Женщина в клетке - Юсси Адлер-Ольсен

— Антиквары позволили мне походить там самому по всем нижним помещениям, а я просто прокрутил все это в голове. — Ассад постучал себя по лбу. — Я скинул башмаки и пальто и повесил пальто на крючок в подсобке. Я проделал это только в уме, потому что крючка там уже нету. А затем я представил себе в голове, что у нее могли быть вещи в обеих руках. Бумаги в одной и кейс в другой. И тогда я подумал, что она не могла снять пальто, пока руки у нее заняты, сперва надо было положить эти вещи.

— И ближе всего оказалась печка?

— Да, Карл. Прямо перед носом.

— Почему же она после не забрала кейс в гостиную или в свой кабинет?

— Сейчас я до этого дойду, Карл, через минутку. Я посмотрел наверх на печку, но там кейса не было. Но я на это и не рассчитывал. Но знаешь, Карл, что я там увидел?

Карл только молча смотрел, дожидаясь, когда Ассад сам скажет.

— Так вот! Что между печкой и потолком был целый метр пустого пространства.

— Поразительно, — только и сумел сказать Карл.

— И тогда я подумал, что она не положила кейс на грязную печку, потому что он ведь принадлежал ее отцу и был ей поэтому дорог.

— Что-то я не совсем понял!

— Она не положила его, а поставила на печку. Так, как ставят кейс на пол. Места ведь там было достаточно.

— Она его поставила, а он свалился за печку.

Улыбка Ассада подтвердила правильность его догадки.

— Царапина на той стороне совсем свежая, посмотри сам.

Карл закрыл кейс и перевернул обратной стороной. На его взгляд, царапина была не такой уж свежей.

— Ну да. Я вытер кейс, он же там совсем запылился, так что теперь царапина потемнела. Но она была совсем свежая, когда я достал кейс.

— Ассад, что же ты наделал! Неужели ты вытер кейс? Может быть, ты еще и трогал то, что лежало внутри?

Помощник снова кивнул, но уже без прежнего энтузиазма.

— Ассад! — Карл перевел дыхание, чтобы не высказаться слишком уж резко. — В следующий раз, когда ты найдешь что-то важное для расследования, ты уж, пожалуйста, ничего не лапай, ладно?

— Не лапай?

— Не трогай руками. Если так делать, то можно уничтожить важные следы, понимаешь?

Ассад кивнул.

— Я закрывал пальцы рукавом рубашки, — смущенно добавил он.

— О'кей. Это была хорошая мысль. Так ты думаешь, что вторая царапина могла иметь такое же происхождение? — Карл еще раз перевернул кейс.

Обе царапины были несомненно похожи. Значит, старая царапина появилась не во время аварии 1986 года.

— Да. Я думаю, он не в первый раз падал с печки. Я обнаружил его за печкой, он там застрял между трубами парового отопления. Я его еле выдернул, для этого надо было приложить силу. Думаю, что и Мерета так сделала, я просто уверен в этом.

— А почему же он не сваливался чаще, а только два раза?

— Наверняка сваливался, потому что в подсобке сильный сквозняк, когда открывается дверь, но тогда он не проваливался в самый низ.

— Возвращаюсь к предыдущему вопросу: почему она не взяла его с собой, когда пошла в комнаты?

— Дома она не хотела думать о делах. Не хотела отвечать на звонки по мобильнику. Ты так не думаешь? — Брови Ассада поднялись так высоко, что глаза стали круглыми.

Карл заглянул в кейс. Мерета Люнггор забирала его домой, и это было вполне логично. Тут лежал ее еженедельник, заметки, которые в каких-то случаях могли ей понадобиться. Но как правило, она брала домой кучу бумаг для прочтения, так что работы у нее хватало. У нее был телефон обычной проводной сети, которым могли пользоваться некоторые избранные. Мобильник предназначался для более широкого круга, его номер значился на ее визитке.

— А ты не думаешь, что его можно было услышать из комнаты, когда он звонил в подсобке?

— No way.[22]

Карл и не подозревал, что Ассад знает английский.

— И чем тут занята тесная мужская компания? — раздался вдруг сзади звонкий голос.

Оба даже не слышали, как к ним вошла Лиза.

— У меня тут для вас еще несколько дел. Их прислали из округа Южная Ютландия. — От Лизы по кабинету распространился аромат, который мог соперничать с курительными палочками Ассада, однако производил совершенно иное воздействие. — Они очень извиняются за задержку, но она случилась по болезни сотрудника.

Она вручила папки сверхпредупредительному Ассаду и одарила Карла таким взглядом, который был способен сразить любого мужчину, как удар ниже пояса.

Не в силах отвести взгляд от влажных губ Лизы, он задумался о том, сколько времени у него уже не было близких контактов с противоположным полом. Перед его мысленным взором отчетливо проступили розовые двухкомнатные покои бывшей жены. У нее там стояла в воде лаванда и свеча на подставке, а на лампу у кровати был наброшен ярко-красный платок, но лица женщины он не мог вспомнить.

— Что ты сказал Баку, Карл? — спросила Лиза.

Вынырнув из потаенного мира эротических фантазий, он увидел перед собой голубые глаза.

— Бак? А что он там — ходит и всем жалуется?

— Нет. Он отправился домой. Но его коллеги говорят, что после вашего разговора в кабинете шефа он вышел весь белый.

Мобильник Мереты Люнггор Карл поставил на зарядку, понадеявшись, что батарейки еще живы. Усердные пальцы Ассада — хоть и через рукав — перещупали в кейсе все содержимое, так что Карл решил не обращаться к помощи техников. Сделанного не воротишь.

Только на двух листках для записей виднелись какие-то строчки, прочие оставались пустыми. Записи относились преимущественно к вопросу о коммунальной помощи на дому и почасовому учету рабочего времени, то есть ничего интересного и в то же время весьма характерно для той действительности, которую покинула Мерета Люнггор.

Затем Карл сунул руку в боковой кармашек из растянувшегося от времени эластика и достал три-четыре смятых бумажки. Первая бумажка оказалась квитанцией за куртку фирмы «Джек-энд-Джонс» от 13 апреля 2001 года, остальные же были сложенными гармошкой белыми листками формата А4, какие можно найти в школьном портфеле любого мальчишки. Исписанные карандашом довольно неразборчиво и, конечно же, без указания даты.

Он направил свет настольной лампы на верхний листок и немножко его расправил. Всего восемь слов: «Мы можем поговорить о моем проекте налоговой реформы?» — и подпись в виде инициалов «ТБ». Можно предположить различную расшифровку, но, пожалуй, лучше всего подойдет Таге Баггесен. По крайней мере, так решил Карл.

Он усмехнулся: Таге Баггесен хочет поговорить с Меретой Люнггор. Еще бы! Только не многого он добился своими разговорами.