Клуб шальных бабок - Наталья Александрова

Надежда вошла в кабинет, осторожно ступая, и остановилась посредине в растерянности. Оставлять серую папку посреди этого бедлама не хотелось, еще потеряется, а она мужу очень нужна. Самой идти на его поиски не слишком удобно – приехали важные московские партнеры, люди заняты делом.

В это время в кабинет заскочила Вера, непривычно взволнованная, с непослушными прядями, выбившимися на лоб из гладкой прически.

– Принесли, Надежда Николаевна? – Она даже забыла поздороваться, до того торопилась.

Надежда молча протянула ей папку, Вера вытряхнула из нее пачку скрепленных листов, взяла со стола еще парочку листков, проглядела их быстро и удовлетворенно кивнула головой – то, что надо. Не глядя, выдвинула верхний ящик и пошарила в нем, не нашла искомого, выругалась тихонько – опять кто-то утащил антистеплер! – и выскочила из кабинета, забыв задвинуть ящик, потому что по интеркому раздался непривычно суровый голос Сан Саныча: «Вера, вы скоро? Мы ждем!»

Надежда покрутила головой и решила, что дело свое она выполнила, а теперь можно поискать Кнопкину. Но по дороге к выходу она налетела на выдвинутый ящик и больно ушибла коленку. От толчка ящик дернулся, и на самый верх вывалилась фотография в простой картонной рамочке. Надежда не удержалась и подняла снимок. И тут же удивленно впилась в него глазами. Постояла немного, затем положила фотографию назад и аккуратно задвинула ящик.

Татьяны в офисе еще не было, и Надежда вышла на улицу, чтобы перехватить ее перед работой. Отойдя на приличное расстояние от дверей фирмы, она достала мобильник и набрала номер Гвоздя.

– Это Виктор Петрович? – спросила она, дождавшись ответа. – Вас беспокоит Надежда Николаевна. У меня будет к вам деловое предложение. Кажется, я знаю, кто убил ту женщину в вашем ресторане…

Татьяна Кнопкина вышла из троллейбуса и взглянула на часы. У нее еще было минут сорок свободного времени, и она решила пройтись по магазинам: ей нужно было купить кое-что по хозяйству. Но не успела она перейти улицу, как кто-то дотронулся до ее плеча.

Татьяна вздрогнула. После того случая, когда она нашла на полу в четвертой комнате труп Ольги Ястребовой, нервы у нее стали ни к черту.

Она резко обернулась… и вздохнула с облегчением: за ее спиной стояла Надежда Лебедева.

– Ой, Надя! – проговорила Татьяна, переводя дыхание. – Напугала ты меня!

– Извини, – Надежда подошла к ней вплотную и понизила голос, – Таня, я вижу, ты в последние дни стала очень нервная. Это ведь после того, как ты нашла труп Ольги?

– Ой, не говори!.. – Татьяна зябко передернулась. – Как вспомню ее лицо… мурашки по коже!

– Ты понимаешь, что убийца работает у вас в фирме?

– Что ты такое говоришь, Надя?! – Татьяна попятилась. – Как это в нашей фирме?

– Конечно! – настойчиво повторила Надежда. – Ты это сама отлично понимаешь, только стараешься об этом не думать. Я тебя, конечно, могу понять, но с другой стороны, каково это работать рядом с убийцей, каждый день здороваться с ним… или с ней, находиться в одной комнате…

– Надя, ну что ты меня пугаешь! – взмолилась Татьяна. – Я и так почти перестала спать. Даже если удается заснуть, тут же вижу во сне Ольгино мертвое лицо и просыпаюсь в холодном поту…

– Я тебе точно скажу: ты не успокоишься, пока убийца не будет пойман!

– Значит, никогда не успокоюсь, – вздохнула Татьяна, – потому что вряд ли его когда-нибудь найдут.

– Вот тут ты не права. Я, кажется, знаю, кто это. Но у меня нет доказательств. И чтобы эти доказательства найти, мне нужна твоя помощь!

– Не знаю, чем я могу тебе помочь. – Татьяна опасливо огляделась, как будто почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.

– Можешь! – настойчиво проговорила Надежда. – Позвони по этому телефону и скажи вот этот текст. – Она протянула Татьяне листок с короткой запиской.

Татьяна испуганно отшатнулась от нее, но потом в ней проснулось любопытство. Она заглянула в записку, прочла номер телефона, и ее глаза округлились от удивления:

– Так это… Не может быть!..

– Жизнь полна неожиданностей! – Надежда вопросительно взглянула на Кнопкину: – Ну как, поможешь мне?

– Я боюсь… – Татьяна судорожно теребила листок. – Ладно, давай… сама не знаю, зачем я это делаю!

Надежда вложила ей в руку мобильник.

Набрав номер, Татьяна опасливо понизила голос и заговорила:

– Здравствуйте… Вы меня не узнали? Богатой буду, ха-ха! Это Татьяна, уборщица… Нет, я вот по какому поводу. Я тут прибиралась в четвертой комнате… Ну да, в той, где убили Ольгу Ястребову… Вот именно. Так вот, я там кое-что нашла. Думаю, вас это заинтересует. Я сначала хотела отнести это в полицию… А потом подумала: зачем мне это нужно? Лучше отдам это вам… Я женщина бедная, мне деньги очень нужны, а вы могли бы мне немножко помочь… На бедность. Что? Нет, не думаю! Иначе мне придется действительно отнести это в полицию! Подумаете? А о чем тут думать? Лучше приходите через час в зимний сад ресторана «Галеон»… Ну да, там, где была корпоративная вечеринка. А я там тоже прибираю… Договорились? Значит, через час!

Татьяна сложила мобильник, вернула его Надежде и произнесла с тяжелым вздохом:

– Сама не знаю, зачем я согласилась. Теперь мне так страшно… Никогда бы не подумала, что это…

– Не бойся, я буду рядом. Уже через час все кончится.

– Что значит – рядом? – Татьяна еще больше побледнела. – Неужели ты хочешь, чтобы я…

– Конечно! Если уж мы сказали «А», надо говорить «Б»! Надо довести это дело до конца и разоблачить убийцу! Иначе ты так и будешь до конца дней вздрагивать и просыпаться в холодном поту! Так что едем в ресторан «Галеон».

Через сорок минут они уже были в зимнем саду ресторана.

«Здесь все началось, – думала Надежда, – здесь же все и закончится… Надеюсь, что закончится благополучно и трупов в этой истории больше не будет!»

Она виновато взглянула на Татьяну: та выглядела ужасно, буквально тряслась от страха.

– Садись вот сюда, на эту скамейку! – скомандовала Надежда. – Не бойся, я рядом!

– Ты уверена, что мы справимся с убийцей? – спросила Татьяна дрожащим голосом.

– Не сомневайся! Я все предусмотрела! – ответила Надежда, прячась за монстеру.

Про себя же она подумала, что не очень-то уверена в благополучном исходе операции, но не может внушить сомнения Татьяне, которая и так близка к истерике.

Татьяна уселась на скамью, сложив руки на коленях и вздрагивая от каждого шороха. Надежда укрылась за огромными листьями монстеры и настороженно оглядывалась по сторонам, стараясь не пропустить ни одного движения, ни одного звука в зимнем саду.

Минуты ползли медленно, как улитки по виноградным листьям. В зимнем саду стемнело, и среди зелени загорелось несколько декоративных фонарей, не столько разгоняя тьму, сколько создавая романтическое настроение, как в тот, первый вечер, когда здесь была убита Алена…