Пьяная устрица - Дарья Калинина

– Сказал, что было жарко, и он поехал в Озерки купаться.

– А там его, конечно, никто не видел, – сказала Юля.

– Естественно, – кивнул Саня.

– А почему он хотел отменить визит той одной пациентки? – спросила Мариша. – Ну той, первой.

– Он это объяснил тем, что она нимфоманка. И что он ее просто боится. Приходит к нему уже в пятый раз. И каждый раз пытается соблазнить его заняться с ней сексом прямо на смотровом кресле. Дескать, ее это возбуждает. В общем, жаловался, что девица замучила его своими посещениями. Мол, при виде этой пациентки его прямо трясти начинает. Сначала он вроде бы хотел решить дело тактично. Предложил девице поменять врача, но она наотрез отказалась. И тогда он просто отменил ее визит. А случайно так совпало, что отменился и визит ее матери.

– Ясно, – сказала Юля. – Звучит довольно правдоподобно. Вы уже побеседовали с этой девицей? Она и в самом деле такая нимфоманка?

Нет, я с ней всего лишь переговорил по телефону, – растерялся Саня. – И так ведь видно, что Портков все врет. Ни в каких Озерках он не был. А поехал прямо к Розе и пристрелил ее там.

– Но как он попал в дом? – спросила Юля.

– А вот тут и начинается самое интересное! Оказывается, этого Порткова Яна Станиславовна подобрала не просто на дороге. А нашла она его прямо в постели Розы Адамовны. Можно сказать, выкрала парня у своей подруги.

– Портков был любовником Розы? – недоверчиво переспросила Юля.

– Вот именно! – с торжеством кивнул Саня. – И это был отнюдь не кратковременный секс. Они были близки довольно долгое время. Только Роза Адамовна в отличие от Яны не афишировала свою связь. Но соседи убитой видели их, они возвращались домой вместе. Рука об руку. И несколько раз.

– Однако они не видели Порткова возле дома Розы Адамовны в момент убийства, – задумчиво произнесла Юля. – А я не уверена, что тогда видела именно его. А когда, ты говоришь, вы арестовали Порткова?

– Сегодня рано утром, – сказал Саня. – Если точней, то в десять утра.

– Тогда это не он, – вздохнула Юля. – То есть я хочу сказать, что Портков не убивал Нину. По времени бы не успел смотаться к ней с отравленной бутылкой.

– Да при чем тут ваша Нина? – разозлился Саня. – Что вы мне все время про нее талдычите? Вы будете слушать про Порткова или нет?

– Да, – разом кивнули подруги.

Так вот, после того, как Яна перехватила любовника у Розы, между женщинами пробежала черная кошка. Роза никак не могла простить своей заместительнице предательства, хотя и всячески делала вид, что бегство любовника ее ничуть не задело. Я поговорил с несколькими людьми в клинике Розы Адамовны. И они сошлись на том, что Роза делала все, чтобы выжить Яну из их совместного бизнеса. И тем самым лишить ее источника доходов.

– И Роза действительно могла это сделать? – спросила Мариша.

– Не буду загружать вас ненужными юридическими подробностями. Просто скажу: да, могла. Не знаю, может быть, она полагала, что после того, как Яна окажется без денег и средств к существованию, Портков ее бросит и вернется под крылышко к Розе Адамовне. Или же она просто хотела отомстить предателям. Но так или иначе, ее смерть была выгодна Яне. И не просто выгодна. Смерть Розы была для нее единственным выходом из создавшегося положения. Иначе ей был бы каюк.

Подруги молчали.

– А как тот отпечаток, который вы обнаружили на пистолете, из которого убили Розу? – спросила Юля. – Удалось экспертам привести его в божеский вид?

– Да, но, к сожалению, пока владелец этого отпечатка нам не попадался, – ответил Саня.

– То есть, попросту говоря, все четверо подозреваемых, которые у вас есть, не могут быть осуждены. – Мариша говорила с пафосом прокурора, а Саша даже как-то съежился от ее тона. – Портков, Яна, Стефочка и Наташа не держали в руках этого оружия. Значит, главной улики-то против них нет! Да и вообще никаких улик против них нет. На орудии убийства их отпечатков нет. И на месте преступления их никто не видел. Единственное, что у вас есть против них, – это мотив. Но на одном мотиве вы далеко не уедете.

Да, – тяжело вздохнул Саня. – Если до завтра ничего не изменится, то я буду вынужден отпустить и бывшего любовника убитой, и ее племянницу. Веских доказательств против них нет. Остается еще версия грабежа. Но сейф, оборудованный в квартире убитой, остался цел. Все драгоценности и антиквариат – тоже. Правда, в квартире небольшой беспорядок, словно бы убийца все же что-то искал. Но, по словам соседей и племянницы убитой, все ценные вещи остались на своих местах. Да и ты, Юля, тоже говорила, что у виденного тобой человека в руках была только небольшая сумка.

– Да, если в ней и могли находиться какие-то крупные ценности, то это могли быть только деньги, – сказала Юля.

– А все деньги убитая держала в сейфе, – сказал Саня. – Хотя она по какой-то причине могла и переложить их в сумку. Возможно, ее шантажировали.

Подруги молчали, изнывая от желания помочь славному парню Сане и подсказать, что за деньги и чьи именно деньги были в сумке. Но они дали слово Наташе, что не расскажут в милиции об украденных ею у семьи Агаян деньгах. Природная честность взяла верх. Подруги мужественно промолчали и оставили Саню в неведении. Распростившись с ним, подруги направились к Юлькиной машине.

– Поверишь ли, такое чувство, словно самой себе в душу плюнула, – поделилась с подругой Юля.

– И у меня, – с готовностью подхватила Мариша. – Как думаешь, нужно было ему сказать про деньги?

– Нет. Что ты? Мы же обещали Наташке, что первые не будем об этом болтать. А раз Акоп молчит и даже ничем не оправдывается, почему похитил Наташу, значит, решил, что эти деньги сейчас для него не главное. И пусть. Завтра, когда Наташу выпустят, мы с ней поговорим и обсудим, как бы сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. А ты сегодня ко мне?

– Нет, хотела поехать к себе, – сказала Юля.

– Да ну! – протянула Мариша. – Чего тебе одной дома куковать? А моя мама уже и очередную порцию бульона для Костика сварила. В пятилитровой кастрюле.

– Золото у тебя, а не мама, – расчувствовалась Юля. – Тогда, если ты не против, поедем к тебе. Только мне все равно нужно заехать домой. Взять кое-какие вещи. А то я уже который день мотаюсь все в одних и тех же брюках.

– О чем речь! – согласилась Мариша. – Поехали.

Подъезжая к Юлиному дому, Мариша внезапно поняла, что страшно хочет воды или соку. Просто умирает.

– А магазин мы уже проехали, – расстроилась Юлька. – И развернуться тут нельзя.

– Ну ничего. Ты высади меня тут и поезжай домой. Собирайся там потихоньку. А я через несколько минут подойду, – сказала Мариша. – Куплю сока или водички и вернусь.

Юлька высадила подругу, и Мариша бодрой рысцой припустила к стоящему в сотне метров от Юлькиного дома магазинчику. А Юлька, оказавшись на своем этаже, сначала позвонила в дверь к Инне. Но никто не отозвался. Должно быть, у Инны был очередной медовый месяц с Бритым. К тому же, вспомнила Юля, они собирались куда-то уехать на отдых. Наверное, уже отбыли, решила Юлька. И направилась к себе.