Высшая мера - Виктор Пронин

- Виноват, - Апыхтин взял папку и вернулся к своей машине. Папку он опять бросил на заднюю полку, упал на сиденье, открыл дверцу перед Серковой. - Надо же, обознался! А мужик так похож на моего разиню… Думал, что он, а этот говорит, впервые, мол, вижу. - Апыхтин продолжал что-то объяснять и видел, краем глаза видел, как смертельно бледная Серкова неотрывно смотрела прямо перед собой, в лобовое стекло, будто боялась взглянуть не то чтобы назад, а даже в сторону. - На моей поедем, ладно? - спросил Апыхтин.

Серкова лишь кивнула.

- Отлично! А потом твою машину я подгоню к тебе. - В зеркало Апыхтин видел, как мужик, потоптавшись, частой торопливой походкой зашагал в противоположную сторону и тут же свернул за угол. - Куда едем?

- Куда хочешь.

- Мороженое? Соки? Воды? Сухое вино? Пиво? - весело спросил Апыхтин.

- Володя, - медленно, по складам проговорила Серкова, - я же сказала - езжай куда хочешь. У меня голова закружилась… Прости, я помолчу несколько минут.

- Ты и в самом деле маленько побледнела, - озадаченно протянул Апыхтин. - Но тебя это не испортило, ты осталась такой же обалденной красавицей.

- Спасибо. - Она еще нашла в себе силы улыбнуться и в знак благодарности легонько похлопала его ладошкой по коленке. - Поехали куда угодно, только поехали уже ради бога!

- Виноват. - Апыхтин мягко тронул машину с места. Выехав со двора, свернув на проезжую часть, он увидел в зеркале то, что и ожидал увидеть: белая «шестерка», пропустив перед собой машину, устремилась вслед за ним.

- Твой приятель? - спросил Апыхтин, когда они отъехали несколько кварталов и Серкова немного пришла в себя.

- Кто?

- Тот мужик, к которому я подходил… Вчера подвез одного, а потом в машине папку нашел… И подумал, что, может быть, это он… Очень похож.

- Бывает, - обронила Серкова таким тоном, словно именно этого ответа и ожидал от нее Апыхтин. Тот не стал настаивать, решив, что отсутствие ответа - тоже ответ. Он видел, что после мимолетной встречи во дворе Серкова если и произносила какие-то слова, то только благодаря тому, что оказалась сильным человеком. Ему вполне было достаточно того, что он увидел и услышал. - И тебе совершенно неинтересно, почему я так истерично настаивала, чтобы ты не оборачивался? - спросила она, все так же глядя на дорогу.

- Нет, почему же… - Апыхтин видел в зеркало, что белая «шестерка» не отстает. Теперь она уже шла вплотную, внаглую. - Просто я подумал, что ты сама скажешь… Когда сочтешь нужным.

- Правильно, - кивнула Серкова.

- Вон за тем поворотом есть хорошее местечко. Сквер с большими толстыми кленами… Там есть столики, продают пиво, мороженое, соки…

- Годится.

- Договорились. - И Апыхтин свернул к скверу, освещенному круглыми шарами фонарей.

А поздним вечером, доставив Серкову на ее машине домой, он уже на своей машине проехался по городу, убедился, что никто его не преследует, остановился у телефонной будки и позвонил по домашнему телефону Юферева.

- Привет, Саша. Апыхтин тревожит.

- Честно говоря, Апыхтин тревожит меня уже давно. - Юферев мгновенно включился в разговор.

- Это радует! Что новенького?

- Откуда звоните, Владимир Николаевич? - В голосе Юферева чувствовалась улыбка.

- О! - воскликнул Апыхтин с подъемом, будто обрадовался вопросу. - Ни за что не поверите, если скажу!

- Поверю!

- Готов спорить!

- И я готов! - Юферев не давал ни секунды передышки, но и Апыхтин уже способен был разговаривать с кем угодно, причем разговаривать уверенно, куражливо, в полной уверенности, что никому не удастся поймать его на слове, заставить проговориться или в чем-то себя разоблачить.

- Хорошо, - сказал Апыхтин, посерьезнев. - Чувствую, что побед немного, поэтому сразу перехожу к делу. В вашем почтовом ящике лежит пакет. Возьмите его прямо сейчас. В пакете целлофановая папка. Обращайтесь с ней как можно осторожнее. На ее поверхности отпечатки пальцев. У вас есть специалисты, они разберутся, сопоставят эти отпечатки с другими…

- Какими другими? - успел вставить Юферев.

- С теми, которые уже в деле. Когда мне позвонить, Саша?

- Что вы хотите узнать?

- Меня интересует принадлежность отпечатков, которые в данный момент находятся в вашем почтовом ящике. Не тяните с этим, Саша. Я не уверен, что нас никто не слышит. Вернее, я почему-то уверен, что нас слышат.

- Пусть это вас не беспокоит.

- Значит, по вашей команде… Это хорошо. Когда позвонить?

- После обеда.

- По служебному телефону?

- Да, конечно.

- До скорой встречи в эфире, Саша!

- Подождите, Владимир Николаевич, - успел остановить Апыхтина Юферев. - Хочу предупредить вас об осторожности.

- Спасибо.

- Мне кажется, вы ступили на очень опасный отрезок вашей жизни.

- У меня такое же ощущение.

- Не переоценивайте себя.

- Есть такое выражение… По целям силы напрягай, а не по силам цели выбирай. Слышали?

- Наверное, это очень умные слова, но я летаю чуть пониже, - сказал Юферев. - Вы в опасности.

- Позвоню вам завтра после обеда. Всего доброго!

- Спокойной ночи, - ответил Юферев.

Видимо, Апыхтин опасался, что его могут засечь, и постарался побыстрее закончить разговор. Так и есть - едва он отъехал от телефонной будки и свернул в переулок, как за его спиной пронеслась машина с мигалками. Он чувствовал, что так может быть, и потому выключил фары, габаритные огни и пробирался по полутемному переулку почти на ощупь.

- Молодец, капитан, - пробормотал Апыхтин. - Хорошо работаешь. Если бы еще знать, на кого ты работаешь.

На кого работает капитан Юферев, Апыхтин узнал на следующий день, когда, дождавшись послеобеденного времени, позвонил тому в кабинет. Трубку долго никто не поднимал, потом раздался запыхавшийся голос Юферева. Видимо, услышав звонки, он побежал еще в коридоре.

- Да! - сказал он отрывисто.

- Апыхтин на проводе.

- Владимир Николаевич… Значит, так… Не знаю, как вам это удалось, не знаю, что вы задумали, но могу сообщить… Человек, который держал в руках папку… полтора месяца назад побывал в вашей квартире.

- Я так и думал… У него щелочка между зубами. Вы нашли его отпечатки в моей квартире?

- Да, на обложке книги «Эрмитаж».

- Помню: Вовке подарил на день рождения.

- Сдайте мне этого типа, Владимир Николаевич, прошу вас, сдайте! Вы рискуете!

- Нет. Это мое дело. Вернее, это мое личное дело. И еще… Все не так просто, как вам кажется.