Сердце красавицы склонно к измене - Дарья Калинина

– Так все от твоей уральской подружки – Вики.

– И… и что она вам еще наболтала?

Вид у Светы был бледный до невозможности. Такой, словно она увидела прямо перед собой привидение.

– Ты почему нам не сказала, что Курилкин и твой развод тоже оформлял? – набросились на нее подруги. – Почему промолчала о том, что твой муженек – этот Левченко – нанял ушлого адвокатишку, чтобы тот тебя ощипал?

На бледном лице Светланы проступил румянец.

– А, вы об этом, – пробормотала она. – Ну, не хотела, чтобы вы начали меня подозревать в убийстве Курилкина, ведь тогда бы получилось, что у меня не только возможность была его прикончить, но еще и мотив.

– И много муж с тебя денег стряс?

– Ну…

– Света, говори правду, – предупредила Леся.

– Много, – призналась Светлана. – Я ведь дурочка влюбленная была. А этот Курилкин – хитрый гад. Муженек с ним уже давно снюхался. И Курилкин подговорил Левченко, как поступить. Муженьку только и надо было, что мне на подпись бумажки подсовывать, которые ему Курилкин давал.

– И что же? Ты – финансист с дипломом престижного вуза – не разобралась, что за бумажки они тебе вручают?

– Так у нас большой бизнес был. То есть сам бизнес был на мужа записан, но несколько счетов в совместном пользовании были. На них деньги с папиных производств поступают. Верней, поступали. Потом ячейка в банке с акциями нескольких предприятий. Они мне тоже от папы достались. Ну, и еще там по мелочи. Украшения мамины, золотишко бабушкино. И те брильянты, которые мне папа дарил. Папа считал, что лучшие друзья девушки – это брильянты, сверкающие камушки, поэтому на все праздники он мне драгоценности презентовал.

– Хороший какой у тебя был папа.

– Хороший, – печально согласилась Светлана. – Только ничего от его подарков у меня не осталось. И акции, и счета, и драгоценности все мой муженек захапал. Конечно, производственные мощности на себя переписать так просто он не смог. Там оформление сложное. А обчистить нашу общую банковскую ячейку – почему же нет? Никто ему и словечка против не сказал. Доверенность, чтобы в ячейку влезть, у Левченко была. Сама же на его имя ее и написала. А уж то, что, вместо того чтобы взять деньги на расходы и пару браслетов к званому вечеру, Левченко и сейф, и счета опустошил, – это никому слушать неинтересно. На суде мне факт кражи драгоценностей и денег доказать не удалось. Мой папа всегда говорил: «За доверие к людям всегда потом расплачиваться приходится». Прав он был!

– И ты не злилась на своего мужа?

– Сама виновата. Не тому человеку поверила.

И все-таки девушки не сдавались.

– А что же Курилкин?

– Так он тоже, по большому счету, не так уж и виноват оказался. Успел урвать свой кусок – за что его винить?

– Но это же он твоему мужу советы гадкие давал!

– Муж сам должен был думать, как ему поступать. А больше всех я сама виновата. Никто меня силой доверенности подписывать не заставлял. Сдурила, за что и поплатилась.

– И как же ты потом с Курилкиным спокойно общалась?

– А мы почти и не общались. Вы же знаете, как Курилкин к женскому полу относится. Он от меня шарахался, словно я чумная. Правда, домик по просьбе Лешки для меня в поселке все же присмотрел.

– Да, и еще про этот домик! Зачем он тебе?

– В смысле?

– У тебя ведь есть отличная квартира.

– Там моя подруга живет, – попыталась увильнуть от прямого ответа Светлана.

Но была немедленно уличена во лжи:

– Поселилась после того, как ты в Чудный Уголок перебралась! А зачем?

– Это все идея Лешки, – наконец сдалась Светлана. – Он хотел, чтобы я рядом жила. Его идея, а Курилкин только про домик у вашего Таракана спросил и намекнул, что есть у него одна знакомая, то есть я, которая бы этот домик на время сняла.

– А Горшков сам к Таракану почему не пошел?

– Ему было нужно, чтобы наши с ним имена ничто бы не связывало. Никто в поселке не должен был знать, что мы любовники.

– Почему? Из-за грядущего развода?

– Да, – кивнула Света. – Никто не должен был знать, что у нас с Лешиком любовь. Он ко мне даже ходил с осторожностью. Когда стемнеет, приходил. Да не по улице шел, а, как говорят, огородами, через двор Курилкина. Оттуда ко мне в заборе лаз был сделан. Ну, Курилкин знал о нем. И Лешик пользовался.

– И все эти сложности нужны были только для того, чтобы Горшкову свою репутацию не запятнать?

– Понимаете, жена у Горшкова до того стервозная баба, она бы на все пошла, лишь бы не отдать Лешке кровно им заработанные рублики.

И с уст Светланы полилась поистине удивительная речь. По ее словам, выходило, что Горшков взял свою жену чуть ли не из милости. Взял из жалости, потому что никто другой на старую деву и смотреть не хотел.

– Ни красоты, ни ума, одна корысть и голый расчет! Как Лешка с ней все эти годы мучился, вам и не передать! Только чувство долга и удерживало его рядом с этой вульгарной женщиной. Но даже когда мы с Лешей встречаться начали, он благородно со своей женой поступил. Денег ей дал, дом в Германии купил. Ни в чем ей не отказывал. Только об одном и просил: дай развод! Так что бы вы думали? Эта гадина над ним все это время издевалась! Честное слово, я даже к Курилкину начала в последнее время лучше относиться. Какой бы он ни был ушлый, а ведь с некоторыми дамочками иначе и нельзя никак! Ты им палец в рот, они тебе всю руку по локоть откусят.

Подруги слушали, как Светлана поливает грязью законную супругу Горшкова, но, в конце концов, не выдержали:

– Светка, да ты хоть знаешь, как ты не права!

– Я?! – подпрыгнула чуть ли не до потолка Света. – Я – не права?! Да что вы про эту Анастасию знаете, кроме того что она вам сама про себя рассказала? Она жуткая женщина! Ужасная! Вся в отца своего пошла!

– А что у нее с отцом? Он ведь был бизнесменом, добился богатства, процветания и…

– Да ее папаша первым бандитом во всем Екатеринбурге был! Я ведь тоже оттуда родом. Хорошо папашу Анастасии знаю. Не лично, конечно, но по слухам. Людей он перестрелял в девяностые целую пропасть! Мой отец с ним дел старался не иметь, благодаря этому и цел остался! Но и на него папаша Анастасии наезжать пытался. Богатство он на крови людской заработал! Да вы бы про него получше разузнали. А про его доченьку я вам так скажу: яблочко от яблони недалеко падает!

И, высказавшись, Света замолчала, переводя дух. Подруги тоже молчали. Да, кое в чем Светлана была права. Они приняли слова Анастасии о ее дружеских отношения с мужем за чистую монету без всякой проверки. Они видели, какая Анастасия милая и славная, вот и подумали, что в супружеском разладе виноват супруг. А ведь продемонстрировать незлобивость характера нетрудно даже при минимальном актерском таланте. Учитывая, что общались подруги с Анастасией не так уж долго, женщина вполне была способна на эти несколько часов нацепить на себя маску всепрощающей супруги.