Остров авторитетов - Владимир Колычев

Воронцов говорил, что Гонтарь сгорел заживо, но информации по этой теме не было. Вроде бы менты шли по следу Гонтаря, но Хворостин и на этот счет ничего не смог выяснить. Возможно, Воронцов соврал, выдав себя за Гонтаря. Игорь этого не исключал, и Хворостин тоже.

– Надо было пальчики с него снять, – в раздумье сказал полковник. – Он там у тебя ни к чему не прикасался?

– Ну, может, и прикасался, – пожал плечами Игорь. – Но там у меня пыль два раза на день протирают… Да и четки у него в руках были, он их все время крутил… Может, к Заварихиным экспертов послать? Воронцов там жил, может, и пальчики там оставил…

– Сам сделаешь?

– Ну, можно…

Сам Игорь к Заварихиным не поехал. Ни Юлю не хотел видеть, ни Веронику Ивановну, о которой был не лучшего мнения. Он поставил задачу Джазу, и тот организовал ментовского криминалиста. А Буков дал ему людей в сопровождение…

Все бы ничего, но Юля прицепилась к этим людям, потребовала встречи с Игорем. И получила отказ.

А вечером у него появилась интересная мысль. Вдруг Воронцов сам спровоцировал свое похищение?

Игорь помнил, что с ним были двое, некто Анатолий Строганов и Олег Бойко. Он ничего не говорил про них, и приставленные к нему «топтуны» не видели никого. Но, может, эти Строганов и Бойков были где-то рядом? Может, они и организовали похищение?..

Зачем Воронцову нужна была такая инсценировка, Игорь не знал. Зато понял, что ему нужно повидаться с Юлей. Причем по вполне серьезному поводу – и про Строганова спросить, и про Бойко.

Лике он ничего не стал говорить. И с Юлей он решил встретиться в сторожке у ворот дома. Там для нее приготовили помещение, туда ее и привезли.

Голова наклонена вниз, глазки опущены, руки на коленках. Длинные волосы уложены в косу, платье с виду простенькое, скромное, хотя и дорогое. Юля сидела на стуле в позе святой невинности.

– Ты хотела меня видеть? – спросил Игорь.

Он смотрел на Юлю с решимостью бойца, поднимающегося в атаку. С решимостью победить, хотя и знал, что вражеская пуля может сразить его в любой момент. Он должен был устоять перед этой показной скромностью и реальной красотой, но хватит ли у него для этого сил? Он очень надеялся, что да.

Юля подняла на него глаза и спросила:

– Почему твои люди снимали отпечатки пальцев?

Она требовала ответа, но голос ее звучал робко. И взгляд нерешительный. Понимала, что не в том она положении, чтобы качать права…

– Зачем вы сюда приехали? – жестко спросил Игорь, усаживаясь в кресло напротив нее.

– Тебя предупредить!

– И думаешь, я в это поверю?

– Ну, не знаю… Что с Женей?

– А что с ним?

– Зачем тебе нужны отпечатки его пальцев?

– Твой Женя выдал себя за человека, которым, возможно, не является.

– Где он? – с тревогой спросила Юля.

– Он тебя бросил, – стараясь не выдавать своего злорадства, усмехнулся Игорь.

– Он меня бросил?!

– Помнишь, ты говорила мне, что Женя тебя бросил. Ты сказала, я поверил. И остался в дураках. Ты меня тогда обманула. Почему я должен верить тебе сейчас?

– А ты мне не верь… Ты просто скажи, где Женя?

– Откуда вы приехали?

– С Пальмы.

– С кем?

– Сами.

– А Олег с Толиком?

– Они дома остались.

– Где дома?

– Ну, ты же знаешь, где… Мы не меняли адрес… Мы верили, что ты оставил нас в покое. И это действительно так. – Юля с благодарностью посмотрела на Игоря. – Женя сказал, что ты настоящий мужик. А Цуката он терпеть не мог. Из-за меня… Эта сволочь меня… Со мной… – Она стыдливо опустила глаза.

– Мне совсем не интересно знать, что там было у тебя с этой сволочью! – скривился Игорь.

Юля ему не принадлежала, и он не должен был спрашивать за ее унижения с какого-то там Цуката. Хватит и того, что он долгое время искал эту бешеную собаку по ложному следу… Но Цукат действительно бешеная собака, и если он обидел Юлю, то его за это нужно наказать. Игорь чувствовал в себе такую потребность и сейчас боролся с этим чувством. Не должен он был заступаться за Юлю. И не будет. Пусть Воронцов этим занимается.

Но Воронцова нет. Похитили его. Кто же теперь защитит Юлю? Игорь злился и на себя, и на ситуацию, в которой оказался. И даже на Юлю, которая заставляла его то бледнеть, то краснеть.

– Раньше тебе было интересно, – вздохнула она, с упреком глянув на него.

– Раньше ты была моей, а теперь чужая.

– Так вышло… Это не моя вина.

– А чья? Кто меня водил за нос здесь? Кто тыкал в себя шилом там? – Игорь махнул рукой на юго-запад, в сторону испанской Пальмы.

– Просто я влюбилась… И если ты меня любишь, ты должен меня простить.

– Если люблю, то должен простить! – усмехнулся он. – Очень хорошо! Только я как-то не подумал об этом сразу! И не простил! А теперь я тебя не люблю. Значит, и прощать тебя не должен…

Юля чуть не расплакалась от обиды, глядя на него, и воскликнула:

– Неправда, ты меня любишь!

И такой она казалась жалкой, что у Игоря тоскливо сжалось в груди. Он резко выдул застоявшийся в легких воздух, с озадаченным видом провел рукой по волосам, зачесывая их назад. Хотел сказать, что не любит Юлю. Хотел. Но не смог.

– Повязали твоего Женю, – глухо произнес он, стараясь не смотреть на нее.

– Кто?

– А куда он сегодня ходил?

– На почту он ходил, на переговорный пункт, Олегу хотел позвонить. Ну, ему хотел позвонить и Толику.

– А почему из дома не позвонил? Или от вас нельзя международный звонок заказать?

– Можно. Только Женя не хотел из дома звонить.

– Почему?

– Моих не «хотел светить»…

– «Светить» не хотел? А ты знаешь, кто он такой?

– Знаю… – опустив голову, ответила Юля. – Он с ворами был, на них работал. Цукат меня к нему привез. Женя меня охранял. Он с меня пылинки сдувал… Там я в него и влюбилась… Прости! Прости за то, что я тебя обманывала! – Она всхлипнула и закрыла лицо руками.

– Да уже до фонаря!

Юля всхлипнула еще громче и разрыдалась. Игорь не мог смотреть на нее такую без жалости. Он вышел из сторожки, на ходу доставая сигарету, остановился у ворот и затянулся до головокружения.

А когда вернулся, Юля уже не плакала.

– Где Женя? – спросила она, глядя на него красными от слез глазами.

– Я же сказал, повязали его.

– Кто?