Любовь кончается в полночь - Марина Серова

Навстречу нам шло семейство: мама, папа и между ними – маленькая девочка, лет пяти, державшая родителей за руки. Когда они подошли ближе, я с удивлением отметила, что это Роман и Людмила. Девочка то скакала, то шла вприпрыжку, вертела головой, смотрела то на одного, то на другого взрослого и смеялась от души. Девчушка была симпатичная: курносая, розовощекая, с большими голубыми глазами. Она была в новой курточке, красивых брючках и синей вязаной шапочке. Заметив меня, Роман и Люда улыбнулись:

– Здравствуйте, Татьяна! – А Игорю они просто кивнули.

– Здравствуйте, – ответила я всем троим.

– Аля, поздоровайся с тетей и дядей, – сказала Людмила.

Девочка воскликнула:

– Здъявствуйте!

Во рту у нее не было переднего зуба. Она дернула за руки Романа и Людмилу. Ей, конечно, хотелось побегать, и она была недовольна этой остановкой. Зачем стоять и разговаривать с этой незнакомой тетей, когда можно прыгать по дорожке и виснуть у взрослых на руках?

– Мам, пойдем, – потянула она за руку Люду.

– Идем, идем, Аля, только не вертись. Извините, нам надо идти, – виновато улыбнулась Люда. Мы попрощались и пошли каждый в свою сторону. Но, едва мы отошли на несколько шагов, как Аля вдруг повернулась к нам и крикнула:

– Мы завтря идем в ЗАГС. Дядя Ёма зенится на маме!

Сообщив нам эту важную новость, она гордо вскинула подбородок и подпрыгнула на месте. Я посмотрела им вслед. Они весело переговаривались между собой. И больше всего в эту минуту я радовалась за девочку Алю, у которой снова появилась семья.

Вот так и закончилась история расследования смерти доктора Чайникова. Конечно, это дело было не из приятных. Чайников из «хорошего доктора и порядочного человека» превратился в полное ничтожество и вдобавок – в чудовище. Но получил он, по-моему, то, что заслужил. В конце концов, Чайников тоже преступник, он преступил черту, нарушив клятву – клятву Гиппократа, которая велит врачам помогать больным, а не делать их инвалидами и уж тем более не отправлять их на тот свет. Вообще, защита человеческого достоинства – самая слабая часть в правовом законодательстве. Как эти две женщины могли бы наказать Чайникова, если законным путем это сделать было невозможно? Многие считают, что убийц подобных бессердечных циников вообще не надо искать. Конечно, это утверждение очень и очень спорно. Но, как бы то ни было, я выполнила заказ Родиона. Разумеется, для него было большой неожиданностью, что вместо одного преступника он получил сразу двоих, особенно тем, что одним из них фактически оказалась его собственная жена! Но что тут поделаешь! Он сам настаивал на этом расследовании. Родион не счел нужным заявлять ни на одну из них. И я его прекрасно понимаю!