Строптивая мишень - Татьяна Полякова

— Когда? — замерла я.

— Завтра.

— Я тебя пораньше разбужу, — только и пролепеталая, ложась рядом.

Он спал тяжелым сном, вскидываясь и бормоча что-то, а я впотолок смотрела и торопила утро. Вскочила чуть свет, заварила кофе, поестьсобрала. Когда вошла в комнату, его в коридоре встретила. Он возвращался изванной, свежевыбритый, с мокрыми волосами, с полотенцем на плече, и впервые заэто время улыбнулся.

Никому ничего не сказав, мы покинули корпус. На стоянке яувидела «Ниву» и удивилась. А потом обрадовалась. Невероятно, но мы уезжали.

Я помалкивала, боясь все испортить. Но об одном попросила:

— Алеша, надо бы дискеты забрать из Гериной квартиры,они мне пригодятся.

Он кивнул и через пятнадцать минут тормозил у подъезда.

— Здесь подождешь? — спросила я и, не дожидаясьответа, выскочила из машины.

Дискеты следовало уничтожить. Я даже думать не хотела о том,что когда-нибудь они еще понадобятся. Эдички нет. Если честно, счастливее отэтого я не стала. Я вздохнула, взяла сумку и направилась к машине.

На выезде из города нас остановил инспектор ГАИ. Чертыхаясь,Алексей прихватил из бардачка документы и бегом к нему направился. А я замерла,чувствуя, как холодеют руки. И трудно стало верить, что за все заплаченосполна.

С инспектором Алексей объяснялся долго, раздраженноразмахивая руками. Наконец он вернулся к машине, открыл дверь и вдруг замер,нахмурившись. Я оглянулась и увидела новенькую «Тоету». Она не спеша объехаланас и встала впереди.

— Все нормально, — кивнул мне Алексей. — Сидиспокойно.

Из «Тоеты» вышли крестный, Колька и еще трое, их я раньше невстречала. Алексей зашагал к ним.

Они стояли возле машины, сбившись кучей. Потом началидвигаться по кругу, точно исполняли странный танец. Танец волков. Может, он былстранным только для меня.

Я могу его позвать, крикнуть погромче, думала я. Наверное,даже могу уговорить его уехать. Только выбирать каждый должен сам. Поэтому яперебралась на место водителя и завела мотор. У меня вся жизнь впереди, ясделала то, что должна была сделать, и осталась жива. Слабое утешение…

Алексей повернулся, махнул рукой и заспешил ко мне. Открылдверь и прикрикнул:

— Брысь на свое место!

Мужики впереди уже садились в «Тоету», только крестныйпродолжал стоять, привалившись к крылу. А я, шалея от счастья, двинулась насиденье рядом.

Алексей не спеша тронулся с места. Поравнявшись с крестным,притормозил. Открыл окно.

— Устроишься, напиши, — сказал тот и, вздохнув,добавил:

— Удачи, сынок.

— Прощай, батя, — ответил Лешка с легкой заминкой.И мы поехали.

— Это твой отец? — спросила я.

— Отец, — кивнул он. — Всю жизнь понять немог, за что его мать так любила…

Алексей замолчал, а я молчать не могла. Меня простораспирало от счастья. Оттого я и брякнула не к месту:

— А я беременная.

— Вот черт! — выругался он.

— А я думала, ты рад будешь, — обиделась я.

— Да рад я, рад, честное слово. Мы с тобой потомпомечтаем: кто родится, мальчик или девочка. И имя выберем. А пока, будь добра,помолчи немного. Мне подумать надо.

— О чем это? — насторожилась я.

— По-твоему, не о чем? — съязвил Лешка. — Уменя в кармане девятьсот баксов, беременная баба на руках и перспективазарабатывать бабки только честным путем. Так что заткнись ненадолго, оченьпрошу.

Заткнуться я никак не могла и спросила:

— А мы куда едем?

— Прямо.

— Лучше на светофоре свернуть.

— Зачем это? — насторожился теперь он.

— Затем, что там дорога на Нижний Новгород.

— И что? — нахмурился он.

— У меня в Нижнем Новгороде квартира, двухкомнатная. Оформленана тетку. Тетка живет в деревне. Добрая. К ней, кстати, съездить надо, тримесяца не была. — Лешка вытаращил глаза, а я продолжала:

— Обстановка имеется, правда, холодильник пустой. Нотам магазин напротив до восьми работает, так что успеем. — Он переваривалинформацию. Я ухмыльнулась и через пару минут заявила:

— Мне твои проблемы непонятны. Ведь говорила тебе: ятвой главный жизненный приз. Не говорила? Странно. Как же я самое — то главноеупустила… — Тут я вздохнула, сделав театральную паузу. — И вообще, яневеста с приданым.

Я потянулась на заднее сиденье, подтащила сумку ирасстегнула «молнию». Лешка обернулся на Мгновение и затормозил так резко, чтоя чуть не вылетела через лобовое стекло.

Конечно, не каждый выдержит такое… Сумка была набита деньгами.Пачки приятного зеленого цвета радовали глаз.

Лешка пошарил глазами в поисках места, по которому можнобыло бы треснуть кулаком. Не найдя ничего подходящего, тяжко вздохнул испросил:

— Откуда?

— Ты только сразу не ори, — жалобно попросилая. — Я объясню. Дело было так: когда ты уехал получать деньги, а меня вкомнате запер, я так беспокоилась… ну и сбежала из дома…

Лешка глухо простонал и тронулся с места. На светофоресвернул, чем меня порадовал. Я улыбнулась и пояснила:

— Там ведь подпол под всем домом. В моей комнате люк ив кухне. А «Ниву» ты сам в гараже оставил, вместе с ключами.

Алексей еще раз простонал и покосился на меня.

— И я поехала на кирпичный завод, но там уже вовсюстреляли. Не могла я просто взять и въехать через ворота. Вот тогда я вспомнилапро люк. Но идея оказалась не очень хорошей, потому что я заплуталась. А ещекрысы, я их боюсь… — Я перевела дух и спросила:

— Алеша, ты меня любишь?

— До смерти, — очень серьезно ответил он. Япопробовала обнаружить иронию, не смогла и решила обрадоваться.

— Наверное, говорят об этом как-нибудь по-другому, но итак сойдет… В общем, я очень испугалась, что никогда оттуда не выберусь. Нашлалюк, вылезла в каком-то цехе. Там стоял джип, а возле него люди, мертвые. Яиспугалась, вдруг ты… Заглянула в машину, а там чемодан. Я ведь что подумала —если все мертвы, то он вроде как ничей. Правильно?

Алешка посмотрел на меня, моргнул и вдруг начал хохотать.