркнул Турецкий, — будешь очень кстати в качестве психологической бригады: они с Померанцевым в его кабинете сидят, помогают друг другу раны зализывать, нанесенные тем фактом, что главное, по их мнению, пропустили… А виноват кто? Нехороший шеф виноват!.. Одну услал на никому не нужное задание, другого писарем определил, пока вы там воевали, опасного преступника брали почти что голыми руками!

— Так ведь и правда, — улыбнулся Володя.

— А ты чего хотел? Чтоб Померанцев в очередной раз свою башку под возможные пули совал, практически не имея соответствующего опыта? Чтоб я девчонку под те же пули на взятие отправлял?

— Что вы!

— «Что вы…» — передразнил его Саша. — А иначе и того, и другого хрен удержишь… Ладно, иди к этим сотоварищам по тому, что они сочли большим несчастьем! — И, как только они со Славой остались в кабинете вдвоем, тут же схватился за телефон, предварительно подмигнув Грязнову: — Сейчас мы с тобой кой-чего сорганизуем… Алло, Иришка? Это я! Как смотришь на то, чтобы мы со Славкой нагрянули к нам для совместного с тобой празднования общей победы?… Так и знал, что обрадуешься!.. Тогда давай говори, чего у нас там, в холодильнике, не хватает? Водяра есть, тебе, как всегда, красненького, полусухенького, это ясно… Почему не ясно?… Как это — морковный сок?… Вместо вина, я не ослышался?… Какой еще сюрприз? Ты что — вступила в общество борьбы за абсолютную трезвость, что ли?…