Куда исчезают поклонники? - Дарья Калинина

– Это кто?

– Витькин брат.

– Того, что умер?

– Вот именно. Как Витька ласты откинул, так Ванютка очень хорошо был настроен. Решительно. Убегу, говорит, пропади они все пропадом. А после собрания его словно перекодировали. Подошел к Акакию, сам покаялся и меня сдал с потрохами.

– И что ему было?

– Да ничего. А меня выпороли и в ту нору, где вы меня нашли, заперли, – с тяжким вздохом произнес Сашка. – Так что доверять тут никому нельзя. Все они под гипнозом у Акакия ходят, чисто зомби! Ну что? Пошли?

Переход был настолько внезапным, что подруги даже вздрогнули.

– Слушай, Саша, а ты уверен в том, что делаешь?

– Да! – поддержала подругу Вика. – Потому что очень бы не хотелось оказаться в той норе, где ты сидел, только уже втроем.

– Не бойтесь! Теперь я уже ученый! Никому не доверять, полагаться только на самого себя. Пошли! Проведу вас в лучшем виде. Только... Только вы заберете меня отсюда?

– Конечно!

– Даже можешь не сомневаться.

– К бабке своей я не сунусь, – повеселел Сашка.

– Почему?

– Говорю же, ученый уже. Когда меня пороли, она за меня и не заступилась даже. Она, бедная, всегда на голову слаба была. А теперь к тому же она у Акакия под колпаком. Сунусь к ней, мол, бежим, бабуля, спасемся. Так только себя и вас погублю.

Здравомыслию этого мальчишки можно было только позавидовать. Видимо, многодневное сидение в узкой вонючей норе крайне благотворно сказывается на зрелости человеческого ума.

– Пусть тут бабка сидит, – решил Сашка. – Без газа и без бензина Акакий ей ничего сделать не сможет. Он трус, я знаю, он крови до обморока боится. Никого своими руками убить не сможет.

Девушки не стали напоминать мальчишке, что существуют и другие бескровные способы умерщвления. Например, удушение, веревкой или просто руками. Но зачем портить настроение ребенку? Ему и так досталось больше, чем в состоянии вынести даже взрослый. А если Акакий в самом деле придушит парочку своих соратников, то, надо надеяться, старикам и детям в этот момент хватит ума, чтобы спрятаться подальше от своего предводителя.

Тем временем Сашка уверенно пробирался по лабиринтам, которых было куда больше, чем на плане. Должно быть, сидельцы даром времени не теряли. И, находясь под землей, трудолюбиво расширяли свои владения, вынося землю на поверхность.

– Сейчас вся братия в главной зале на коленях стоит, – пояснял девушкам их проводник. – Молятся. А мы с вами пока канистры наверх и перетаскаем. Вы как к нам проникли?

– Через дыру в трубе горячего водоснабжения.

– Ни фига себе! Круто! А кипяток как же?

– Его отключили.

Сашка кивнул и сказал:

– Теперь тихо. Рядом молельный зал. Слышите?

До слуха подруг в самом деле донеслось монотонное гудение множества голосов.

– О! Молятся! И моя бабка небось тоже с ними. Дура старая, и зачем она сюда поперлась?

Но, несмотря на грубые слова, в голосе мальчишки звучала тревога за свою старую, выжившую из ума бабушку. Он ее ни в чем не винил, а только хотел спасти от рук обалдевшего Акакия и всей его свиты.

– Пошли, – поторопил он девушек. – Чего встали?

Баллон с газом и канистры с бензином оказались через две пещеры от молельного зала. Так что действовать надо было максимально осторожно.

– Первым берем баллон! – велела Мариша. – Он опасней всего!

С баллоном подругам пришлось разбираться самим. Сашка был слишком слаб, чтобы оказаться достойным помощником. Да и не было такой возможности у них – всем втроем развернуться в узких коридорах и лазах.

– Ты помнишь, как идти обратно?

Вика и Мариша не помнили. Но Сашка оказался незаменимым проводником. Он провел девушек до той норы, где сидел сам. А потом они, кряхтя и обливаясь по?том, доволокли тяжеленный баллон до дыры в трубе.

– Нам бы не помешала помощь.

И стоило Марише произнести эту фразу, как из трубы раздался голос:

– Девчонки, вы это?

– Мы!

Из трубы немедленно выглянула красная физиономия одного из газосварщиков.

– Удалось вам?

– Да. Баллон мы притащили.

– Давайте его сюда! Дальше уже наша забота, сами его покатим. А вы следом за нами ступайте!

– Мы не можем.

– Почему?

– У сидельцев оказались еще канистры с бензином.

– Ни фига себе! – присвистнул мужик. – И чего теперь?

– Будем их таскать.

– Я вам помогу!

– Но ведь вас могут поймать.

– Что ж я, сука последняя? – внезапно разозлился мужик. – Девчонки могут, а я нет?! А кто это с вами?

– Это Сашка. Они его двадцать дней на хлебе и воде держали.

– Ни фига себе! – повторил сварщик. – Звери, а не люди!

И мужик выбрался из разреза в трубе. Сам же спустил баллон с газом, удивившись, как подруги сами доволокли такую тяжесть, на руки своего приятеля, который тоже сидел в трубе. А потом повернулся к девушкам и Сашке:

– Показывай дорогу, малец! Втроем мы быстрей управимся.

Первая операция по изъятию канистр прошла благополучно. Подруги взяли по одной канистре, а мужик ухватил сразу две. Весь этот бензин был доставлен к трубе и вылит. И тут Маришу осенило.

– А зачем нам тащить такую тяжесть?

– А что же делать?

– Вернемся назад и просто выльем бензин на землю. Он впитается и станет безопасен.

– Молодец, девка! – оживился сварщик, который при виде огромных залежей канистр с бензином откровенно заскучал. – Соображаешь!

Только Сашка выглядел озабоченным.

– Собрание скоро кончится, – поделился он своей тревогой с остальными. – Можем нарваться!

– Нельзя дело бросать на полпути.

– Пошли.

Снова спустившись вниз, девушки, Сашка и сварщик принялись откручивать пробки, выливая бензин на землю. Дело это оказалось не такое быстрое. А драгоценные минуты неумолимо летели. Сашка становился все более и более озабоченным. Видимо, встреча с Акакием и остальными сидельцами его откровенно пугала.

А бензина было так много! Просто ужасно много.

– Этот проклятый Акакий хорошо подготовился! Тут хватит на всех и еще останется!

Из узких горлышек бензин лился, булькая и задерживаясь. И приходилось держать канистры вверх дном, чтобы избавиться от опасной жидкости до последней капли. Девушек уже мутило от запаха бензина, который плюхался у них под ногами и вовсе не торопился впитываться в землю. В результате они бегали по жидкой бензиновой грязи, все измазанные и вонючие, словно купались в бензине.