Закат созвездия Близнецов - Антон Леонтьев

Эрих управлял магазинами в Америке, а она руководила немецкой сетью. Затем, летом 1966 года, Эрих внезапно умер от инфаркта, ему было чуть за пятьдесят. И его единственной наследницей стала жена Герлинда. Детей у них не было, они никогда об этом не говорили, да и Герлинда совсем не ощущала потребности стать матерью. И вот она превратилась в единственную владелицу сети американских и немецких ювелирных салонов «Ван Райк». Герлинда расширяла империю, открывала новые магазины в крупных немецких городах, богатела. И сожалела о том, что у нее нет детей. Она старела, хотя всегда выглядела потрясающе молодо и стильно, но что будет, когда господь призовет ее к себе? Кто получит все эти миллионы?

Проблема разрешилась сама собой, когда в ноябре 1982 года в Западную Германию бежала Ютта Франке со своей трехлетней дочерью Евой и русским любовником Егором Селуяновым. Найти Герлинду было достаточно просто, тем более немецкое государство проявляло заботу о перебежчиках из ГДР. Так Герлинда обрела дочь своей сестры Фелиции, а также внучатую племянницу Еву. Герлинда прекрасно помнила, что именно Фелиция спасла ее и Эриха от ареста гестапо и неминуемой гибели, и теперь была готова помочь дочери и внучке своей сестры.

Ева стала любимицей Герлинды, она баловала ее и мечтала о том, что однажды именно она возглавит империю Ван Райков. Девочка росла умной, сообразительной и радовала мать и двоюродную бабку, которую называла тетей Герли, своими успехами. Ева напоминала Герлинде саму себя в далекие тридцатые годы.

— Кажется, я совсем вас заговорила, — сказала, прерывая свои воспоминания, Герлинда Ван Райк. — Пройдемте в Перламутровую гостиную, я уверена, все уже готово!

Они оказались в небольшой комнате, стены которой были выложены переливающимися, походящими на перламутр, изразцами.

— Я вижу, на тебя это произвело впечатление? — спросила Герлинда. — У всех фон Михельсонов есть чувство прекрасного! Белый замок выстроил в конце восемнадцатого века знаменитый архитектор Хансен. Первый его владелец, крупный торговец, хотел, чтобы вилла одновременно соединяла в себе европейский и восточный стили. Кстати, все эти римские статуи и бюсты, которые стоят по всему дому, подлинные. У них занятная история. В самом начале девятнадцатого века как раз напротив Бланкенезе на мель сел корабль. Жители Бланкенезе, а тогда здесь было еще полно подозрительных личностей, пиратов и рыбаков, посчитали, что корабль на Эльбе — их законная добыча. Они попросту разграбили его и перебили при этом всю команду! Да, нравы были жестокие… А корабль этот вез прусскому королю сокровища из Италии. Все эти статуи и бюсты пошли с молотка, и купец, владелец Белого замка, скупил почти все по дешевке. И теперь каждый новый хозяин этого особняка с гордостью рассказывает историю внутреннего убранства. Я приобрела эту виллу в 1970 году…

Подняв бокал с шампанским, Герлинда провозгласила:

— Выпьем за мою новую племянницу — Катерину!

В этот момент дверь Перламутровой гостиной распахнулась и на пороге появилась Ева. Облаченная в джинсы и легкую курточку, она выглядела потрясающе. Катя поперхнулась шампанским. Ну надо же, она и не предполагала, что так скоро встретится с сестрой.

— Ага, я вижу, Кристина тебя уже оповестила. Я знаю ее дурную манеру подслушивать мои приватные беседы, — сказала Герлинда, однако гнева в ее голосе не было. — Дорогая Ева, разреши представить тебе твою родную сестру.

Ева подошла к Кате, которая неловко подскочила с кресла. Девушка замерла прямо напротив Ипатовой, внимательно изучая ее. Затем, звонко рассмеявшись, она сказала:

— Тетя Герли, замечательная шутка, но объясните мне, как вы добились такого поразительного сходства? Она же — моя совершенная копия! Это что, особая речи новая маска или классный грим?

— Это — твоя сестра, — заявила сурово Герлинда. — Родная сестра из России. Ютта, твоя мать, а моя племянница, продала одну из своих дочерей. Такая же безмозглая, как и моя сестра Фелиция, да будет мир ее праху! А могло получиться все иначе — ты бы, Ева, попала к Советам, а она бы осталась в Германии. И тогда бы ты, как она сейчас, стояла, жалась и выслушивала глупости родной сестры.

Катя заметила, что на долю секунды в голубых глазах Евы сверкнул гнев и даже ярость. Но потом девушка, подхватив Катю под локоть, прошептала:

— Если тетя Герли говорит, значит, это так и есть. Итак, тебя зовут Катя. Ну что ж, я очень и очень рада. Мне всегда хотелось, чтобы у меня была сестра!

Катя просто улыбнулась и ответила:

— И мне тоже!

— Ну вот и хорошо, — смягчилась Герлинда. — Вижу, что вы нашли общий язык. Это очень похвально, мои дорогие, так как вам со временем придется управлять вместе моей ювелирной империей. И очень хорошо, что одна из вас изучает право, а другая экономику. Вы будете прелестно дополнять друг друга! И я уже чувствую, что люблю вас обеих, мои хорошие!

Ева чарующе улыбнулась Кате и, схватив с подноса пирожное, произнесла:

— Вы должны все рассказать мне, причем во всех подробностях. То, что Катя — моя сестра, не требует никаких доказательств, мы с ней просто копии, и это все доказывает. Но все же, как получилось, что ты выросла в России, а я здесь?

— О, это долгая история, — ответила вместо Кати Герлинда. — Но в любом случае ты должна ее выслушать. Итак, моя дорогая Ева, твоя мать Ютта…

Катя видела, с каким неподдельным интересом Ева слушала эту необыкновенную историю. Когда Герлинда завершила рассказ, она воскликнула:

— Вот это да! Настоящий роман! Тетя Герли, но… Но как я рада, что у меня есть сестра! Фантастика!

— Ты права, моя дорогая, — ответила Ван Райк. — Но сейчас самое главное — хранить все в секрете. Мне нужно подготовить почву для того, чтобы мы смогли раскрыть эту тайну.

— Конечно, — произнесла Ева и обняла Катю. — Дорогая сестра, значит, ты работала целый год как опэр в Гамбурге? Это потрясающе!

— А что произошло с Юттой? — спросила Катя. Она уже знала, что мать умерла, но ей хотелось знать подробности. Ева закусила губу, Герлинда помрачнела.

— Моя племянница умерла, ты уже знаешь, Катя, — сказала старуха. — Трагическая история… Ютта подхватила редкую азиатскую инфекцию и скончалась в течение двух дней, врачи были бессильны ей помочь. Она вернулась из отпуска в Азии, наверное, там и подхватила смертельную и неизвестную науке заразу. Это был такой удар для Евы!

В глазах Евы мелькнули слезы, она произнесла:

— Бедная мама, единственное, что меня утешает, так это то, что она не мучилась. Ей было всего сорок шесть…

— Бог дал, бог и взял, — философски заметила Герлинда. — Зато мне господь отпустил долгую жизнь. Пожаловаться не могу, так как через полтора месяца мне исполняется восемьдесят четыре. И этот праздник я встречу с удовольствием! Еще бы, у меня теперь есть еще одна внучатая племянница. И наследница!

Герлинда снова предложила тост — в этот раз за Катю и Еву. Потом Ева увлекла сестру за собой на второй этаж, в свои комнаты.