Заговор обреченных - Галина Владимировна Романова

Полицией оказался все тот же капитан Вихров. Вездесущий капитан Вихров, явившийся к нему с обвинительным визитом и прихвативший свою девку зачем-то. Он же выяснил потом. Эта девка никакого отношения к полиции не имела. И настрочил еще одну жалобу.

– Гражданин Логинов? – хриплым голосом уточнил капитан. – Капитан Вихров вас беспокоит.

– Да, да, капитан. Слушаю вас.

– Это я слушаю вас, Антон Юрьевич, – произнес Вихров с усмешкой. – Не можете прояснить ситуацию?

– На предмет?

– На предмет обнаружения трупа гражданина Стойнова в вашем бассейне.

– Могу. И объясню, – проговорил со вздохом Логинов. – Этот человек вчера поздним вечером проник в мой дом.

– С целью?

– С целью убить меня. Видели пистолет?

Антон закатил глаза, обращаясь к небесам с благодарственной речью. И какой он молодец, что со страху не прихватил с собой пистолет, который вдоль и поперек изляпал своими пальцами Глеб.

– Он собирался убить меня. Пил мой коньяк, целился мне в лоб и долго и нудно обвинял меня в своих грехах.

Прежний хладнокровный Антон Логинов неожиданно проснулся в нем и поднял голову. И заставил говорить именно то, что нужно. Этот придурок Глеб наговорил в его бассейне себе на пожизненный срок. Антона Логинова он запятнал не особо. Пустая болтовня! И Антон сам помалкивал. Так что лучший его адвокат справится со всем этим дерьмом на щелчок пальца.

– Что было потом? – холодно поинтересовался Вихров.

– А потом он наклонился ко мне. И…

– Вы-то где все это время были? – перебил его капитан.

– В воде, товарищ капитан. Голышом висел на бортике бассейна, – со вздохом признался Антон.

– Так, он наклонился к вам, и?

– Он наклонился ко мне. И мне ничего не оставалось делать, как защищаться, – признался Антон. – Я стащил его в воду. Мы боролись, и потом я удрал. Я даже не знал, бежит он за мной или нет. Я выскочил в одном полотенце из дома, прыгнул в машину и удрал.

– Кто это может подтвердить? – задал Вихров один из самых наиглупейших вопросов, которые задаются в полиции.

Хорошо, Антон мог на него ответить достойно. А так бы…

А так бы ему несдобровать.

– Все это могут подтвердить камеры внутреннего наблюдения. Ими у меня напичкан весь дом, включая помещение, где находится бассейн. – Антон удовлетворенно улыбнулся. – И Глебу о них ничего не было известно. Особенно о той, что была в бассейне. Вы ведь ее тоже не нашли?

– Нет. Хотелось бы сделать это как можно быстрее, Антон Юрьевич. – Голос Вихрова оставался недовольным. – Как скоро вы сможете подъехать для дачи показаний и для того, чтобы продемонстрировать нам записи с камер?

– Скоро. Уже очень скоро. Только оповещу своего адвоката. Дождусь его. И мы тут же приедем. До встречи, капитан Вихров.

Глава 25

– С вашим сыном, гражданка Шапкина, и так все уже предельно ясно. Срок ему грозит немалый. Вы сейчас хотя бы свою участь облегчите, – посоветовал капитан Вихров, посматривая на разрыдавшуюся женщину без особого сожаления.

Была бы его воля, металось в мозгу, он бы ее сына прямо там, на месте, уложил бы. Вместе с его подельником.

Когда он ворвался в квартиру, где до него побывала Лиза, и обнаружил ее связанной, с кляпом во рту, на полу в темной кладовке, то чуть не порешил этих двоих прямо там же. Вот до сих пор не понимает, что не дало ему пустить в ход табельное оружие. Он так орал, так орал! Соседи, спасибо им за это огромное, вызвали полицию.

– Как догадались-то? – поинтересовался он потом у пожилого мужика, вызвавшегося побыть понятым и не отходившего от Вихрова ни на шаг.

– Так шум, гам. Кто знает, что тут происходит! – разводил мужик руками. – Мы же все тут знаем, что за чудо здесь поселилось. Когда его посадили, мы перекрестились двумя руками. А он, вишь, снова вернулся.

– И снова за старое! – ввернула его жена. – Нет, не бывает среди них бывших. Не бывает. На свободу с чистой совестью. Тьфу! Сколько волка ни корми… А девочка-то, девочка как? С ней-то что?

– Нормально, – еле разлепил губы Вихров.

Он старался не думать, что могло бы произойти, опоздай он на десять минут. Планы у мерзавцев относительно Лизы были грандиозные. Финал планировался печальным.

– Как же ты так, а, Елизавета? – возмущенно шептал Вихров, семеня рядом с больничной каталкой, на которой ее увозили. – Зачем же?

– Я хотела помочь. Я хотела тебе помочь, – бормотала она сквозь слезы.

Она все время плакала. Как увидела его, распахнувшего дверь тесной кладовки, где она валялась, свернувшись калачиком на полу, расплакалась, так потом все время и плакала. Он ощупывал ее кости, заставлял смотреть на себя. Спрашивал, все ли с ней в порядке. Она кивала, говорила, что все хорошо, и плакала.

Вихров вызвал «Скорую», и Лизу увезли. Потом они долго осматривали квартиру в присутствии понятых. Он вызвал своих оперативников. И в ответ на возмущенные возгласы местных полицейских заверил, что эти люди проходят подозреваемыми в серийных убийствах, которые они расследуют. Местные нехотя ретировались. Провозились они до самого утра. Упаковали и подельников, отправив их в свой город «автозаком», упаковали и отправили улики.

– Это все, тварь, тянет на пожизненное, – пообещал Вихров, тыча пальцем в ящики с керамическими фигурками. – С учетом отягчающих вину обстоятельств. Пожизненное.

– Никаких обстоятельств нет. Понял, мусор? – возмущался Евгений, сидя на полу бок о бок со своим дружком со сцепленными за спиной руками. – Мы никого не убивали. Дурь толкали, не скрою. Только мы транзитом. Мы по людишкам не распространяли.

– Транзитом, понятно. В особо крупных размерах!

Вихров ходил мимо них, как зверь по клетке. Даже в тот момент, когда уже все было позади, желание пустить в ход табельное оружие его не покидало. Запоздалый страх за Лизу, очутившуюся в их руках, мешал ему дышать. Мешал быть профессионалом. Он превратил его в обычного человека, чью женщину едва не убили.

– Ты, сволота, ответишь мне за каждый синяк на ее теле, – прошептал он, присев перед сыном бухгалтерши на корточки. – За каждый волос, упавший с ее головы. Понял меня?

– Мы не причинили ей зла, – лепетал второй, успевший к моменту появления в их квартире Вихрова хапнуть дозу. – Все хорошо, гражданин начальник. Все хорошо.

– С ней все хорошо, – успокоил его врач приемного покоя, куда доставили Лизу на «Скорой». – Пара синяков, царапины, ничего страшного. Обработали. Даже повязки не понадобилось.

– А ее эмоциональное состояние?

– Тут немного похуже. Но, думаю, она справится. С таким-то защитником. – Доктор улыбнулся и принялся оформлять какие-то справки и рецепты, которыми снабдил Лизу. – Она будет спать всю дорогу, товарищ капитан. Вы уж постарайтесь, чтобы она делала это с максимальным комфортом.