Фронтовик. Убить "оборотня" - Юрий Корчевский

– Хвастай.

– Почему вы так решили?

– Лицо довольное.

Андрей пересказал ему все, что услышал от Фроси.

Сыщик добавил в список две фамилии. Он закрыл глаза, что-то обдумывая и постукивая карандашом по столу.

– Андрей – позвольте мне вас так называть? – завтра придется съездить в Тулу, на оружейный завод. С утра возьмите командировочное удостоверение и официальный запрос. Я его уже подготовил, осталось печать поставить.

Сыщик отпечатал запрос на пишущей машинке «Ундервуд», стоящей на тумбочке в углу.

– Насчет пистолета?

– Догадлив. Из дела спиши его номер и год выпуска. Если сильно повезет, найдешь, куда он был с завода отгружен.

– Почему «если повезет»?

– Архивы могли сгореть – во время войны завод бомбили; их могли вывезти, скажем – в Сибирь, и не вернуть.

– Понял.

С утра Андрей, взяв необходимые бумаги, выехал поездом в Тулу. Пришлось разным начальникам показывать свое удостоверение, но аббревиатура «МУР» произвела свой эффект, и его пустили в архив завода.

Завод был старый, наверное еще петровских времен, одноэтажный, стоящий рядом с Тульским кремлем. Вроде бы в нем утопили бунтовщиков Болотникова – ведь река Упа была рядом.

Архив располагался в подвале с низким сводчатым потолком.

В помощь Андрею дали женщину.

– Что искать будем?

– Пистолет «ТК», выпуска тысяча девятьсот двадцать седьмого года под номером… – Андрей продиктовал номер.

– Ой, как бы эти бумаги мыши не погрызли.

Тем не менее нужные бумаги нашлись – пожелтевшие, с выцветшими чернилами.

– Еще раз номер продиктуйте. Так, погодите… Вот, нашла. Шестьдесят пистолетов с номера … по номер … были отгружены в Москву, в Наркомат тяжелой промышленности, апрель тысяча девятьсот двадцать восьмого года.

– Да? А зачем им столько?

Архивариус улыбнулась:

– Вы из Москвы, из милиции – вот и узнайте. Я думаю – как личное оружие сотрудников Наркомата, как наградное. Раньше ведь каждый член ВКП(б) имел право носить оружие, даже если он и не начальник.

Для Андрея эта новость была удивительной.

– Вы уж не сочтите за труд, напишите мне справку – по форме и с печатью.

– О, какие в милиции бюрократы!

– Не мы – в суде. Каждый факт или действие должно подтверждаться бумагой.

Получив нужную справку, Андрей помчался на вокзал.

Три часа пути – и он в Москве. Времени – шесть вечера, но он поехал в МУР.

Сыщик был на месте.

– Радуй.

– Раздобыл. – Андрей торжественно достал справку с ТОЗа и положил на стол.

– Надо же, не ожидал.

Сыщик прочитал текст.

– В Наркомат тяжелой промышленности?

Арапов достал лист бумаги.

– Ого! Ты знаешь, в нашем списке двое работали в Наркомате – сам убитый и некто Фандера. Стало быть, они оба могли иметь эти пистолеты. Но имели ли? Не исключаю, что это – случайное совпадение. Пистолеты могли украсть у владельцев, они могли их сдать назад, когда увольнялись, а потом их передали другим лицам.

Андрей сразу понял, чем будет заниматься завтра.

– Мне завтра в Наркомат?

– Андрей, теперь это Министерство. Но ты правильно догадался.

С утра Андрей направился в Министерство, прошел в отдел кадров. Когда он объяснял причину визита, женщина-кадровик сняла очки и назидательно сказала:

– Молодой человек, у нас серьезное Министерство, мы выпускаем солидную продукцию. Надеюсь – догадываетесь какую. А вы с пистолетами, да еще историей почти двадцатилетней давности. Боюсь, мы не сможем вам помочь.

– А я не ради собственного любопытства пришел.

Разозлившись такой бесцеремонностью, Андрей уселся на стул, всем своим видом показывая, что не уйдет. Вот же бюрократка, вобла сушеная!

Сидевшая в кабинете и до того не принимавшая участия в разговоре женщина сказала:

– Вера Ильинична, пусть сходит к начальнику охраны. Он давно работает, может быть, что-то и припомнит.

– Да-да, верно. До конца коридора и направо, его кабинет рядом с Бюро пропусков, – с видимым облегчением постаралась избавиться от назойливого визитера кадровичка.

Начальник охраны Министерства оказался пожилым мужчиной с усами под Буденного. Он не спеша изучил удостоверение Андрея.

– Слушаю вас. Чем могу помочь?

Андрей объяснил цель своего визита. Начальник, выправкой похожий на отставного кадрового военного, задумался.

– Получали мы такое оружие, два раза. И оба раза – именно с ТОЗа.

– И куда оно делось?

– Заместителям министра, начальникам отделов, десятка два – для награждения передовиков производства.

– Да? – удивился Андрей.

Пистолетик был небольшой, неуклюжего вида, маломощный. Один плюс – маленький, уместится в дамской сумочке или в небольшом кармане. И хоть считался пистолет не военным образцом, а гражданским, гражданам он не продавался. Выпущено их было около трехсот тысяч, и распределялись они с завода в РККА, НКВД, Госбанк. Пистолет представлял собой не столько оружие, сколько статусный ствол, потому был любим политруками Красной армии, чекистами – для скрытого ношения, партийными функционерами.

– Конечно, его стахановцам вручали. Хлопушка, из него только застрелиться.

Вот тут он попал в точку. Из такого же «ТК» застрелились несколько высокопоставленных командиров в начальном периоде войны.

– А какие-то списки существуют, можно посмотреть?

– Вот тут я помочь вам ничем не могу. Во время войны Наркомат был эвакуирован в Куйбышев. Часть архивов сожгли, наиболее важные документы увезли с собой.

– Может быть, какие-то фамилии вспомните?

– О, молодой человек, простите – не знаю вашего звания. Столько лет прошло, столько событий! Увольте, не вспомню.

Андрей вздохнул. Похоже, след обрывался, о чем он и доложил Арапову.

– Я нечто подобное предполагал. Давай-ка, займись этим Фандерой. Поплотней займись: в Наркомате работал, в квартиру убитого был вхож.

– Хорошо.

Адрес Фандеры в деле был, протокол его допроса – тоже, с ним беседовал один из оперативников. Только ничего существенного там не было сказано. Да, общались иногда с Тищенко, поскольку давно знакомы были. Как часто? Два-три раза в год, и всегда на квартире Тищенко, поскольку Фандера жил в небольшой комнате в коммуналке.

Андрей сходил на последнее место работы Фандеры, просмотрел в отделе кадров анкету, поговорил с сотрудниками. Отсюда, с механического завода, Фандера ушел на пенсию.