Барышня и хулиган - Татьяна Полякова

— Может, вы пройдете и мы поговорим спокойно? —подала я голос. Все трое разом посмотрели на меня, а я смутилась, потому чтомой внешний вид прозрачно намекал, что гостей я не ждала.

— Вижу, вы прекрасно ладите, — усмехнуласьзмея-Эмма. — У вас что, романтический отпуск в отсутствие жены?

— Мы развелись несколько месяцев назад, — сообщилШальнов. — Так что могу ладить с кем хочу. Пойдемте наверх и прекратитеязвить, не то я вас с лестницы спущу. — Наверное, Эмма ему поверила,потому что больше не язвила.

Мы поднялись в гостиную и устроились в креслах друг противдруга.

— Нам не дает покоя милиция, — закурив, началаЭмма. — И все потому, что кто-то… — В этом месте она выразительнопосмотрела в мою сторону, — оклеветал моего мужа, заявив, что у него былассора с Корольковым накануне его исчезновения. И милиция, и вы собираете сведенияо моем муже. Мне известно, что вы были в охранном агентстве, где он работал. Ясовершенно не могу взять в толк, как мой муж может быть связан с убийствомкакого-то Лосева, которого он ни разу в глаза не видел. Дошло до того, что Ильепришлось объяснять, где он был в ночь, когда ограбили клуб.

— И где он был? — насторожилась я.

— В моей постели, вместе со мной, — вскинув бровь,ответила Эмма, а я улыбнулась:

— Очень мило. Думаю, такое бывает нечасто.

— Зато вы своего не упустите, дорогая, этозаметно. — Обменявшись любезностями, мы замолчали, и тут подал голос Илья,до сего момента молчавший как рыба.

— Я думаю, нам стоит обсудить ситуацию спокойно. Выустроили за мной слежку, натравили на меня милицию. Вполне естественно, что мнеэто не нравится, и я хотел бы знать причину вашего поведения.

— Мы думаем, что вы убийца. — заявила я, а Мишказакатил глаза и вздохнул. — Я не умею хитрить, — нахмуриласья. — И говорю то, что думаю. Может, это кому-то не по нраву…

— И кого же убил мой муж? — перебила Эмма.

— Славу Лосева.

— Господи, опять Лосев, — удивилась она.

— Я такого даже не знаю, — вытаращил глаза Илья.

— А Юрия Павловича вы тоже не знаете? — съязвилая.

— Он что, тоже убит? — ужаснулся Дружинин, а яприкусила язык, получив пинок от Шальнова. Пнул он меня по лодыжке незаметнодля гостей, но очень ощутимо для меня.

— Но ведь он пропал? — попыталась я спастиположение.

— Я-то здесь при чем? Из-за того, что вы услышали, какмы ссорились…

— Стоп, — влез Мишка. — Мы действительноинтересовались кое-какими фактами вашей биографии, и то, что узнали, убедилонас в том, что вы завязаны в этой истории с самого начала.

— В какой истории?

— Эмма Станиславовна, войдя в дом, прозрачно намекнула,что у нас вот с этой леди роман в отсутствие моей жены. Это что,оговорка? — Мишка лучился улыбкой, приветливо поглядывая на гостей.

— Нет, разумеется, — ответила Эмма.

— Значит, вы в курсе, что рядом со мной сестра моейжены?

— Конечно.

— А в какой момент вам это стало ясно? — неунимался Мишка.

— Мне все рассказал муж.

— Любопытно, и что он вам рассказал?

Эмма посмотрела на своего супруга, а он вздохнул, закурил,при этом долго искал зажигалку в кармане, а я сочла нужным вмешаться:

— Когда мы знакомились в клубе, вы вроде бы считали,что я Катька, а потом выяснилось…

— Да-да, разумеется, мы были знакомы раньше, а весьэтот спектакль…

— Про спектакль очень интересно, нельзя ли поподробнее:кому он был нужен и зачем?

— Расскажи им, милый, — попросила Эмма и пожалаИлье руку. Выглядело это очень трогательно. Мне тоже захотелось ухватить Мишкуза руку, но я не рискнула.

— Мы познакомились с Катрин пару лет назад, я тогда ещене был женат, и между нами возникли определенные отношения. По глупости япозволил себе отступление от профессиональной этики и помог ей в одном деле… Яне хотел бы его касаться, суть в том, что я совершил кражу, не ради себя,разумеется… Но по прошествии некоторого времени Катрин мне о ней напомнила.

— То есть она вас шантажировала? — усмехнулсяМишка.

— Я не стал бы называть это так. Просто время отвремени она мне об этом напоминала. Иногда я одалживал ей деньги, но это былоредко, и я не особенно беспокоился… В прошлое воскресенье она неожиданнопозвонила. До этого примерно полгода мы не общались, если не считать того, чтоя иногда заглядывал в клуб и мы обменивались кивком в знак приветствия. Еезвонок удивил меня. Катрин рассказала совершенно дурацкую историю, что якобыона собирается на Канары с любовником, жена которого страшно ревнива ивыслеживает их. Я, конечно, посочувствовал, не имея понятия, чего она от меняхочет. Катрин сообщила мне, что придумала, как избавиться от ревнивой жены: онауедет на Канары, а ее место займет сестра, с которой они якобы здорово похожи.Одно беспокоило Катрин: сможет ли сестра сыграть свою роль, оказавшись внезнакомой обстановке. Сестра учительница, девушка скромная, ночной клуб несамое подходящее для нее место, она никого здесь не знает… Словом, Катринпросила за ней присмотреть и помочь, разумеется, ничего не говоря сестре обэтом.

— Почему разумеется? — встряла я.

— Видимо, она решила, что вам будет легче сыграть своюроль, зная, что о подмене никто не знает. Это показалось мне забавным, и ясогласился, не подозревая, к чему все это приведет. Мы встретились, и поначалувсе шло хорошо, но когда вы, выпив лишнего, запели, стало ясно: это в планыКатрин не входило, ваш голос не шел ни в какое сравнение с ее, и кто-то могзаподозрить подмену, тем более что сходство ваше довольно относительно… И тогдая поспешил вас увезти.

— И задержались в этой квартире на всю ночь, — неудержался Мишка.

— Если вы намекаете на то, что я здесьзаночевал, — да, если же намекаете на что-то еще — напрасно. Я спал вгостиной, вот на этом диване. Я хорошо помнил, чем закончилась моя связь сКатрин, и у меня не было ни малейшего желания повторять старые ошибки.

Конечно, Илья врал, проснулись мы в одной постели (ксожалению), так что ни о каком диване речи быть не могло, но, по понятнымпричинам, я об этом промолчала — диван или кровать, какая, в сущности, разница?