Секрет коричневых ампул - Екатерина Вильмонт

– Кошмар! Совсем, выходит, «Квартет» разваливается!Митька, ты…

– Ничего, Матильда, я что-нибудь придумаю!

– Да что тут можно придумать?

– Знаю! Я поеду завтра к этой тетке, позанимаюсь разок,а потом скажу… скажу, что у меня на нее аллергия!

– Аллергия? – захохотала Мотька. – Глупостькакая!

– Ничего не глупость! Я сама в какой-то газете читала,что бывает аллергия на людей! И даже на собственную мать вполне может бытьаллергия!

– Допустим! И в чем эта аллергия будет выражаться?

– Я буду все время чихать! Как ненормальная!

– Подумаешь, купят они какое-нибудь лекарство ипридется тебе с твоей аллергией распрощаться!

– Ни фига подобного! Я буду пить лекарство и все равноне перестану чихать! В конце концов они надо мной сжалятся!

– Просто найдут другую училку!

– Так пока еще найдут! Нет, Матильда, я им не дамся!

– Аська, но ведь английский не такое уж вредное дело!

– Ага! Не вредное! Еще какое вредное, если из-подпалки! И потом, я одна не хочу! Без тебя!

– Ну, у моей мамы денег на частного учителя нету!

– Может, мы заработаем?

– Чем? Опять пастой торговать? И потом, когда? Азнаешь, я, кажется, кое-что придумала!

– Что?

– Ты давай там с аллергией раскручивайся, а я туткое-что разузнаю!

– Что?

– У нас в доме одна женщина на курсах немецкийпреподает. Так я у ней разузнаю, где есть английские курсы, сколько они стоят,и если по-божески, то тогда мы с тобой могли бы с нового года вместе пойти накурсы. Чем плохо?

* * *

На другой день после школы я отправилась домой. Мотькапроводила меня до подъезда.

– Что ж, мы сегодня больше не увидимся? – грустноспросила она.

– Почему? Я прямо оттуда к тебе забегу! Может,ненадолго, но забегу, все расскажу! А ты постарайся насчет курсов разузнать.

– Ладно! Ну, я пойду!

– Постой! Я забыла тебя спросить, у этой соседки твоей,Лены, ничего нового не слышно?

– Не-а! Я ее больше не видела! Ну, пока!

– Пока!

Дома тетя Липа покормила меня, потом вручила мне проезднойбилет, бумажку с адресом и сказала:

– Вот, Асютка, поезжай! Да смотри, не выкиникакой-нибудь фортель, а то я тебя знаю!

– Что вы, тетя Липа, какой фортель! – печальнопроговорила я.

– Да что это ты в таком мраке? Неужто из-заанглийского? Или из-за Мотьки?

– А что с Мотькой? – испугалась я.

– Ну, вроде как оторвали тебя от нее…

– Почему это? – Я сделала вид, что мне это даже вголову не приходило. – Она, кстати, тоже собирается на курсы поступать.

– На какие такие курсы?

– Английские!

– Вот и умничка! – одобрила Мотьку тетяЛипа. – Ладно, ступай, неудобно опаздывать к преподавателю!

Я поплелась к метро.

Дом на улице Губкина я нашла сразу. Большой, девятиэтажный,занимал чуть ли не целый квартал. Вот и нужный подъезд во дворе. Мне ужасно нехотелось идти на этот урок, но ничего не поделаешь, надо. Я поднялась на пятыйэтаж. Позвонила в квартиру. Мне никто не открыл. Я позвонила еще раз. Никого.Странно. Глухая она, что ли? Я еще раз нажала на кнопку звонка и довольно долгоне отпускала. Никого. Я вытащила из кармана бумажку с адресом. Может, я что-тоспутала? Нет, все точно. Вдруг из-за двери донеслось тихое «мяу». Кошка, новряд ли она мне откроет. «Мяу, мяу!» – уже отчаянно кричала кошка. Может, этаТатьяна Мироновна забыла, что договорилась с папой? И ушла? Очень странно. Ивдруг меня словно что-то толкнуло. Я тихонько дотронулась рукой до двери, и онаподалась. Открыто! Мне это не понравилось. В ноги мне бросилась кошка,пушистая, серенькая в полоску. Она стала тереться о мои ноги. И словно звала вквартиру. Я взяла ее на руки, прижала к себе, она замурлыкала. Что же делать?Войти? Нет, страшно! Тогда я собралась с духом и позвонила в соседнюю дверь. Нотам тоже никого не было. Вымерли они все, что ли? Наверное, лучше уйти. А вдругтам кто-то нуждается в помощи? И я решилась. Спустила с рук кошку и с отчаяннобьющимся сердцем вошла в квартиру. В прихожей горел свет, я прикрыла за собойдверь и крикнула:

– Есть тут кто-нибудь?

Ни ответа ни привета.

Я огляделась. Двухкомнатная квартира. Направо коридор,ведущий в одну комнату, дверь в другую – напротив входной. Я пошла направо покоридору, уставленному книжными полками. Большая просторная комната, оченькрасивая и уютная, много цветов. Тогда я вернулась и осторожно заглянула вовторую комнату. Там на полу лежала женщина. Я чуть не померла со страху, но,взяв себя в руки, шагнула к ней, нагнулась и сразу поняла, что женщина жива. Нобез сознания. Я бросилась к телефону и набрала 03.

– «Скорая»? Тут женщина без сознания.

– Фамилия?

Как же ее фамилия?

– Не знаю! Какая разница? Ей плохо!

– Возраст?

– Что?

– Сколько ей лет?

– Не знаю, я вообще ее впервые вижу! Скорее, вдруг онаумрет!

– Ладно, давай адрес! – сжалилась девушка надругом конце провода.

Я выхватила из кармана бумажку с адресом и продиктоваладевушке.

– Ждите, будет врач!

Легко сказать – ждите! Ну и влипла же я! Родители ни за чтомне не поверят. Видно, судьба у меня такая – на каждом шагу попадать в истории.Тут, правда, не детектив… Хотя… Почему открыта дверь? Предположим, женщинестало плохо, все бывает, но почему открыта дверь? И вдруг я заметила, что ящикписьменного стола выдвинут. Я на цыпочках подошла поближе. Совершенно очевидно,что в ящике кто-то рылся… Вдруг женщина застонала. Я нагнулась над ней, но онапо-прежнему была без сознания. Может, лучше уйти? А то еще неприятностей необерешься. Вдруг ее кто-то ударил, и она потеряла сознание? Я внимательноприсмотрелась, нет ли крови. Нет. И все-таки… «Скорую» я вызвала, совесть моячиста, а вот лишние неприятности мне ни к чему. Но с другой стороны, если явернусь домой и расскажу всю правду, мне никто ни за что не поверит! Скажут,что так просто не бывает! Папа поднимет шум… И тут я услышала голоса наплощадке. И кинулась к двери.

– Вызывали «Скорую»?

– Да, да, сюда, пожалуйста!

– Что тут у вас? – спросила женщина в беломхалате.

– Вот, смотрите!

Женщина пощупала пульс, посмотрела веки.