Нефритовые четки - Борис Акунин

Лорд шевельнулся, плед соскользнул с его плеч, и сталовидно, что старик пристегнут к спинке и поручням ремнями.

Вероятно, из предосторожности? Чтоб не упал?

Сколько Фандорин ни уговаривал свою приятельницупознакомиться со Скалпером, сколько ни приглашал на вечернюю прогулку в сад,мисс Палмер лишь охала и закатывала, глаза. Объяснение могло быть лишь одно –ей просто нравилось самой себя пугать. Ни боязливостью, ни дамскойвпечатлительностью старая леди не отличалась, а ум у неё был острее бритвы, вчём Эраст Петрович получил возможность убедиться в первый же четверг.

Дело в том, что по четвергам на чай приходил старинныйприятель хозяйки мистер Парслей, дворецкий Беркли-хауса. Они знали друг другалет сорок, и в прежние времена Парслей наведывался во флигель чуть не каждыйдень, но из-за напряжённости, возникшей между обитателями большого дома и миссПалмер, сократил число визитов до одного в неделю, чтобы соблюсти лояльность поотношению к работодателям. В четверг же у дворецкого был законный выходной. Онпередавал все дела помощнику, надевал пиджак и ни в какие хозяйственные дела невмешивался. С утра читал газету и курил трубку в саду, днём уходил обедать впаб, а ближе к вечеру с полным правом шёл пить чай во флигель.

Развлечение у мистера Парслея и мисс Палмер было такое: ончитал вслух «Стандарт», обычно что-нибудь из криминального раздела; онавысказывала суждения по поводу прочитанного; дворецкий неизменно с нейсоглашался и переходил к следующей статье.

Например, во время первого чаепития предметом обсуждениястала заметка с броским заголовком:

СМЕРТЬ В КЛОАКЕ

Дик-Стилет найден. Но где инспектор О'Лири?

При ежемесячной чистке сточной трубы под Оксфорд-стритрабочие обнаружили труп мужчины, прикованный к лестничной скобеканализационного колодца. Судя по состоянию тела, причиной смерти сталоистощение.

Лицо покойника изъедено крысами, однако по татуировке ишраму на горле удалось установить, что это печально известный Дик-Стилет,зарезавший трёх человек в Уйатчепеле. По следу убийцы шёл лучший сыщикСкотленд-ярда инспектор О'Лири, который бесследно пропал три с половиной неделиназад. Полиция была уверена, что Стилет сумел умертвить своего преследователя,а тело зарыл или бросил в Темзу, однако сегодняшняя находка опровергает этуверсию и позволяет надеяться, что доблестный инспектор жив. Во всяком случае,наручники, обнаруженные в зловонном подземелье, принадлежат именно О'Лири.

Кинжала, которому Дик обязан своим жутким прозвищем, натрупе не найдено. В противном случае прикованный смог бы освободиться, открывзамок клинком. Резонно предположить, что инспектор, задержавший злодея,позаботился и о том, чтоб его обезоружить. Последовательность событий без трудаугадывается. О'Лири схватил и приковал злодея к скобе, а затем отлучился покакой-то надобности и более не вернулся. Лишённый возможности передвигаться илипозвать на помощь, Дик долго и мучительно, две или даже три недели, умирал отголода. Возможность утолить жажду у него была: прямо у его ног проходил жёлобдля сточных вод – питьё мерзкое, но способное восполнить потребность организмаво влаге.

Однако, хоть обстоятельства гибели Стилета более или менееясны, в этой истории остаются загадки, на которые нет ответа. Почему инспекторО'Лири, имеющий репутацию строгого, но уважающего закон служаки, обрёкарестованного на такую ужасную смерть? И главное: где сам О'Лири?

Получит ли публика ответ на эти вопросы или они навсегдаостанутся тайной, как недавнее дело Джека Потрошителя?

– Сравнили тоже! – фыркнул мистер Парслей,откладывая газету. – Я не сыщик, но догадываюсь, что там произошло. ЭтотО'Лири, судя по фамилии, ирландец, а раз ирландец, значит, не дурак выпить.Поймал в сточной канаве бандита, обезоружил, сковал наручниками и отправилсяпраздновать, а парня прицепил к железке, чтоб не сбежал. Как умеют праздноватьирландцы, я знаю. Помните Пита О'Рейли, мисс Палмер? Ну того, что был у насмладшим лакеем? Вот и этот инспектор, поди, пьёт неделю за неделей не просыхая.Или просох, сообразил, каких дел натворил, и теперь где-нибудь прячется. Вотвам и вся тайна.

– Неплохая версия, – признала мисс Палмер,подливая гостям чаю. – А что полагаете вы, сэр? Вам это дело тоже кажетсяменее загадочным, чем история Джека Потрошителя?

Для Эраста Петровича в истории Джека Потрошителя никакойзагадки не было, но говорить этого он, конечно, не стал. Имелось у него ипредположение относительно пропажи инспектора-ирландца (не Бог весть какойребус), однако к чему попусту сотрясать воздух? Фандорин сказал лишь:

– Я немного знаю полицейских. Старый служака нипочём неотправится праздновать, пока не сдаст преступника в участок и не оформит этоп-протоколом. От этого зависят наградные и продвижение по службе.

– Ну, тогда я не знаю, – пожал плечами мистерПарслей. – И вправду неразрешимая загадка. Разве что мисс Палмерразгадает.

Эраст Петрович вежливо улыбнулся, решив, что это шутка.

Каково же было его удивление, когда старушка, обмакнув вчашку кусочек печенья, заметила:

– Здесь и разгадывать нечего. Отсутствие стилета всеобъясняет.

Именно так считал и Фандорин, с интересом уставившийся нахозяйку.

– Плюс смрад, – вполголоса прибавил он.

– Плюс смрад, – согласилась мисс Палмер. –Представляю, какой там ужасный запах, в этой клоаке! Полицейские наверняказакрывали носы платками или чем-нибудь в этом роде. Иначе они поняли бы, что втуннеле гниёт не один труп, а два.

Дворецкий ахнул:

– Как два?! Откуда?!

– Дело, очевидно, было так, – как ни в чём небывало продолжила старая дама. – Инспектор настиг преступника под землёй,завязалась схватка, в которой О'Лири одержал верх. Чтоб перевести дух, онприковал арестованного к скобе. И тут оба совершили по роковой ошибке, стоившейим слишком дорого. Инспектор промедлил с обыском и не обнаружил спрятанный нож.А у Дика не хватило мозгов вообразить последствия того, что он собралсясделать.

– Что же он такого сделал? – изо всех силпопробовал догадаться мистер Парслей.

– Выхватил стилет и вонзил его в полицейского по самуюрукоятку. Инспектор покачнулся и упал в сточные воды – слишком далеко, чтобприкованный мог до него дотянуться. Где-нибудь там бедный ирландец и лежит. Нуразве что отнесло на несколько шагов в сторону, до первой перемычки.

– Б-блестящая дедукция, – почтительно наклонилголову Фандорин, а дворецкий заторопился домой – писать в «Стандарт» осенсационном открытии.