Знак Ганнибала - Михаил Палев

– Что случилось? – спросила Ирка. – Ты пристрелил Бориса с Толяном и теперь путь на волю свободен?

Юмор у нее… Не хуже, чем у Бориса! Она еще способна шутить! Я нахожусь в обществе ненормальных. На мгновение на меня накатило резкое желание спуститься в свою комнату, выпрыгнуть в выбитое Пашей окно и бежать куда глаза глядят из этого кровавого дурдома. Но вместо этого я спокойно произнес:

– Ира! Я хочу, чтобы ты мне рассказала о дружелюбном привидении.

* * *

Наш разговор с Иркой занял минут двадцать. После этого я спустился к Николаше и примерно столько же проговорил с ним. Когда я вошел в гостиную, то уже процентов на девяносто представлял себе всю картину случившегося за эти последние дни. Осталось лишь добавить отдельные штрихи, чтобы анализ событий приобрел полностью законченный вид.

– Как дела? – поинтересовался Борис. – Все покаялись? Теперь очередь дошла до меня?

– Ты необычайно догадлив, – ответил я. – Погоди минуту, мне страшно хочется пить. Сейчас я схожу в кухню за пивом, а затем займусь тобой.

Мне действительно после всех этих неприятных разговоров и выкуренных почти подряд, одна за другой сигарет безумно хотелось пить. Я нашел в холодильнике пару банок «Ярпива Янтарного», взял одну, открыл и осушил ее в два приема. Немного поколебавшись, взял вторую и вернулся в гостиную. Усевшись за стол, я налил пиво в стакан и, не торопясь, принялся его с удовольствием потягивать.

– Так как насчет обещанных доказательств? – нетерпеливо поинтересовался Борис.

– Там, у крыльца, стоит лопата, – сообщил я. – Отправляйся на то место, где после прыжка приземлился Паша, и немного покопай. Уверен, под снегом ты быстро найдешь самое весомое доказательство.

– Хватит идиотских загадок! – вспылил Борис, вставая из кресла. – Пошли со мной! Сам отроешь свое доказательство, в моем присутствии.

– Экий ты недоверчивый, – с сожалением отозвался я. Мне ужасно не хотелось тащиться на холод. Но придется.

Мы оделись и вышли во двор. Я взял стоявшую у крыльца совковую лопату и пошел к тому месту, куда Паша выпрыгнул из окна. Проходя вдоль стены, я сказал Борису:

– Я сразу обратил внимание, что отсюда к дорожке, ведущей к воротам, идут только следы сорокового размера. Жаль, мы их затоптали, но сейчас это уже не имеет принципиального значения.

Я остановился возле того места в сугробе, куда упал Паша.

– Смотри, снег вроде сильно разворочан, но как-то не так… Примят, вроде как специально.… Видишь?

– Ничего не вижу, – нетерпеливо ответил Борис. – Человек в спешке выбирался из сугроба, падал…. Ты что собирался откапывать? Давай, действуй!

Я принялся копать. Я понимал, что я ищу, поэтому осторожно, небольшими слоями счищал снег. И все же мое сердце екнуло, когда лопата наткнулась на что-то твердое. Борис не выдержал, опустился рядом со мной на колени и принялся руками в перчатках разгребать снег.

– Черт! – вдруг воскликнул он. – Да это же рука!

Я отбросил лопату и так же, руками, стал помогать Борису очищать от снега тело. Через минуту мы стряхнули снег с лица покойника, и никаких сомнений у нас уже не оставалось: в сугробе лежал Паша. Никаких сомнений не вызывала и причина его смерти – в его лбу чернело пулевое отверстие. При более тщательном осмотре обнаружилось еще одно ранение – в грудь.

– Так.… Вот что, Славон! Позови Николашу, пусть он поможет нам перенести Пашу к остальным, – сказал мне Борис.

Я позвал Николашу, мы упаковали тело Паши в мусорные мешки и перенесли его к остальным покойникам. Глядя на ряд из пяти упакованных в пластиковые мешки тел, я вдруг осознал всю дикость и безысходность творящегося здесь ужаса. Мне захотелось завыть от этого жуткого ощущения – полной погруженности в мир абсурдного кошмара. И лишь одно удерживало меня от этого: я уже знал, как все произошло и почему все это вообще случилось….

* * *

Мы с Борисом прошли в гостиную и молча выпили по стакану «Русского стандарта».

– Я ни черта не понимаю! – воскликнул Борис, яростно пережевывая ломтики пожухлой квашеной капусты, так и забытой в миске на журнальном столике пару дней тому назад. – Я готов уже заподозрить самого себя!

Я промолчал: моя врожденная порядочность не позволила мне выказать чувство глубокого удовлетворения, охватившее меня.

– Попробую тебя утешить: это не ты! – не смог я все-таки удержаться от сарказма.

Борис недоуменно посмотрел на меня.

– Блин, Славон! Мне сейчас не до шуток! – с досадой воскликнул он. – У меня и так нервы на пределе.

– Я не шучу! – возразил я. – Я действительно все понял. Ну, почти все. Кое-что пока еще остается на уровне догадок или неподтвержденной информации, но в принципе сюжет этого кровававого ужаса мне теперь понятен.

– В том числе ты и автора этого сюжета установил? – спросил Борис, пристально глядя на меня.

– Увы, здесь мы имеем дело скорее с коллективным творчеством, – ответил я.

– Что за бред?! – Борис, похоже, обалдел от моих слов. – Что ты мне мозги пудришь?!

– Это факт! – возразил я. – Я могу все объяснить. И я объясню! Но для этого осталось лишь поставить точку в моем расследовании.

– Так ставь ее скорее, черт тебя подери!!! – заорал Борис.

– Я готов, – кивнул я. – Пусть Толян наладит снегоход, и мы с ним выберемся за ворота. Ненадолго. А после этого я расскажу все.

Борис задумался.

– Ты уверен, что этого будет достаточно? – спросил он.

– Абсолютно! – отозвался я.

Борис вновь погрузился в размышления.

– Значит, так! – наконец отозвался он. – Толян снегоход наладит, но он мне нужен здесь. Поэтому ты съездишь один. Полагаю, что ты никуда не сбежишь: ты – разумный человек и вряд ли во всем этом замешан.

– Спасибо за «вряд ли», – усмехнулся я. – Это я воспринимаю как знак особого доверия с твоей стороны.

– Не цепляйся к словам! – вспылил Борис. – Если это так нужно, то и поезжай! Я Толяну хоть сейчас дам команду.

– Так давай! – предложил я, решительно поднимаясь из кресла. – Но один я не поеду. Давай я возьму с собой Николашу?

– Нет проблем, – согласился Борис и тут же предупредил меня: – Если Николаша даст деру, то это будет расценено мною как умышленная организация побега подозреваемого! Твоими руками!

– Спасибо за предупреждение, гражданин начальник, – усмехнулся я.

* * *

Мы с Николашей вернулись через два часа. Снегоход «Yamaha Venture 480 TF» добросовестно отработал свои семь с половиной штук баксов.

Толян вовремя заметил наше приближение, быстро распахнул ворота, и снегоход без препятствий пролетел по сугробам до самого дома. Я сначала объехал дом с левой стороны и затем медленно выехал к стрелковым позициям. Я быстро нашел то, что искал, и, продолжая объезд по часовой стрелке, подъехал к воротам гаража.